Феромон (СИ) - Лабрус Елена - Страница 63

- Взаимно, - тёплая ладонь Ричарда уверенно пожимает мою. И сейчас я хорошо вижу в нём и тонкокостность Габриэлы, и маслянистый блеск её карих глаз, и длинную шею, что подчёркивает жёсткий воротник его рубашки. И его взгляд, устремлённый на меня, теперь внимательный, понимающий и тёплый. Он переводит его на Эйвера, когда отпускает мою руку. - Где вы остановились, Эйв?

- Пока нигде, - показывает Хант сквозь стеклянную стену палаты на брошенные в холле вещи.

- Тогда приглашаю поехать к нам. Места всем хватит.

- Да нет, спасибо, Ричи, мы лучше в гостиницу, - хмыкает Хант.

- Эйв, - плавно разворачивается к нему Ричард. - Сейчас я думаю время, когда нужно держаться всем вместе. Мама ждала тебя. Нравится тебе это или нет, а мы семья. И все эти разногласия уже давно пора оставить в прошлом.

- Мы не семья, Ричи. Не семья, - стискивает зубы Хант и сверлит брата неприязненным взглядом. - Просто так вышло. Спасибо за приглашение, но мы поедем в гостиницу.

За Ричардом приходит медсестра и прекращает этот бессмысленный спор. А Хант садится у кровати и, поставив с краю локти, зажимает голову руками, словно этот разговор его бесконечно вымотал.

- Может зря ты так... категорично? - кладу я руку на его плечо.

- Я просто знаю, чем всё это закончится. Опять поссоримся, а то и подерёмся, а он прав: сейчас не время для ссор, - он пожимает отцовскую ладонь ободряюще и встаёт. - Можем устроиться в гостиницу прямо при больнице. Но тут вряд ли есть люкс.

- Какой ты всё же сноб, Хант, - сокрушённо качаю я головой.

- Нет, я просто всегда выбираю самое лучшее, - подтягивает он меня к себе одной рукой. - Жильё, виски, тебя.

- Иди ты к чёрту, Эйв, - толкаю я его в каменную грудь. И он, конечно, просто так не сдаётся. Но я всё же вырываюсь из его нежного захвата, когда слышу своё имя, произнесённое слабым голосом.

- Анна? Анна!

- Мистер Хант! - кидаюсь я к открывшему глаза отцу Эйвера. И пусть на самом деле он не сильно стар, сейчас я вижу умудрённого жизнью старца, но вкладываю в это слово скорее уважение к учителю, чем возраст.

- Анна, - гладит он моё лицо неверной рукой. - Вот так сюрприз! А я-то думал, больше никогда тебя не увижу. Кто это там с тобой? - слегка поворачивает он голову на выразительное покашливание Эйва. - Неужели мой сын?

- Привет, пап!

- Здравствуй, сынок!

- Как вы себя чувствуете, мистер Хант? - снова привлекаю я внимание к себе.

- Старым, деточка. Больным, дряхлым и старым. Я же теперь даже молот, наверно, не подниму. Да и не хочу, - отмахивается он и отворачивается, чтобы мы не видели заблестевшие в его глазах слёзы.

- Мистер Хант, - сжимаю я его руку, вдруг почувствовав себя той самой девчонкой, что он когда-то поучал в своей кузнице. - Такая сталь не стареет и не ржавеет, она просто устаёт. И вы обязательно поправитесь.

- У меня стойкое ощущение, что я чего-то не знаю, - огибает кровать Хант и задаёт свой вопрос мне, а не отцу: - Вы знакомы?

- Да она была в моей кузне чаще, чем ты, - хмыкает его отец. - Вот такая ирония судьбы, - сжимает он мою руку, - бог дал двух сыновей, и ни одному из них это оказалось не надо. А ты - девчонка, а впитывала мою науку, как губка.

Мне всё же приходится объяснить нахмуренному Эйву, как я оказалась в кузне его отца.

- Так вот откуда ты разбираешься в клинковом оружии, - не веря своим ушам, качает он головой. - И кофе, - доходит до него, и этим он ещё больше потрясён.

- Твоя мама лично научила меня его варить, - улыбаюсь я.

- Да ты просто... - не находит он слов.

- Создана для тебя? - издеваюсь я, наслаждаясь его смятением.

- Лопни мои глаза, - подаёт голос не менее потрясённый отец. - Неужели вы вместе? А я-то думаю, с чего у меня вдруг инфаркт? Вы же вместе? - переводит он взгляд с меня на Эйва.

