Смерть и девушка из соседнего дома (ЛП) - Джонс Даринда - Страница 54

Едва прозвучало имя, что-то внутри меня дрогнуло. Лично мне имя было не знакомо. Я покачала головой, чувствуя, как дикий страх проползает во все уголки сознания.

— Откуда вы все это знаете?

Дедушка нахмурился:

— Ты нам рассказала.

Это невозможно. Я ведь ничего такого не помню!

— Зачем кому-то призывать демона? — недоуменно поинтересовалась Бруклин.

Дедушка тяжело вздохнул:

— Чтобы стать одержимым.

— Одержимым? — Я перевела взгляд с Джареда на дедушку. — Что вообще это значит?

— Что в кого-то вселился демон, и этот кто-то знает, как контролировать его с помощью ритуалов и заклинаний. Одержимый становится очень, очень могущественным человеком. Мы думаем, что тот, кто открыл врата ада, намеренно призвал именно Малак-Тука — правую руку Люцифера.

Бруклин словно очнулась от какого-то сна:

— Значит, это со мной и произошло? — Она уставилась на Кэмерона, которому явно было известно куда больше, чем нам. — Джаред сказал, я одержимая. В меня вселялся демон?

Взяв дочь за руки, мама Брук поспешно заверила:

— Не демон, милая. Ты была одержима темным духом.

— Потому-то мы и переехали сюда, — объяснил папа подруги. — В Санктуарии знали, как тебе помочь. Знали то, чего не знали мы.

— Господи, я помню! — воскликнула Бруклин. — Помню, как надо мной кто-то молился, молился и молился, а потом… — Ее сияющие глаза нашли дедушку. — Вы меня освободили!

Дедушка печально улыбнулся, а родители крепко обняли Брук.

— Когда выяснилось, что ты ничего не помнишь, — сказал ее папа, — мы решили ничего не рассказывать, чтобы не вызывать болезненных воспоминаний.

Бруклин разрыдалась прямо в мамину куртку, а потом вдруг застыла, словно на нее снизошло прозрение. Повернувшись к Кэмерону, она со всей дури треснула его по руке.

Он потер место ушиба, прикидываясь, будто ему страшно больно, и мрачно процедил:

— Теперь-то я в чем виноват?

— Так вот почему у меня странная аура, да?

— Аура? — переспросила мама Брук.

Ласк пожал плечами:

— Да, но странная ведь не в плохом смысле. Просто она у тебя другая.

— Ты что-нибудь с тех времен помнишь? — благоговейно пробормотал Глюк.

Бруклин покачала головой:

— Нет. Ничегошеньки не помню, кроме того, что мне снились кошмары и надо мной долго-долго кто-то молился. — Она взглянула на моих бабушку и дедушку. — Вы меня спасли.

— Вовсе нет, — отозвалась бабушка. — Тебя спасли родители. Если бы они не привезли тебя сюда, ты бы долго не продержалась. Когда мы тебя увидели, ты едва дышала.

— В отличие от демонов, — добавил отец Бруклин, — темные духи лишь причиняют боль и провоцируют хаос.

Подруга обняла родителей, а я сидела и варилась в какой-то отупляющей, густой тишине. Выходит, Брук была одержима, когда переехала сюда. Вот интересно, ее спасли до или после нашей драки?

— Мы составили карты, — сообщил шериф Джареду. — Похоже, мы знаем, куда ушло большинство темных духов. Они оставляют за собой весьма заметные следы.

Джаред кивнул:

— Карты пригодятся.

— Минуточку! — сорвала я заседание комитета по стратегическому планированию. — Приготовиться к Третьей мировой войне еще будет время. Что произошло с мамой и папой?

Я посмотрела на бабушку с дедушкой, очень стараясь не выдать ни голосом, ни взглядом горечи. Неужели все это время они знали правду, а мне позволяли верить, будто родители попросту исчезли?

— Честно говоря, милая, до конца мы и сами не знаем, — ответила Бетти Джо, потому что все остальные молчали.

То есть чуть ли не весь город в курсе? Ей-богу, я чувствовала себя полной идиоткой.

— Нам удалось выяснить, — продолжала бабушкина подруга, — что твой отец пытался закрыть врата, пока мать защищала тебя от крадущихся сквозь них темных духов. А потом твои родители исчезли.

— И все сразу же прекратилось, — добавила бабушка. — Насколько нам известно, с тех пор у тебя даже видений не было.

