Дневник Рейвенкловки (СИ) - Биглова Алла - Страница 23

Пятница. Концерт Тина Уорлока! А кто это?

Мы все поддержали задумку Джулии-Дэниэла, решив, что обязательно сходим, послушаем его.

Мы неумолимо приближались к родному Лондону, и Томас, глядя в окно, вдруг заявил:

– Лайни, мы тебя никогда не забудем.

Я удивленно уставилась на него, пытаясь понять, к чему и зачем это было сказано, но Изабелла перебила мои мысли своим возмущённым возгласом:

– А нас ты, значит, забудешь?!

___

​​​​​​Редактура не велась

Пояснение: песня Год Змеи «Гарри Поттер». Простите, тоже волшебная песня. Понимаю, что она чисто русская, но она тоже слишком волшебна, чтобы её упустить.

Говорящие существа и молчаливые люди

Встретили меня, что ни капли не удивило, мистер и миссис Гиббз. Они же пытались помочь с чемоданами, но я отказалась, и тащила их сама. У моего дома мы распрощались, зная, что встретимся через несколько дней.

Был понедельник, двадцать седьмое августа.

– Демми, я дома! – крикнула я, понимая, что никого, кроме нашего домовика здесь нет.

Он достался папе от прадеда пару лет назад, и стал членом нашей семьи. Иногда мне казалось, что мама любит его, как своего младшего сына. Если честно, отец был против рабства в нашей семье, и предлагал Демми предметы одежды, предлагал ему свободу, но тот отказался, заявив, что служить Бейкерам – его долг.

Я не понимала этого. Не понимала зачем эльф добровольно хотел наслаждаться своей неволей. Он осуждал Добби и других, которые хотели быть свободными, «равными» людям, рассказывал другие, странные небылицы, непонятные нам, простым волшебникам. Но мы, Бейкеры, несомненно, обожали его.

Что ж, после того, как я выйду замуж, прервав род Бейкеров, интересно, он возьмёт свою заслуженную свободу?

– О! Мисс! Демми так рад вас видеть! – эльф появляется рядом со мной, принимая мои чемоданы и улыбаясь. – Демми скучал в одиночестве.

– А как же Рыжая Чернышка? – удивилась я, обнимая своего маленького друга.

– Чернышка у миссис Уэтсби, Кэролайн. Родители сказали отдать её бабушке, и Демми послушался, хотя очень скучал по ней.

– Они отдали ЕЁ маггле?! – выкрикнула я.

Злость, гнев, разочарование, все эти чувства возобладали надо мной одновременно. Я была хозяйкой этой кошки, так какого дементора?!

– Чернышка не могла бы о себе позаботиться, отчего её взяла Уэтсби. Демми не хотел, но Демми не мог ослушаться, – эльф испугался моей злости, пытаясь оправдать необдуманный поступок моих родителей.

Нет, я нормально отношусь к магглам, вы не подумайте. Но по сравнению с моей бабушкой, родственники самого Гарри Поттера – наимилейшие люди. Вы думаете, что я слишком предвзято отношусь к ней? Вы очень неправы, утверждая это.

И скоро поймёте, что права я, а не вы.

– Демми, пойдём заберём её из этого ада. Ох, чувствую, кошка вне себя от злости и будет ругаться.

– Демми не хочет об этом говорить, но – эльф немного сжался, но всё же озвучил свои мысли: – мистер Бейкер просил, чтобы вы пять дней побыли у своей бабушки.

– Соплохвоста ему в мантию! – выругалась я. – Волдеморта на них нет!

– Бейкеры всё-таки твои родители, – попытался остановить меня домовик, но у него это не получилось.

– Пойдём заберём мою кошку, а затем вернёмся домой.

– Дэмми не может ослушаться приказа мистера Бейкера. Прости, Кэролайн. Дэмми очень не хочет отправлять тебя туда, но у Дэмми нет выбора.

– Выбор есть всегда, – пробурчала я. Но кто я, чтобы спорить с законами магии, которую я не знала?

Я закатила глаза, и мы трансгрессировали. Оставив меня у порога, эльф исчез – он сделал свою часть работы. Выполнил свой приказ.

Бабушка жила в другом конце Лондона. Что ж, у меня осталось пару маггловских денег, надеюсь этого хватит, чтобы вернуться домой.