- Да, пап, да, - опускает он глаза, а потом поднимает их на меня, словно ждёт подтверждения. - Мы вместе.

И мне так хочется возразить, даже не из вредности, а потому, что на самом деле мы пока каждый сам по себе. Мы не пара. Мы так не договаривались. Но расстраивать его отца выяснением отношений, которых ещё толком и нет, конечно, не собираюсь.

- Но вы же побудете ещё хоть денёк? - зорко следит его отец за нашими переглядками. - До того, как меня выпишут, понимаю, долго. Но хоть на один денёк? Габриэла всё просила, чтобы я пригласил тебя в гости, раз уж мы с тобой худо-бедно, а всё выяснили. Может, заедешь?

- Вы сговорились что ли? Ричард пригласил, теперь - ты.

- А этот засранец что, тоже тут крутится?

- Разумеется, - разводит руками Эйв, - он же здесь работает.

- Мы с ним поссорились. После свадьбы. Я же наговорил там его невесте по твоей просьбе. Вот уж не думал, что она послушается и что всё так получится. А она как с цепи сорвалась. Как была в подвенечном платье, так в такси и удрала. А он давай пытать, что я ей сказал. В общем, - машет он мозолистой рукой, - уже что вышло, то вышло.

И хоть нам совсем не хочется оставлять его, но приходит лечащий врач, и Эйвер отцу даже ответить ничего не успевает. Только «Увидимся!», а в коридоре мы вновь натыкаемся на Ричарда.

- Эйв, поверь, мне самому не нравится эта идея, но мать просила - я передал, - повторяет он просьбу Габриэлы. - У неё есть к тебе важный разговор.

Хант соглашается нехотя, но всё оказывается не так уж и плохо.

77. Анна

Не так уж и плохо, особенно к вечеру, когда все многочисленные родственники Габриэлы, наконец, разъезжаются. После шума и гомона, что создавали племянники и племянницы всех возрастов, становится непривычно тихо. А после душного дня - прохладно. И хотя солнце ещё не село, но спряталось куда-то за небоскрёбы цента, и здесь на окраине города от кучных облаков на землю легла благодатная тень.

Эйв, целый день провисев на телефоне, наконец, уединился с Габриэлой для того важного разговора, ради которого его пригласили. А мы с Ричардом сидим в маленьком садике за домом, где на кусочке запущенного и вытоптанного газона стоят старые кресла, и пьём чай.

- Как вы познакомились с Ивой? - интересуюсь я, после того, как он уже поделился своей нелёгкой историей противостояния с Эйвером, что тянется у них с самого детства, а я взамен рассказала, как мы познакомились. Начиная с работы в офисе, конечно. И о том, как я сдружилась с их отцом.

- Банально, - вздыхает Ричард. - Она потянула ногу. А я как раз дежурил в приёмном покое. Растяжение оказалось пустяковым. Я отправил её домой с тугой повязкой, три дня искал повод, чтобы позвонить. И не придумал ничего интереснее, чем справиться о её здоровье. Вот, собственно, с этого всё и началось.

- Насколько я помню, центральный офис её компании находится именно в вашем городе, но Ива вряд ли сидела на месте, - ковыряю я потрескавшуюся клеёнку на столике между нами. Интересно, она правда потянула ногу или Ричард пал жертвой её хитроумного плана?

- Так и было, - делает он глоток из большой керамической кружки, от которой давно не поднимается пар, но я всё равно чувствую запах бергамота и угадываю в тёмном напитке старый добрый Эрл Грей. - Первое время мы виделись нечасто. Раз в месяц, а то и реже, встречались в каком-нибудь баре выпить, поболтать, как старые приятели, но на этом, как правило, всё и заканчивалось. Ей было неловко, что я всё же брат Эйвера.

А моё воображение рисует эту историю совсем в иных красках: Ив держала его как запасной аэродром, не подпускала ближе, но и не отпускала, видя явную заинтересованность этого симпатичного, но скромного парня. И, зная их сложные отношения с Хантом, приберегала, как козырь в рукаве.

- А потом?

- А потом, - вздыхает он, - так вышло, что она проиграла подряд два дела.

- Проиграла Ханту?

- Одно - ему, но, мне кажется, за эти корпоративные сделки она и бралась только ради Эйвера, - удивляет он меня своей осведомлённостью. Всё же, отдать ей должное, она не держала его за дурака хоть в этом.