Оборотень моих кошмаров (СИ) - Новикова Татьяна О. - Страница 39

Я уставилась на свои ладони, словно ища в них какие-то магические силы. Обычные руки с изломанными ногтями  — как смогли они сотворить чудо?

— Кира, — Игнат позвал меня, отрывая от раздумий. — Ты могла погибнуть, если бы тебе не хватило сил.

— С чего ты взял?

— Скажем так, природа оборотня открылась мне за секунду до того, как я попытался умереть в первый раз. — Ирина приложила ладони к губам на этих словах, но Фирсанов продолжил, как ни в чем не бывало. — В ту секунду оборотень во мне научился подчиняться человеку, но я так испугался, что ты вздумаешь меня спасти... что, видимо, не рассчитал своих сил, когда выпихнул тебя в коридор.

 — Да ты её чуть не прикончил! — возмутился Артем, набирая на телефоне очередной номер. — Да-да, Весенняя улица, дом семнадцать. Через сколько будете? У нас тут крестьяне с факелами!

Ирина не позволила брату встать, и Игнат рухнул обратно на алое покрывало, застилающее кровать.

— Кира, — вновь обратился он ко мне, — ты ведь и сама понимаешь, что одно неверное движение — и тебя было бы не спасти?

— Ну и что?

Я дернула плечом.

— Короче, рассказывайте. — Артем уселся по-турецки, склонил голову набок. — У нас есть минут пятнадцать. Дверь заперта, других развлечений всё равно не имеется, а раз вы оба живы и здравствуете, валяйте. А то каждое ваше «расскажу как-нибудь позже» кончается литрами крови.

Я посмотрела на Фирсанова, прося о помощи, но тот с какой-то особой мстительностью усмехнулся и скрестил на груди руки. На которых не было и следа свежих ран.

— Да-да, Кира, рассказывай. Ты же всё это затеяла.

— Что вы видели? — спросила Ирину с Артемом.

— Тебя, кровь... — начала Фирсанова.

— И что-то невообразимое, — закончил её бывший парень.

— Спасибо за емкую характеристику меня, — рассмеялся поразительно жизнерадостный Игнат.

Ему бы корчиться в предсмертных муках, но нет, улыбается во все тридцать два.

— Нет, честно. Тебя видно не было, — сказал Артем, а Ирина закивала. — Что-то мечущееся, кричащее, воющее. Ты изменялся за секунду, но потом… изменялся вновь?

Игнат поморщился, поэтому утвердительный ответ сорвался с моих губ и завис в воздухе. Пугающий, не укладывающийся в головах.

— Сколько это продолжалось? — уточнила у Артема.

— Минуту, возможно, две. — Тот посмотрел на экран телефона. — Ну а потом ты кинулась к Игнату, побелела так, что хоть в могилу закапывай.

— Из носа хлынула кровь, — добавила Ирина.

Я машинально потерла сухое лицо рукавом. Представляю, какое чудовище сейчас вместо меня предстало перед друзьями-товарищами-недругами. Надо бы умыться перед тем, как выйти к честному люду.

— Ну а потом ты рухнула без чувств, зато Игнат, который абсолютно точно умирал, как поднимется и завопит, что надо делать ноги, пока нас не порвали на лоскутки. У вас там какой-то энергетический обмен любезностями случился, что ли?

— Почти, — согласилась я. — Только всё описанное тобой по моим подсчетам длилось почти вечность...

Фирсанов грустно взглянул на меня, покачал головой и, кажется, хотел что-то сказать, но промолчал. Я же описывала всё увиденное спокойным тоном человека, которого не удивить ничем, даже воскрешающими оборотнями. О наследии, стражах, смертельной опасности и остальном. Я рассказывала, задыхаясь от воспоминаний о бесконечных превращениях Игната, о вцепившемся в горло страхе, о том, как гнала по венам и артериям кровь, как сама обратилась в неё.

— В любом случае, всё получилось, потому не понимаю, что не устраивает Игната. — Вернула ему тычок. — Кстати, как обстоят мои дела? Много переломала конечностей?

— Руку точно, скорее всего, ещё ногу подвернула, — отчитался Артем, не переставая пялиться в телефон. — Остальное незначительное. Залатаем, когда кто-нибудь за нами придет.

Сразу стало как-то спокойнее. Значит, боль во всем теле была помножена на переживания, тревогу за Фирсанова, ощущение собственной никчемности. Ничего значительного — это замечательная новость. Чуть ли не лучшая за сегодняшний день. Знать бы ещё, что всё в порядке с ребенком...

— Кира, спасибо тебе за всё, — тихо проскулила Ирина, от которой остался лишь бледный призрак в измятом костюме.

— Теперь я достойна делить с ним постель? — усмехнулась беззлобно.

