Элемента.T (СИ) - Лабрус Елена - Страница 66

— Не могу быть одновременно и там, и тут, — ответил голос у него за спиной.

— Странно, что ты вообще так можешь, — ответил ему Дэн. — Начинаем?

Они заняли свои места в этой человеческой спирали, а Армариус встал в её центре.

— Друзья мои, — начал он, обращаясь ко всем присутствующим, — Проклятье азуров. Я расскажу про него для тех, кто забыл, а может никогда и не знал.

В тот далёкий год шла жестокая война. Новые боги, одержимые величием, одурманенные властью и безрассудные в своей безнаказанности решили, что весь этот лунный мир должен не просто принадлежать им. Он должен им подчиняться. Он должен стоять на коленях. Они стали использовать людей как кукол, как рабов, и выбрасывать как мусор. Наш народ тоже страдал от их произвола. Но люди боялись выступить против. Боялись, что гнев правителей обратиться и против них.

Мудрейшие боги решили положить этому конец, но нам нужна была поддержка. Мы обратились ко всем, но только азуры нашли в себе мужество принять мой безумный план. Остаться без знаний или запереть в Замке эту чуму — выбор был не из лёгких. Получить власть, а такая была моя цена за вашу помощь, но стать ненавидимыми всеми — только у ваших предков хватило смелости пойти на такое. Они позволили мне погибнуть, стать живым щитом. Но я остался в сотне маленьких ракушек, которую каждый из ваших предков согласился сберечь и принести, когда настанет время. Это время пришло!

Он закрыл глаза и поднял руки вверх, и все кто сидел на полу подняли вверх руки с аммонитами. И из каждой окаменелости в их руках стала раскручиваться спираль, и спираль, в форме которой они сидели, тоже стала раскручиваться. Весь зал окутало темнотой и туманом, и только бесконечное множество голубых, бирюзовых, зеленоватых спиралей светились в этой темноте. Они ширились, образуя фрактал, бесконечную сложность которого уже не в состоянии был осознать мозг.

Дэн пытался увидеть среди этого вращения Армариуса, но белое пятно его кителя больше не светилось в центре. Дэн больше ничего не видел, только это кружащееся облако, и чтобы не потерять сознание в этом круговороте, он закрыл глаза.

Вдруг всё стихло. Стихло и замерло. Остановилось, словно замёрзло. Резко похолодало.

Дэн открыл глаза. На ресницах был иней, словно у оставшихся за бортом пассажиров Титаника. И никто не шевелился. Но окружавшие их ледяные стены стали таять, затрещали и в одну секунду рухнули, окатив их ледяными крошками.

Дэн тут же забыл про них. То, что он увидел, просто вышибало дух. Во все стороны до горизонта, сколько видел глаз, в синей темноте ночи сверкал яркими огнями город. Они словно сидели на смотровой площадке, а этот нарядный мегаполис раскинулся там внизу только для них.

И люди вставали и шли к краю и делали шаги вниз. Под их ногами тут же появлялись ступени, и они спускались, и город приветливо раскрывал им свои объятия.

— Что это? — спросил Дэн, когда, немного пришёл в себя и увидел Армариуса.

— Просто знания. Знания всех людей, что когда жили и живут. Люди видят что-то вдвоём и образуют друг к другу тропинку, узнают толпой и строится дорога, делятся этим друг с другом и перекидывают мосты. Это то, что вы мемо видите в виде комнат, только из этих комнат состоят квартиры, а из квартир дома, кварталы, улицы. Это город, который знает всё. Это знания всего мира, собранные вместе. Это то, что было скрыто туманом и собиралось по крупицам. Теперь всё это может стать доступно всем.

— Ты можешь дать это людям? Всем-всем? — засомневался Дэн.

— Это то, чем владею я, а кому и что дать будет зависеть от тебя, — сказал Баз и вдруг пронзительно свистнул. — Эй там, снизу! Домой, живенько! Этот аттракцион невиданной щедрости на сегодня закрывается.

Он дождался, пока все люди вернулись. Дэн глазом не успел моргнуть — они снова в зале без Дерева.

— Вики! — сказал он не слишком громко, чтобы не привлекать внимание возбуждённых увиденным людей.

— Арсений вывел Хранительницу, но Командора, Янину и Генриха арестовали, — рассказал он для своих. — Феликс вернулся с Ватэсом.