Домовик, в конце концов, своё дело сделал, приказ выполнил, а я настойчиво вернулась домой сама. Эх! Как жаль, что я не смогла освоить трансгрессию в конце шестого курса! Сейчас бы у меня не было проблем с возвращением домой.

Я постучалась. Я могла бы открыть дверь при помощи магии, но, зная мою бабушку…

– Кто там? – услышала я её ворчливый голос.

– Твоя любимая внучка, – ответила я, пытаясь улыбнуться. Может, сегодня у неё будет хорошее настроение?

Сомневаюсь…

Да и получился у меня слишком саркастичный тон.

Очень плохое начало.

– А-а-а-а! – завизжала она, словно её убивали. – Волшебное отродье! – перешла в наступление бабушка, а я закрыла глаза, мысленно считая до трёх, ведь в моей голове так и стояло: «Бомбардио». Я могла просто вынести эту дверь, не моргнув и глазом. Я знала это заклинание. – Убирайся! Не хочу видеть ничего, связанного с магией! Вот не открою я тебе, и что ты сделаешь? Не все проблемы может решить твоя магия!

– Я всего лишь хочу забрать свою кошку! – но миссис Уэтсби меня не слушала. – Алохомора! – проговорила я, еле удержавшись от того, чтобы вышибить дементорову дверь.

Не хотелось потом объясняться перед соседями-магглами.

Не хотелось объяснять маме, что это бабушка не открыла мне дверь. Мама обвинит меня лишь в том, что я не научилась договариваться.

Многочисленные замки на двери параноика-бабушки отворились, дверь отворилась, и я увидела удивленную физиономию «своей любимой бабушки».

– Очень многое можно решить с помощью магии, – воинственно сказала я, продолжая держать палочку наготове.

Наверное, видок у меня был слишком грозный, потому что по бабушкиному взгляду я поняла, как так испугалась.

Я навела на неё свою волшебную палочку, и она, боясь её, как чёрта из табакерки (если честно чертей не существует, а вот боггарта мы всегда можем вызвать), отошла в сторону.

– Я ненадолго, – коротко сказала я.

– Твоя мать сказала мне, что ты пробудешь у меня пять дней, – когда она говорила, казалось, что из её уст капает яд. Наверное, из него получилось бы прекрасное ядовитое зелье.

– Планы изменились, – отрезала я, позвав Чернышку.

Кошка уже бежала ко мне навстречу, виртуозно вопя своё: «мяу», а затем запрыгнула мне на руки, и я обняла её.

Справедливости ради, хочу сказать, что миссис Уэтсби не всегда была такой вредной злой старухой. Когда у неё в семье родилась маленькая волшебница – моя мама, она была счастлива этому, радуясь, что дочь у неё особенная, не такая, как у всех.

Шли годы, мама выросла, отучилась в Хогвартсе, и настало время выходить замуж. Выбор пал на моего отца. Они были влюблены до беспамятства.

И вот тогда-то бабушка начала закатывать истерики, потребовала сделать аборт, когда узнала о беременности мной, поставила выбор, но моя мама наотрез отказалась выполнять эти условия.

Миссис Уэтсби смирилась, но ненадолго. Мы стали жить отдельно, пока бабушка не заявила, что не может жить одна, и что умирает. Надо отдать должное: актриса из неё вышла ещё та. Маггловские театры позавидовали бы её виртуозности и умению играть на публику.

Мама сжалилась, и мы стали жить вместе. Дэмми даже попытался подружиться со злой старухой, а папа собирал каждую неделю семью за азартными маггловскими и магическими играми.

Всё поломалось с треском, когда я училась на третьем курсе Хогвартса – мама прислала письмо, и я поняла, что она плакала, когда писала его. Бабушка обозвала маггловскими ругательствами отца, и выгнала их из дома.

Впрочем, наверное, это было лучший выход из ситуации.

– Пока, бабушка, – сказала я, закрывая за собой дверь, но миссис Уэтсби сделала вид, что меня не слышит/не существует. Я хмыкнула.

– О великая кошка Бастет! Наконец-то этот кошмар закончился! – заговорила моя Рыжая, и я спустила её на землю. – Две недели молчать! Да ты издеваешься надо мной?! Почему нельзя было взять меня с собой?

– Ты же знаешь, что в Мантикору запрещено брать домашний животных. У меня не было иного выбора. Меня сослали в ссылку, – ответила я, напомнив своей кошке, что не у неё одной были трудности.