Левиафан (СИ) - Гуров Илья Андреевич - Страница 115

–

Левиафан! – громко произнеся данное ему Тетрой имя, я и сам не понял, был ли это просто возглас, обращаюсь я к нему или поясняю Кире, кто перед Нами. Мои чувства и мысли сразу же спутались, будто паникующая толпа, в которой все, беспорядочно носясь в разные стороны, сталкиваются друг с другом. Я успел принять его гибель как факт, смирился и приготовился заканчивать войну с Отцами в одиночку…

–

Изменился. – знакомый рычащий голос загремел в моей голове, отдавая колючей волной по всему телу.

Самое интересное, что в этот момент Кира недоумевающе повернулась ко мне с немым вопросом на лице. Она тоже слышала его!

–

Я должен был оставить Тебя в одиночестве, чтобы Ты изменился. Пред лицом Грядущего дремлющая в Тебе часть Мёртвого окончательно пробудилась, соединившись с Твоей собственной личностью в одно целое. Теперь Ты стал его воплощением в полной мере. Но по-прежнему не в полном могуществе.

Левиафан прервал свой монолог и начал медленно снижаться. У меня едва хватило терпения дождаться, пока он мягко опустится на землю и продолжит:

– Ты начинаешь контролировать то чуждое, что смог вместить, и Тебе даже удаётся восстановить потерянные части себя. Но всё это лишь малая доля того, что Тебе предстоит принять. Меня Тебе предстоит принять. – Левиафан сделал ударение на слове «меня» и замолчал, давая мне время на осознание.

Я, правда, даже и близко не представлял, что такое говорит это древнее зловещее существо.

–

Тебя ? – вопрос я произнёс вслух, потому что ошарашенная Кира, принимающая молчаливое участие в разговоре, не могла читать мои мысли, в отличие от Объекта Двадцать Восемь. Левиафан ответил моментально:

–

Я – часть Мёртвого, которую Ты не смог вместить в себя. Я – то, что стоит между ним и Тобой, его воплощением. Я – не осознанная Вами личность, Ваше бескомпромиссное желание, способное идти сквозь пространство, время, жизнь и смерть, меняя реальность во имя реализации себя.

Достойный ответ или, хотя бы, какой-нибудь возглас никак не шёл мне в голову, однако Левиафан, похоже, и не ждал моего участия в диалоге:

–

Он, я и Ты – одно целое. И Ты – та часть Нас, что может уничтожить Отца своими руками. Такого Наше желание! Но Ты ещё не достаточно силён. Первая победа досталась Тебе легко: Грядущий, столкнувшись с воскресшим врагом, да ещё и впервые за множество эпох лишившись власти над армиями, потерял контроль и над самим собой. Но Отцы учатся с первого раза, они не допустят ошибок павшего под Твоим ударом собрата. Они приготовили новое оружие против Вас, и оно уже действует. Скоро Вы это увидите.

Я внимательно слушал Левиафана, но он, как и всегда, не говорил ничего конкретного, и это мне, как и всегда, совсем не нравилось. Почувствовав моё недовольство, он заговорил медленнее, с большей расстановкой, будто это было родительское напутствие:

–

Победить Отцов в одиночку Ты не сможешь. Тебе потребуются могущественные союзники. Именно поэтому я оставил Тебя сегодня и оставлю вновь: Ты должен проявить твёрдость, решительность и самостоятельность. Те, кого Вы называете Богами, презирают рабов, без конца выпрашивающих подачек, молящих указать путь, не желающих брать на себя никакую ответственность. Они стыдятся этих собак, называющих себя их детьми. А что до молитв – Богам нет до них дела так же, как Вам нет дела до писка амёб, копошащихся в луже. Но они жаждут зрелища! Ты должен заинтересовать их, понравиться им, и только тогда они станут к Тебе благосклонны. Богам нужен кумир, герой, положительный или отрицательный для них не существует разницы, главное, чтобы он очаровывал. Добейся их расположения, и они помогут Тебе исполнить Твоё желание!

Раскатистый голос Левиафана замер, а сам он всей своей громадой начал медленно, без единого звука, подниматься в воздух. Как всегда, без предупреждения, без слова на прощание.

–

А что если я не смогу? – хотя Левиафан уже поднялся на несколько метров, я произнёс вопрос совсем тихо, зная, что громкость значения не имеет.

–

На этот раз они не будут так любезны. – отозвался он. – Для них Ты – низменная форма жизни. Ты должен был стать товаром. Даже не рабом, просто вещью. Но Ты убил их брата. Это гораздо более унизительно, чем украсть их творения и дать им свободу.

Замолчав, загадочное сверхсущество продолжило набирать высоту. Я всё стоял с Кирой на руках, и Мы оба, не моргая, смотрели ему вслед, туманно размышляя над его словами. Наверняка, это продолжалось бы очень и очень долго, если бы Левиафан, поднявшись метров на пятьдесят от земли, не выпустил густое искрящееся облако тёмно-зелёного пара, которое, на миг скрыв его, быстро сжалось, оставив в небе лишь пустую синеву.

Немного помолчав, без единого движения, одними только губами, Кира задумчиво проговорила:

–

А Ты карьерист!

Выйдя из навеянного загадочным существом транса, я пробежал глазами по горизонту и остановил взгляд на приближающемся к Нам в облаке пыли джипе.

–

Карьерист? – мягко подбросив девушку на руках, я зашагал навстречу машине.

– Ну да. Был лидером земной преступной группировки, а теперь артист-террорист вселенского театра. Это повышение!

Чувствуя, что уже слишком устал, чтобы придумать что-то остроумное, я лишь улыбнулся, глядя в её чуть узкие тёмно-серые глаза.