Левиафан (СИ) - Гуров Илья Андреевич - Страница 96

Тот, демонстрируя на лице крайнюю заинтересованность, развернулся и плечом к плечу с Легионом повёл Нас в лагерь. Я же, заняв место слева от никуда не торопящегося пришельца, решил воспользоваться ситуацией и задать ему пару вопросов:

–

Ты уже сражался с Отцами?

–

Да-а. – воин, осторожно шагая рядом со мной, вытянул левую руку вперёд. – Эти знаки. – он указал посохом на внутреннюю часть своего локтя, и я, к своему удивлению, обнаружил, что эта часть его руки по строению очень похожа на человеческую. – Один знак означает убитого моим кланом Отца. – забыв о сходствах, я всмотрелся в чёрную кожу чужака и узрел на ней два мелких, но очень чётко вырезанных символа, в виде треугольников с округлыми углами. – А этот. – пришелец сдвинул своё оружие, направив его острый конец на небольшой круг, перечёркнутый трёмя вертикальными линиями. – Означает, что я убил Отца своими руками.

Мы вошли в туннель, так что как следует рассмотреть символы я не успел, однако слова чужака меня сильно впечатлили:

–

Выходит, Отцы вполне смертны!?

–

Они очень непохожи. Все разные. Не так, как клан. – этот пришелец говорил гораздо лучше, чем его собратья, что делало общение на порядок проще.

–

То есть это не раса? – я пока ещё не знал, что означает для моего собеседника слово «клан», но мне казалось, что в данном случае я понял его правильно.

–

Не раса, не-ет.

Бледный, видимо, всё это время слушавший Наш разговор, на ходу повернул голову и покачал ею, показывая, что он уже даже не удивляется тому, что слышит.

Чужак тем временем продолжил:

–

Они не народ. Все из разных миров. Это союз.

–

Они же, вроде, все едят эсха!? – вставил комментарий Бледный.

–

Да, эсха! – пришелец недовольно зарычал. – Никто не знает, что они делают с собой. Но, когда новый становится Отцом, он начинает любить эсха. И он может вести их воинов.

Бледный снова повернулся к Нам, как бы спрашивая, связано первое со вторым или нет. Наш чужеродный собеседник это движение понял:

–

Да, эсха даёт контроль. Отец может не есть эсха, но воины не пойдут за ним. И воины должны поглощать эсха. Это связь. Без неё воины станут дикими, убьют друг друга и Отцов. Отцы знали и сделали воинов, что они не могут жить без эсха. Нет эсха – нет связи – без связи воин умирает, а Отец остаётся один.

Пришелец замолчал, и все задумались. Нужно было как-то использовать эту слабость Отцов, но каким образом? Мы не могли за семь часов уничтожить всю соль на планете. Мы, вообще, не могли этого сделать, в том числе потому, как сами в ней нуждались.

–

Высший, Мы можем модифицировать вирус… – стоило Легиону только начать фразу, как я и сам додумался до того, что он собирался озвучить. – Так, что он нейтрализует соль в крови пауков!?

–

Да.

–

Сколько это займёт? – я почувствовал душевный подъём, даже несмотря на то, что идея ещё не была реализована.

–

Около двух с половиной часов.

Времени было и без того мало, однако эта задержка могла Нам сильно помочь.

Усовершенствование вируса того стоит.

–

Ладно, рискнём! – объявил я.

–

Мы начнём работы прямо сейчас. – заканчивая своё сообщение, Легион открыл дверь Нашего, так сказать, штаба и первым вошёл внутрь. Последовав за ним в тёплое, по сравнению с улицей, помещение, Мы молча разошлись в разные углы стола с голографической картой. Как только места были заняты, все устремили глаза на чёрного гостя с посохом, который, немного покрутив головой, как бы осматривая карту со всех сторон, протянул когтистую руку вперёд и сдвинул схему так, что прибор изобразил перед Нами Аральское море.

Пока пришелец умело масштабировал карту, Бледный, сжав губы и приподняв брови выразительно посмотрел на меня, показывая, что он впечатлён тем, как легко гость из других миров обращается с человеческой электроникой.

–

Это здесь! – чёрный воин указал белым когтем на трёхмерную модель, демонстрирующую огромный каньон.

