Между Призраком и Зверем - Сурикова Марьяна - Страница 39

В книге, которой я увлеклась, шло перечисление всех представителей магического сообщества с официально принятыми и простонародными названиями: ликаны (оборотни), ламии (ведьмы), обуры (вампиры), эллии (фейри), мольфары (колдуны).

Нам говорили еще с ранних лет, что люди служили пищей для всех волшебных существ. В какой-то мере это являлось правдой, только пища была энергетическая, в связи с чем людей тоже делили на разные виды. Для тех же оборотней существовали шааны и аретерры, на человеческий язык я бы перевела эти слова как наркотик и стабилизатор. Оборотни были крайне чувствительны относительно всего, что касалось обоняния или слуха, и в связи со своей особенностью чутко реагировали на голоса, запахи и в том числе на энергетическую сущность человека, подразделяя людей на условно опасных и мирных.

Из всех магических существ именно ликаны более всех берегли чистоту крови, выбирая пару среди подобных, так как обладали способностью обращаться в зверей, что порой оказывалось несовместимо с жизнью человека. За счет двух ипостасей они являлись едва ли не самыми сильными из всего магического сообщества и убить их было сложнее, поскольку после гибели человеческой сущности, ликаны обращались в зверей и доживали свой век уже в этом облике, по-прежнему представляя опасность для своих врагов.

Ламии и мольфары являлись представителями одной сущности, сходной с человеком, только ведьмы рождались со способностями повелевать природой, а колдуны оказывали влияние на стихии. Прежде волшебники, так похожие на людей, заключали браки между собой, чтобы усилить магический талант, но природный и стихийный дар, как ни странно, не смешивались, а передавались по наследству в зависимости от пола ребенка. Для людей же главную опасность представляли чародейские ритуалы, в которых человек играл роль жертвы. Именно ритуалы позволяли забирать жизненную энергию, увеличивая силы магов. И пусть даром их наделяло само мироздание, но некоторые не хотели довольствоваться малым, а иными способами усиления способностей, в отличие от тех же обуров, не владели.

Вампиры являлись самым паразитическим представителем волшебного народа, поскольку могли брать человеческую энергию напрямую через прикосновения. В этот миг я вспомнила собственную способность забирать силу у Кериаса, но исходя из почерпнутой в книге информации я просто стала участницей ритуала, что тем не менее не превращало автоматически в вампира. Они-то вытягивали силы у любого человека, а количество забираемой энергии зависело от типов прикосновений. Однако самыми страшными являлись кровавые обряды, и, получая жизнь и энергию смертного через его кровь, обуры становились почти всесильными. Что-то противопоставить им в таком случае могли только ликаны.

Самыми соблазнительными и привлекательными представителями среди чародеев всех мастей были, конечно, эллии. Они относились к категории уязвимых, но прекрасных охотников, подобно хищным цветам, привлекающим жертву своей красотой. Невероятно чувственные, изящные, чарующие, они тянули людей словно магнит, и не обладая, например, невероятной физической силой оборотней или тех же перерожденных кровавых вампиров, фейри брали свое через соблазн и секс, иногда опустошали любовника подчистую. Эти же существа реже всего сходились с людьми, как с равноправными партнерами, тут играла свою роль «ущербность», неидеальность людей, потому их предпочитали использовать в качестве кормушки.

И среди всего многообразия волшебников совершенно особый класс составляли хранители.

Маги, представители всех каст магической общины, в чем-то отличные от сородичей, возможно, обладающие изъянами, не позволяющими влиться до конца в жизнь уникального сообщества, своего рода изгои, которые вставали на сторону людей, спасали их, оберегали и чаще всего создавали с людьми семьи. Их дети нередко наследовали магию, более слабую, чем у чистокровных представителей, но она давала возможность хоть что-то противопоставить охотникам на людей.

И вот только благодаря хранителям нам, людям, удалось отстоять право на жизнь, свободную от влияния магов. То есть прежде это была империя, где правили волшебники, а люди, мягко говоря, им помогали, получали свою защиту, имели свой круг обязанностей, но при этом находились на волосок от гибели. Существовали, конечно, официальные патрули, стражи и прочие представители, охранявшие человеческие кварталы в крупных городах или поселения за городской чертой, но все равно полной защиты не имел никто. И если бы не хранители, вряд ли человек смог что-либо изменить.

