Борьба или бегство (СИ) - Уманский Виктор Александрович - Страница 41

Таня цепляла меня своей независимостью, отказом подчиняться моим планам - тем же зацепил её саму Ваня. А что если попытаться поменять роли? Соорудить себе бурную личную жизнь - если не в реальности, то хотя бы в глазах Тани? Возможно, она ощутила бы укол ревности, начала бы больше ценить меня. Если же попутно мне удалось бы найти себе другую подружку - я и сам смог бы отвлечься...

Ни сил, ни желания знакомиться у меня не было, но сдаваться было рано. Не сейчас.

Я засел за компьютер, начав переписываться с девушками в «контакте». Это было мне привычно: разговоры постепенно закручивались, и одни отсекались, а другие становились всё интереснее. Спустя несколько дней у меня уже была пара вариантов для встречи. Несмотря на некоторые успехи, я чувствовал себя всё хуже. В Таниных соцсетях каждый день появлялись отчёты: антикафе, бар, ролики. Каждая новая фотография заставляла меня мучительно завидовать и ревновать: Таня была с друзьями, а не со мной. Я изводил себя, пытаясь соответствовать созданному мной же беспечному и насмешливому образу, но будучи не в силах справиться.

* * *

Вечером 23-го июня я встретился с девятнадцатилетней студенткой Ирой. Мы посидели в кафе, где она долго рассказывала мне про свою учебу на юриста. Я кивал, не вслушиваясь, и следил за бликами света на её черных волосах. После ужина я повёл Иру к 20-этажному дому на Таганской, намереваясь залезть на крышу. Ира никогда раньше на крышах не бывала и потому боялась всего подряд: высоты, жильцов, полиции, проводов. Мне пришлось пресечь все возражения: на крышу подняться было необходимо, ведь основной смысл этого свидания заключался в том, чтобы сделать совместное фото. Навесной замок я отжал железным прутом, и по внутренней пожарной лестнице мы поднялись на чердак, где через квадратное окошко выбрались наружу.

Ночная Москва действительно завораживала - не обманул я Иру, заманивая её сюда! Прямо перед нами горела рыжими сполохами наружной иллюминации высотка на Котельнической набережной. Огни водопадом сбегали по её стенам, разбивались о крыши соседних домов, окутывали их своим мерцанием. Справа зияло чёрное пятно - там, на другой стороне реки, раскинулся парк усадьбы без единого фонаря. Летняя ночь была тёплой, и нас обдувал приятный лёгкий ветерок.

- Как же красиво... - прошептала Ира.

Она встала вплотную ко мне, касаясь меня плечом. Конечно, это был намёк, что стоит обнять её. Я вздохнул.

- Давай сделаем селфи, - сказал я, разворачиваясь спиной к краю крыши и вытаскивая телефон.

Для фотографии я всё же обнял Иру, но потом сразу отпустил и отошёл на другой конец крыши. Наверно, Ире было бы обидно узнать, что в тот вечер я практически не думал о ней. С другой стороны, жаловаться ей было не на что: и поужинала за мой счёт, и на крыше побывала. Я включил интернет на телефоне, чтобы отправить Тане фотку, и увидел, что она сама прислала мне какое-то сообщение. Когда я открыл его, меня будто с головы до ног окатили ледяной водой: это была фотография Тани на крыше, причём из одежды на ней были лишь короткие шортики. Голую грудь она прикрывала рукой.

- Неплохо. Кто фоткал? - написал я.

- Маша, - тут же ответила она.

Кто такая Маша, я не имел понятия. Я отправил в ответ фото с Ирой и отключил интернет. Мной овладело чувство совершенной беспомощности. Стараясь быть не хуже Тани, я выбивался из сил, но тщетно: она, совершенно не напрягаясь, всё равно жила ярче и интереснее.

* * *

Раньше я скрывал от Тани только её собственную важность для себя, но теперь она знала про мои свидания с кем-то ещё: нельзя было допустить у неё мысли, будто своим успехам или неудачам с другими девушками я придаю большое значение. Моё так называемое «признание», как обычно, весьма органично вплелось в разговор. Мы с Таней обсуждали в «контакте» собственные взгляды, и я обмолвился:

- В последнее время мне часто приходит в голову, что слишком многие мои действия продиктованы не реальными желаниями, а страхом неудач. Я уделяю чрезмерное внимание мнению других, а это позёрство, притворство и слабость.

- Каких неудач? По-моему, у тебя их не бывает!

