Светлая сторона тьмы (СИ) - Бондарь Ирина Михайловна - Страница 15

Кто-то все же с трудом скрыл улыбку в широкой седой бороде. Зато Зигмунд прекрасно контролировал мимику, сделал жест рукой, прекращая смешки.

- Как видите, господа, у нашей потенциальной ученицы хорошая память и восприятие информации на слух даже в условиях стресса, а это гораздо больше, чем можно было надеяться. Сола, вы правы. Необходимо научить вас так же при необходимости защитить свою жизнь. Да, у вас будет охрана и собственные телохранители, но представьте, если они не успеют всего на секунду? Или окажутся мертвы, оставляя вас один на один с врагами. Долг обязывает вас продержаться хотя бы столько времени, чтобы другие воины, преданные вам, успели прийти на подмогу. Я понятно выразился?

Более чем! С таким оппонентом и не поспоришь толком, глядя в черные глаза Зигмунда, Соланж чувствовала себя, словно маленькая девочка, вздумавшая поиграть с куклой на пути у торжественного парада в честь тсаря. Вроде бы и не обидишь ребенка, но что-то делать надо в чисто воспитательных целях.

- Кто-нибудь из семьи правителей раньше пробовал заниматься по такой системе?

- Да, - подтвердил тот самый бородач, который чуть не рассмеялся от реакции Солы, она уже не помнила его имени и специальности. - Только интенсивность программы была раз в семь ниже. Вам выпала сомнительная честь выяснить, как широки пределы выносливости одного отдельно взятого деймина. Мы очень постараемся в этом помочь.

- А магией со мной будет заниматься рейвина Дэйя? - в последний раз переспросила тсаревна, понимая, что отступать и впрямь поздно.

Зигмунд кивнул.

В конце концов, жизнь по-прежнему была единственным достоянием Соланж, которое она еще могла потерять. О гордости и чести речи уже не шло.

- Я согласна.

Тишина.

- Господа, что-то не так? Или вы так красочно все описывали в надежде, что я откажусь? - даже укоренившийся в душе страх отступил перед удивлением.

Мужчины, только что насмехавшиеся над молоденькой дурочкой, дерзнувшей отвлечь их от более интересных занятий, серьезно и с уважением молчали, словно не верили в ее согласие. Тсари не отступают, вы не знали? Даже такие неумехи, как я, предпочтут умереть, пытаясь добраться к цели.

- Вы уверены? - раздался голос рея от окна.

Найт, в отличие от остальных, верил в Соланж, даже если она на самом деле этого не стоила. Его молчаливая поддержка здорово придавала сил, но рей все равно оставил тсаревне возможность в последний раз передумать.

- Нет, - печально улыбнулась девушка, а золотистые глаза ее оставались серьезными и напряженными. - Но я все равно сделаю все, чтобы ваш план сработал.

Темный правитель поцеловал кончики дрожавших пальцев тсаревны, чем еще раз удивил остальных мужчин, и с того мига жизнь Солы полностью изменилась. Она поступила в полное распоряжение зубастых монстров от науки, на полном серьезе решивших напичкать ее полезными знаниями так, чтобы ученица лопнула от натуги.

Каждый день начинался с рассветом. Холодный душ и разминка с кем-нибудь из воинов, Дэйдом или самим Найтом в тренировочном зале прогоняли остатки сна, будто его и не было. Растяжки, бег и лазанье по всевозможным пыточным орудиям, именовавшимся спортивными снарядами, оставляли дикую боль в натруженных мышцах, от чего на следующий день практически нереально было встать с постели. Думаете, кто-то позволял высокой гостье прогуливать уроки?

Запах лекарственных мазей, которыми воины натирали растяжения и ушибы, прочно въелся в кожу, став почти естественным для тсаревны. Феноменальная неуклюжесть поначалу приводила преподавателей в ужас, но ни один не отступился. И после двух часов физических упражнений девушке позволено было наскоро позавтракать, чтобы сразу затем приступить к впитыванию теоретических знаний.

До обеда Соланж успевала выслушать лекции по трем предметам, выполнить какую-то часть самостоятельной работы, обсудить с наставниками прочитанное накануне и с трудом добраться от библиотеки в свои покои, чтобы в одиночестве перекусить. И даже в это время ее мозг под действием стимуляторов продолжал переваривать, обрабатывать и сортировать информацию.