— Боже, — всплеснула руками Ирис, — неужели сам Ватэс?

А Дэн, который помнил, что последний раз он как две капли воды был похож на него, ужаснулся.

— Если мы останемся защищать проход, мы погибнем, — снова озвучил он Пророчицу. — Они вчетвером могут создать новую защиту, но мы должны вернуться.

И они вернулись. И первое, что увидел Дэн, был крайний фантом Евы, сосуды в котором посерели, и серое сердце едва билось. Теперь он не мог отвести от него взгляд.

— Дэн! — бросилась к нему Изабелла. — Дэн, она умирает. У нас совсем не осталось времени.

— Дэн, проход открыт, — сказал ему Магистр. — Ещё немного и весь Совет беспрепятственно покинет замок, и вся армия мертвецов вместе с ними.

— Вы же Магистр! Поставьте людей на защиту прохода! Здесь все четыре бога, они создадут новую защиту, — огрызнулся он.

— Дэн, — мягкий голос Лулу заставил его повернуться. — На это потребуется время. Она умрёт.

— Она умрёт, Дэн, — сказал Ватэс, которого Дэн видел первый раз. В нём было что-то от Аполлона, но парню было не до его внешности. — Ты должен выбрать. Девушка или Предел.

Он замер, глядя на безжизненное лицо Евы. Он не мог её потерять! Не мог!

— К чёрту всё! — прорычал он. — Спасайте девушку!

Он сидел на ступенях храмах. Он не знал, что происходит там внутри. Он слышал что-то похожее на пение, а может на молитву. Она звучала на неизвестном ему древнем языке. Если бы он его знал, то повторял бы эти слова. Но он не знал.

Солнце клонилось к Западу, освещая священную гору Парнас. И многочисленные туристы, фотографировали всё, что им казалось важным и неважным, чтобы увезти с собой как можно больше. Они не замечали его, равнодушно осматривая руины.

Он провожал их глазами, не видя, не замечая, думая только о том, что там за его спиной четыре могущественных бога борются за жизнь Евы. Но даже в этом его молчаливом оцепенении, он почувствовал, как что-то изменилось. В душном воздухе, в звуках, в голосах, но, главное, в поведении людей. Ближайший к нему турист, вдруг бросил камеру и развернулся так, словно только что увидел его. И в руке у него была деревянная пика.

Дэн подскочил и машинально выхватил меч. Он начал пятиться по ступеням, а к этому туристу уже присоединился второй, и третий. Женщины, мужчины, дети, все они бросали свои дела и шли к храму с остро заточенным палками в руках.

Он повернулся и поднял голову на фронтон. Надписи. Если они те, что он думал, то эти одержимые люди не зайдут.

— Носцэ тэ ипсум, — хотел прочитать он, но ведь и он тоже может остаться за дверями. Он развернулся и побежал.

— Изабелла, ты знаешь эти надписи с фронтона? — крикнул он девушке. — Читай вслух! Надо закрыть сюда доступ! Они уже идут! Вселяются в туристов!

Он бежал по длинному залу, к тому месту, где когда-то давно было святилище, а теперь стоял мраморный алтарь, на ходу давая указания. Он видел растерянность Магистра. Кто бы сомневался! Как бы он опять не надел в штаны. Заметил, как моментально красные доспехи рассредоточились по залу, вставая спиной к алтарю. А между мраморных колонн как грязь сквозь пальцы уже просачивались обезумевшие люди. К счастью, дальше колон они пройти не могли.

— Не делай этого! — Вики кинулась и зажала рот Изабелле. — Если ты закроешь храм заклинаниями, мы не сможем отсюда уйти!

— Но мы не бросим Еву! — вырвалась она. И только глядя на её застывшее лицо, Дэн понял, что у него за спиной что-то происходит.

— Дэн!

Он прочитал своё имя по её губам.

— Ева! — он кинулся к ней, преодолевая последние метры, что их разделяли.

— Уходим, уходим! — кричал Ватэс.— Все к Дереву!

И он схватил её, дрожащую от слабости, отступая в прочерченный кровью круг.

Он видел, как один из обезумевших людей размахнулся, бросая палку как копьё. Но все его рыцари в красных доспехах уже последовали его примеру и стояли внутри круга, и выдохнул.