–

Пелалар? – советник облокотился руками на стол. – Это ведь Пелалар, да!? Искусственный каньон!? – он начал бегать взглядом по присутствующим в зале.

Я никогда не слышал об этом Пелалар, поэтому лишь неопределённо пожал плечами.

–

А, ну да. – Бледный задумчиво поднял глаза вверх. – Его начали строить уже после Вашего исчезновения. Ну дак и что с этим каньоном? – он повернулся обратно к чёрному гостю.

Пришелец медленно, словно оценивая тактические свойства местности, погладил свой кожный мешок, и спокойно проговорил:

–

Грядущий будет там!

Мы с Бледным непонимающе переглянулись, и, мне показалось, что даже бесчувственный Легион озадаченно, хоть и едва заметно, повёл головой. Повернувшись обратно к карте, советник уже с гораздо большим интересом окинул взглядом модель и, наклонившись к ней, с расстановкой спросил:

–

А почему Ты думаешь, что он будет там?

Пришелец поднял свои ярко-зелёные глаза и выпрямил спину:

–

Потому, что Левиафан будет там.

Древняя кровь

Разумеется, все понимали, что в настоящее время Мы не так уж важны для Грядущего, его первой целью будет Левиафан, но никто из Нас не подозревал, что последний предложит Нам план совместной атаки. Это было интересно.

–

Выходит, Ваш военачальник заманит Отца и его прихвостней в узкое место, и Мы общими усилиями всех их порешим, так получается!? – Бледный пошёл вокруг стола, продолжая внимательно рассматривать светящуюся модель каньона. – Да, но нужна хитрость. – пришелец многозначительно покосился на меня. – Нужна засада. Грядущ почувствует людей и не пойдёт туда.

–

Значит, Нам в каньон идти нельзя!? – я, стараясь не шуметь, чтобы не сбить общий неторопливый и вдумчивый поток мыслей, опустился на небольшой стул. – И что ж Нам, в таком случае, делать?

Чужак прищурил ярко-зелёные глаза и медленно осмотрел помещение, на несколько секунд останавливая взгляд на каждом из присутствующих. Наблюдая за ним, я никак не мог понять, размышляет он над ответом, или это жест недоверия.

–

Высший должен быть в бою. Мы пойдём с ним, и Вы. – пришелец перевёл свои блестящие глаза на Легиона и слегка наклонил голову. – Вас он не почувствует, а мой клан уже встречал этого Отца и знает, как спрятать от него. А Вы… – он посмотрел на меня и тоже почтительно кивнул. – Пойдёте в сон, чтобы он не увидел Вас.

На некоторое время в зале воцарилась тишина задумчивости. То, что предлагал чёрный чужак, звучало как-то странно, кроме того, я не мог понять, что именно я должен буду делать, когда окажусь на месте. Мы ведь не знаем даже, как выглядит Наш враг, не говоря уже о его способностях и слабых местах. Если, к примеру, он похож на Левиафана, то каким образом я, даже в компании пришельцев и роботов, остановлю его?

–

Нет-нет-нет, подождите! – Бледный с силой потёр лицо, как бы приводя себя в чувства. – Что это за план такой? Давайте просто забросаем их бомбами!

–

Вы видели малую часть армии врага. Когда сюда прибудут все, Вам не хватит оружия. И Отец силён. Нужна хитрость. – чёрный чужак повис на своём посохе.

–

А если Мы пожжём их красными куполами? – советник облокотился на стол и упёр взгляд в Легиона.

Киборг немного помолчал, пребывая в нерешительности, но поняв, что вопрос обращён к нему, тихо ответил:

–

Мы не знаем, что это.

–

Ну как, красные купола, которые появились перед тем, как Вы напали на людей. С этого началась Наша война. – пояснил советник.

–

Это технологии Левиафана. – Легион повернулся к пришельцу, и следом за ним Мы с Бледным.

–

Не сработает. – чужак снова потёр свой кожный мешок. – Отцы не глупы. Они знают в оружии. И их армии бесчисленные. Наш шанс – это засада, выскочить рядом с ним, найти слабое место и бить туда, пока Левиафан отвлекает его. Ваши пули для него незаметные, как пылинки, но если они принесут большую болезнь, Отец погибнет.