Вторая часть дня оказывалась занята магическими тренировками, новыми лекциями и практическими занятиями, перед ужином следовал час работы с огнестрельным оружием. Когда выжатая, словно лимон, тсаревна попадала в свои покои, она не всегда могла припомнить, как раздевалась, умывалась и шла к постели. Сон наваливался моментально, но это не спасало: начиналась третья часть обучения.

Рею пришлось задействовать лучших специалистов в области сновидений, чтобы те помогли наставникам наследницы с ее занятиями. Поэтому практически каждую ночь Соланж приходилось бывать на дипломатических обедах, военных советах или наблюдать со стороны за историческими лицами и их поступками, чтобы наутро быть готовой отчитаться об увиденном и предоставить полный анализ чужих действий со своими ремарками.

В какой-то из дней Сола отключилась посреди лекции по истории, а очнулась в больничном крыле в тисках восстанавливающих силы заклятий, потом подобное стало уже нормой. Она научилась скрывать боль и перестала обращать внимание на периодически лопавшиеся от напряжения сосуды в носу, просто запасла побольше платков. Не прекращавшееся воздействие стимуляторов и чар вызывало в ушах монотонный гул, Соланж не оставляло ощущение, что под крышкой черепа мозгу стало мало места. Ко всему прочему добавить синяки и ушибы от попыток научиться фехтовать и драться в рукопашной - это дополняло картину того, через какие тернии пролегал путь наследницы к отцовскому трону.

Со вздохом тсаревна вылезла из ванной, отметила про себя, что расслаблялась в целительной воде на десять минут больше необходимого, натянула длинную рубаху до пят и похромала к письменному столу. Даже при отсутствии физических сил после встречи с Морганом нужно было выполнять заданные упражнения на концентрацию.

Соланж опустилась в мягкое кресло и положила на колени папку с чистой бумагой, достала карандаши. Усмехнулась, когда поймала себя на том, что на манер непоседливой рейвины закрепила пучок мокрых волос на затылке одним из них, это ведь удобнее, чем снова вставать и идти за гребнем!

Тсаревна закрыла глаза, приставила кончик грифеля к поверхности бумаги и постаралась отрешиться от окружающего мира, как-то унять привычный шум в ушах и боль в затылке. Порезы перестали кровоточить, но зуд в заживавших ранках тоже отвлекал, мешая концентрироваться на особых точках внутри тела.

Странно, но за всем этим сумасшествием у девушки не оставалось сил и времени бояться дейминов! По прошествии почти трех с половиной лун ни одно из тех кошмарных свойств, которыми сказки шейсов наделяли темных, не дало о себе знать. Никто не нападал из-за угла, не смотрел с вожделением на ее вены и не пытался ее съесть в темном закоулке. Да, жизнь в постоянном сумраке в сопровождении диких ливней и бешеных бурь сильно отличалась от пропитанной сонечным светом Алайи, но…Соланж почти готова была признаться, что впервые в жизни она по-настоящему жила! Интересно, насыщенно и ради чего-то стоящего, смирившись с неизбежной болью. Это было так здорово!

Единственным, что мешало и обучению, и адаптации чужачки на территории Сумрачного Эйда, были страшные сны. В те ночи, когда преподаватели и маги оставляли девушку в покое, не нагружая новой информацией, сознание светлой погружалось в какой-то странный полубред, ей все время казалось, что кто-то хотел проникнуть в ее сон, смазанная тень мельтешила где-то на периферии, но никак не показывалась, только оставляла ощущение опасности и неприязни. И куда бы ни бежала Сола, тень неотступно следовала за ней, поэтому утром после таких снов тсаревна просыпалась невероятно разбитой и напуганной. Хотя, стоило однажды поделиться страхами с реем за одним из редких совместных завтраков, как количество страшных снов стало намного меньше.

Конечно, случались и забавные казусы из-за недостатка знаний или наивности, но это ничего не меняло. Например, тсаревна чуть не зашибла рейвина Дэйда в оружейной, когда схватила огромный пистолет и прицелилась, не ожидая отдачи той мощи, какой обладало оружие такого калибра. Сила отшвырнула ее назад, светлая врезалась в мастера всем телом, острыми локтями и пятками, пребольно стукнула его в нос головой, чуть не потеряв сознание от боли в вывихнутой кисти. Как ни странно, но рейвин потом только посмеялся, еще и уговаривал не переживать.