Более подробную информацию о наших благодетелях я нашла в другой книге, в разделе о государственном устройстве до начала войны. Именно защитники общими усилиями создали антимагические камни и повели своих подопечных в сражение. Люди выкладывали зачарованные круги, а хранители в один миг их активировали, накрыв места, где обитали маги, отдельными куполами, а затем по единому призыву смертные и их помощники поднялись против охотников. Простых людей всегда рождалось гораздо больше, а потому у обессиленных магов не осталось шанса. Дар блокировали, а кровожадная толпа озверела и готова была погибать, но рвать противника на части. Страх отступил, милосердие было забыто, империя рухнула.

А после мы все восстанавливали и заново отстраивали. Тех, кто уцелел, отправили за антимагическую стену, в так называемый город магов. С ними не пытались договориться, не пробовали использовать способности малочисленных выживших на благо людей, их просто заперли в назидание и из чувства неутолимой мести, потому как обычных смертных в той войне погибло намного больше и потому что не осталось хранителей. Они всегда шли в первом ряду, всегда закрывали собственными спинами дорогих им людей.

Да, этот период в истории знал каждый, но вот о подлости людей, которые истребляли всех магов, даже тех, кого обманом выманили из домов, тех, кто сразу хотел сдаться и не принадлежал к касте охотников, умалчивалось, как и о хранителях, погибших от руки людей-предателей. На общей волне ненависти восставшая толпа уничтожала представителей магического сообщества, и слабые или относящиеся к людям с сочувствием погибали в первую очередь.

Когда прочитала об очень подробных описаниях бесчинств самих нападавших, волосы на голове встали дыбом, а перевернув последнюю страницу толстенного фолианта, я поняла, почему книги скрыли и спрятали от глаз обычных посетителей библиотеки. Такие знания не могли принести обладателю ничего хорошего, пусть даже с момента окончания войны прошло более двухсот лет.

Поспешно подхватив книгу, я отнесла ее к стопке, помеченной как «Магическая империя». И слава светлым богам, что я давно овладела превосходным навыком быстро ознакомляться с любым объемом информации, прочитывая книги по диагонали и умея выхватить самое важное. Без подобного полезного качества, которому обучали ещё в школе библиотекарей, скоро сортировать и систематизировать фолианты не вышло бы.

Вздохнув, я обвела взглядом ровные стопочки, которые следовало расставить по полкам, но для начала оставалось доразобрать последнюю горку пухлых книжек, и вот тут я окончательно потеряла счет времени.

Несмотря на всхлипы и завывания по ту сторону двери, которые стихли полчаса спустя, я до утра так и не отправилась спать. А все по той причине, что среди фолиантов с потрескавшейся кожаной обложкой оказалось три тома, озаглавленных как «Магические ритуалы». В книгах даже приводилась информация по защитному обряду, проведенному Кериасом.

Его я изучила подробно, а прочитав некоторые строчки по нескольку раз, устроила подбородок на скрещенных ладонях и снова задумалась, стоило ли чисто гипотетически причислить меня к виду энергетических вампиров, если магией я по-прежнему не обладала.

«Сила дающего» – именно так он назывался, являясь высшей степенью защиты, разработанной в свое время хранителями для своих любимых. Она связывала двоих энергетически, и сильнейший в паре хранил слабейшего от любой возможной угрозы. Но! Существовала опасность стать зависимой от тех ощущений, что дарило поглощение чужой жизненной энергии, однако лишь в случае регулярной подпитки и углубления наших отношений, то есть их развития в сторону (тут я покраснела) в весьма интимную сторону. А все потому что на таком глубоком уровне, когда один человек подпускал другого к личной энергии, сохранять чисто приятельские взаимоотношения не выходило. По всему получалось, что если и дальше буду жадничать и вытягивать из дорогого Кериаса его силу, то не просто стану личным вампирчиком дознавателя, так еще и сама затащу его в постель. Сразу вспомнилось воздействие шафиана и попытки Зверя спастись от озверелой Мышки.