Щеки Ирины залились краской.

— Прости.

— Уже, — махнула здоровой рукой и медленно, стараясь не опираться на больную ногу, двинулась в сторону ванной комнаты, чтобы умыть заляпанное кровью лицо.

Из зеркала улыбнулся большеглазый монстр с такими мешками под глазами темно-синего цвета, что в них можно спрятаться. Я наскоро умылась, но монстр никуда не делся —  правда, стал чуть благообразнее прежнего.

Зазвонил телефон, и Артем моментально ответил на звонок.

— Да-да! Подъезд со стороны магазина! Всё в порядке, но лучше очистить отель от любопытных зевак. Где нас будет ждать врач? Ясно. Договорились, скоро будем, — говорил он, пока мы вслушивались в тишину за дверью. — Так, кто понесет Киру? — задумчиво поинтересовался, окончив разговор.

— Я, — без раздумий ответил Фирсанов.

— Если ты совсем плох, то могу я, — аккуратно предложил Артем.

— Не дождешься, — волчья ревность в Игнате вновь подняла голову.

— А я не могу понести себя сама? — спросила я озадаченно, но посмотрела на спорщиков и поняла: не могу.

Впрочем, боль в подвернутой ноге нарастала, потому вряд ли бы я доковыляла до улицы самостоятельно. Игнат легко, точно пушинку подхватил меня и перекинул через плечо.

— Эй! — возмутилась я, ощутив себя дубиной на плече неандертальца. — Не очень-то романтично. И вообще ты недавно кровью истекал, — напомнила, свисая с его рук и обреченно смотря на пол. — Не боишься в обморок грохнуться?

— Не боюсь, — отрезал Игнат. — Волк принял на себя все ранения. Почти всё благополучно заросло.

Удобно, ничего не скажешь. Запомню на будущее, если когда-нибудь захочу прикончить Фирсанова

Артем отодвинул шкаф и первым вышел в опустевший коридор. Н-да, не удивлюсь, если в интернете нас уже прозвали дьяволами и собираются сжечь под пляски у костра. Лестница, ведущая на первый этаж. Тишина. Входная дверь.

— Готова? — спросил Игнат шепотом.

— Угу.

— Не волнуйся, нас не съедят, — усмехнулся он и ногой пнул дверь.

***

Было глупо надеяться, что оборотни — даже самые влиятельные — сумеют замять это дело. Освободить нам путь к спасению — возможно; но зеваки столпились у гостиницы в безумном количестве. Или мне показалось, или справа моргнула вспышка фотокамеры.  Люди — или оборотни — в черных солнцезащитных очках оттеснили нас от бушующей толпы. Но тут в моей голове что-то щелкнуло.

— Пусти.

— Ни за что. — Игнат, напротив, прижал меня сильнее.

Не сомневаюсь, что он догадывался, какие мысли могут родиться в моей напрочь отбитой голове. Осталось только убедить его, что это всё делается ради нас, ради всеобщего спокойствия, ради мира во всем мире, в конце-то концов.

— Тогда неси меня в массы, — я добавила ему на ухо план действий.

Фирсанов подчинился, сказав только:

— Чокнутая.

При виде нас зеваки замолчали, а потом начали задавать вопросы с удвоенной скоростью. На нас уставилось с десяток телефонов, и каждый, без сомнения, записывал доказательства нашего безумия с самых разнообразных ракурсов.

— Слушайте и записывайте, — произнесла я с рук Игната. — Повторять не стану. Его имя — Фирсанов Игнат Владимирович. Он — оборотень. — Хватка Игната ослабла от моей честности, и я сумела слезть с рук, приземлившись на подвернутую ногу.

От боли потемнело в глазах. Чего только не сделаешь ради общего блага...

Фирсанов возвышался надо мной, не зная, что делать с полоумной женщиной, а я продолжала:

— Вы видели его превращение там, в гостинице. Кроме того, я ношу его ребенка, и он тоже будет оборотнем. У врачей уже есть доказательства того, что аномалии моего плода не подчиняются никакой физиологии. Думаю, наша история всё равно скоро всплывет наружу, потому узнавайте её из первых уст. Если вы поставите видео на замедленное воспроизведение, то обращение будет видно в малейших подробностях. Именно поэтому человек, который истекал кровью, сейчас выглядит абсолютно нормально. Оборотни существуют, они вокруг вас. Задумайтесь, возможно, ваш родственник или начальник в полнолуния становится волком. Почему нет? В наших интересах наладить связи между людьми и оборотнями. Надеюсь, что откликнутся те, к кому обращен мой призыв. Хватит скрываться! Прекратите жить в страхе. Всё получится, мы справимся! Люди обязательно примут вас, только дайте им шанс.