— Шутите? — фыркнул Глюк. — Да они у нее постоянно!

— Как это? — удивилась бабушка, но удивление на ее лице быстро сменилось надеждой.

И все-таки насчет меня она ошибалась. Все ошибались. Наверняка.

— У меня и правда бывают видения, — призналась я, поклявшись прибить Глюка при первой же возможности, — но в них сплошные глупости. Сущая ерунда.

Бабушка с дедушкой улыбнулись друг другу. Что ж, их ждет серьезное разочарование.

Украдкой я взглянула на Джареда, который по-прежнему крепко держал меня за руку, что означало лишь одно: это еще не конец.

Вздохнув, я решила заполнить пробелы и посмотрела на дедушку:

— Ну а со мной что? Я тоже была одержима?

На мгновение он затаил дыхание, не зная, что ответить, а потом нерешительно прошептал:

— Да.

Я зажмурилась. Не знаю как, но где-то в глубине души я уже знала, что со мной было то же самое, что и с Брук. Только я не помнила ни молитв, ни ощущения свободы, ни новообретенной чистоты.

— Мы не сдавались целый год, — с несчастным выражением лица проговорила бабушка. — Все перепробовали.

— Ты его словно впитала в себя, — объяснил дедушка и вдруг, словно хотел меня приободрить, в упор посмотрел на меня с гордостью. — Ты оказалась сильнее, звездочка. Он так и не подчинил тебя себе, зато ты всегда умела его контролировать.

Мысленно я перебрала все, что узнала, включая открытие адских врат, неминуемую битву и одержимость. Вот только Джаред все еще крепко держал меня за руку и чего-то напряженно ждал.

И тут до меня дошло.

Я зажмурилась и тихонько вздохнула:

— Он все еще внутри.

Никто не бросился возражать. Я открыла глаза и дала себе время осознать правду.

— Я все еще одержима.

Внезапно все в кухне решили смотреть куда угодно, лишь бы не на меня. Я встала и прижала свободную руку к груди, поддавшись ослепляющему страху.

— Вытащите его, — пробормотала я, теряя остатки здравомыслия. — Вытащите… сейчас же!

— Он слишком силен, — проговорил наконец Джаред, чей голос был пропитан сожалениями. — Если мы изгоним его сейчас, он тебя убьет. Разобьет на куски твою душу и бросит умирать. Если бы твоим родственникам удалось избавиться от него, тебя бы сейчас здесь не было. Да и их, вероятно, тоже.

— Но ведь из Брук они такого же вытащили! Ничего не понима…

И тут меня осенило. Отчаянные взгляды, пропитанный безнадегой воздух. Я вспомнила, о чем говорила мама Бруклин, и, громко ахнув, посмотрела на всех собравшихся.

— Человек, который открыл адские врата, обладал силой призывать демонов. — Я тяжело сглотнула. — Значит, это демон. В меня вселился демон!

И снова никто не стал возражать.

Я пошатнулась и опять села, вспомнив видение о Джареде, в котором он дрался с демоном — огромным чудовищем с острыми когтями и смертоносными сверкающими зубами.

— Тот человек призвал ближайшего помощника Люцифера для себя, но вместо него демон вселился в меня.

— Мне ужасно жаль, милая, — грустно проговорил дедушка. — Мы все перепробовали.

Вот только я его почти не слышала. От одной только мысли, что во мне сидит нечто отвратительное и невероятно злое, я чувствовала себя почти так же, как когда мне снились кошмары, где я была вся усеяна жуками. Что бы я ни делала — сбросить их не удавалось.

— Теперь ты знаешь все, что должна была узнать, — с сожалением проговорил Джаред. — Знаешь обо всех моих прегрешениях. Если бы ты, Лорелея, умерла, то отправилась бы в рай, где была бы совершенно свободна. Но я вернул тебя. Нарушил закон. И расплачиваться за это придется тебе.

Я опять поднялась. Мне нужно было выйти. Дышать в переполненной людьми комнате стало невозможно. Вот только Джаред тоже встал и положил руку на спинку моего стула, не давая пройти.

— Говорил же, незачем ей рассказывать, — проворчал себе под нос Кэмерон. — Иногда правду лучше не знать.

Я положила ладонь на грудь Джареду:

— Мне нужно подышать свежим воздухом.

— Лорелея, — сказала Брук с огромными от страха глазами, — мы справимся, обещаю.