- Бывает... Но зачастую я стараюсь обращать их в победы. И всё - ради того, чтобы достичь нужного внешнего эффекта. Например, вчера я гулял с девочкой. Не могу сказать, что у меня было на это настроение. Но я подумал, что это выглядит в любом случае более удачным вечером, чем чтение в одиночестве. А для кого? Для других. Выходит, меня заботит их мнение. Думаю, пора от этого избавляться.

Забавно: рассуждая о притворстве, я продолжал притворяться. Разоблачить меня было бы трудно даже куда более проницательному человеку, чем Таня: ведь я не врал, а всего лишь использовал только нужную правду. Я действительно считал, что от стремления к внешним эффектам пора избавляться, но вся эта псевдо-спонтанная речь сама была частью спектакля! Если до поездки мне всё же удастся найти любовницу, это будет замечательно, если же нет - я смогу сказать, что просто передумал, не захотел биться за то, что было мне не нужно. Чем дальше заходила эта игра, тем более гадко мне становилось. Я мечтал о том, как поездка, а вместе с ней и этот спектакль подойдёт к концу.

Некоторое время Таня обдумывала мои слова.

- Думаю, тут я тебе не советчик. Я сама всегда старалась быть лучшей во всём, чего бы это ни стоило. И если в чём-то не повезло - отыграться где-то ещё. Или с кем-то!

Хотелось ответить: «Да знаю я, знаю. Мы же одного поля ягоды. Потому я и затеял этот разговор: подкинуть тебе другой взгляд на вещи, который нивелирует моё возможное поражение».

- Просто ты ещё маленькая - и не доросла до такого.

Она прислала мне недовольный смайлик.

* * *

Ира меня не вдохновила, и после свидания я немедленно забыл про неё. Следующей была студентка филфака МГУ по имени Аня. Мы переписывались пару дней, после чего я предложил погулять в центре. Я имел в виду ближайшие дни, но Аня, несмотря на позднее время, предложила этот же вечер. В одиннадцать мы встретились на Смоленской.

Выпив коктейли на Арбате, мы отправились на Гоголевский бульвар. Один из неоспоримых плюсов лета - то, что можно легко и приятно гулять всю ночь. В третьем часу ночи мы с Аней сидели на скамейке на бульваре и потягивали карельский бальзам из её фляги. Я отправил наше фото Тане. Она тоже не спала и через минуту прислала мне в ответ фотку с крыши на Парке Победы[1].

- Прикольно. А ты с кем? - написал я.

- С Геной.

Вот так раз! Это же тот самый роупджампер, который подвозил нас на прыжки. Так я и думал, что это было неспроста.

Мысль о том, что мне не под силу тягаться с Таней, подтверждалась поразительно быстро. Действуя на пределе возможностей, я еле-еле мог достичь результатов, которые для неё были нормой.

- А как вы забрались на крышу? Там открыто было?

Крыша углового здания на Парке Победы всегда была весьма популярной, и жилищники[2] постоянно запирали и даже заваривали двери на чердак. Если бы Таня была с кем-то из руферов, то вопросов бы не возникло - эти ребята умеют вскрывать замки. Но Гена не относился к их числу.

- Да тут целая история.

- Жги!

Аня рядом со мной уже заскучала и демонстративно достала свой телефон, но меня это не волновало, я целиком сосредоточился на новостях от Тани. А она печатала большое сообщение.

- В общем, сначала мы попробовали через падик[3], но там было запилено[4]. Нам было лень проверять их все, и я предложила залезть по внешней пожарке. Это было стрёмно, но весело. Я лезу, лезу. Этаже на шестом горит свет, и я вижу, что там бабка стоит у плиты и готовит что-то. Меня так и подмывало подождать, когда она повернётся, и помахать ей рукой.

Двенадцать этажей, внешняя пожарная лестница, без страховки... Брр.

- М-да, ну ты всегда была отбитой! Удачи с Геной.

Я отключил экран телефона.

- Ань, пойдём на крышу слазим.

- Пойдём! - неожиданно согласилась она.

Я не знал ни одной крыши поблизости, кроме знаменитых «книжек» на Новом Арбате, но туда уже несколько лет было трудно залезть: жильцам осточертели руферы, и они звонили в полицию, только лишь заметив чей-либо косой взгляд в сторону их дома. Под утро отправляться в ОВД не хотелось, поэтому оставалось только найти крышу наугад. Танина история вдохновила меня, и я уверенно двинулся к ближайшей арке во дворик.