ТКС. Книга вторая (СИ) - Бариста Агата - Страница 104

- Ты упоминал. Довольно жестоко с его стороны.

- Отец прежде всего правитель. К тому же не забывай, слова не были публичными. Никто не покушался на право наследования.

- Правитель? Если ты когда-нибудь вздумаешь заговорить о наших детях как правитель… - я осеклась, поняв, что выдаю свои тайные мысли.

- Тогда - что?.. - живо заинтересовался Кайлеан.

- Тогда… тогда… в общем, не советую!

- Кстати, о детях… - Рука Кайлеана Георгиевича целеустремлённым крабом двинулась к моему бедру. - Давай покажу тебе один способ…

Я шлёпнула по руке.

- Не отвлекайся!

- У-у-у… - разочарованно выдохнул Кайлеан. - Дальше одни предположения. Вдруг через своих шпионов Леар узнаёт о новом ничейном измерении… почти ничейном, с его точки зрения. На пути только я… но со мной не всё так просто - мне ведь подчиняется лесная стража, и я своё без боя не отдам. К тому же, есть риск вмешательства короля. Леару оставалось молча скрипеть зубами, но когда появился такой персонаж как Мортен, он решил рискнуть. Впрочем, чёрт его знает, как давно Леар был в курсе… Помнится, поведал Максу о своём приключении прямо на балу в честь весеннего равноденствия… всё-таки когда-то я был наивным хвастливым щенком…

Что-то в его взгляде заставило меня со смешком подначить:

- А теперь-то ты, конечно, матёрый волчище… но по-прежнему немножко хвастливый. - И провела пальцем по его носу, и после - задержавшись - по губам.

Да, я знала, что делала, но говорю же… что-то было в его взгляде…

В ответ Кайлеан с нарочитым рыком сгрёб меня в охапку, припечатав к себе. Искра вспыхнула разом, и какое-то время мы вновь занимались тем, из-за чего обоим не спалось в эту ночь.

Позже, отдышавшись, я подняла одеяло с пола, прикрыла ею нижнюю половину Кайлеана и тщательно подоткнула края, сурово пояснив:

- Во избежание!

Кайлеан приподнял бровь и фыркнул - со здоровым, надо признать, скепсисом, но я уже вернулась к предмету обсуждения.

- Думаешь, Леар вступил в игру совсем недавно? Только когда Мортен предложил ему альянс? А разве не старший брат упёк тебя в “карман бога”?

Кайлеан повёл плечом, влажно и бронзово блеснувшим в лунном свете.

- Леар и Арабелла мёртвы окончательно. Там даже поднимать нечего… да я и не стал бы. Некоторым тайнам суждено отойти в небытие вместе с их хозяевами.

- А вдруг это Илгалея?

- Илгалея молчит… хотя да, я бы скорей поставил на неё. Женская месть и всё такое. Но твоя тётка обрела неприкосновенность, когда Аннмория вступила под протекторат Эрмитании. Пока Илгалея нужна отцу, применять жёсткие меры по отношению к правительнице союзного королевства никто не станет.

- Неужели тебе не хочется знать?

- Всё станет известно в своё время, - глубокомысленно заявил он.

- Или не станет, - мрачно возразила я.

- Или не станет, - согласился Кайлеан. Он повернулся ко мне, подпёр голову рукой, и произнёс: - Милая моя, благодаря дурацкому покушению свершилась наша встреча, и это обстоятельство удерживает меня от археологических раскопок. Может, я суеверен, но мне хочется лишь наслаждаться подарком судьбы, а не распутывать козни уже обезвреженных врагов.

- А вот если бы мы не встретились… и, допустим, ты выбрался как-нибудь сам…

- Не выбрался бы.

- Нет, ну, допустим. Ты бы женился по расчёту, как и собирался?

Кайлеан помолчал и сухо сказал:

- Женился.

Тут я поникла головой, а он продолжил:

- Вряд ли я осознавал бы ущербность своего существования в той реальности… но здесь и сейчас знаю - жизнь оказалась бы прожитой зря. - Он засмеялся, глядя в моё просиявшее лицо.

И так каждую ночь мы проводили в любви и разговорах, и засыпали лишь под утро, а после на допросах Комиссии (которые дипломатично именовались беседами) я отчаянно боролась с зевотой. Однажды я всё-таки зевнула прямо следователю в лицо и, облизнув припухшие губы, пробормотала:

- Простите. Мы молодожёны.

Следователь, седоватый черноусый дядька, вдруг побагровел, кашлянул, поправил галстук, будто он его душил, и быстро завершил беседу, которая оказалась последней. Всё равно никаких тайн эрмитанского двора я не выдавала, упорно изображая полное неведение касаемо основных действующих лиц и их мотивов - в стиле “упал-очнулся-гипс”. Несколько раз на меня, как на гражданку Империи, пробовали надавить, но рядом неизменно присутствовал Кайлеан, коршуном нависавший над следователями, и скоро стало ясно, что давить на меня - руки коротки.

Так что, отдав должное формальностям, но зато пребывая теперь в Империи на вполне законных основаниях, мы покинули Мадрид и отправились в Петербург, где у Карагиллейнов, к моему ироническому удивлению, не оказалось фамильного особняка.

Пришлось как последним бродягам остановиться в “Англетере”. Кайлеан Георгиевич немного покапризничал, но потом оптимистично заявил, что мы здесь ненадолго, сойдёт и “Англетер”.

Конечно, я быстренько обзавелась мобильником и с трепетом набрала Женькин номер… ожидая бог знает чего, вплоть до похоронного марша вместо гудков, но внезапно услыхала чуть хрипловатое “Слушаю”.

- Женечка… Женька-а-а… это я, Даня…- пролепетала я и замолчала, потому что дыхание у меня перехватило.

- Данька… ты живая! - взвизгнула Женька.- Мы же не знали, что думать! Откуда ты? Куда пропала?!

- Как твоё здоровье? Ты выздоровела? - восклицала я. - Ты хорошо себя чувствуешь? Как Егор? Он хорошо себя чувствует?

- Данимира! Остановись! Ты меня как старую бабку пытаешь, - сказала Женька самым обычным голосом. - Нормально всё со мной и с Егорычем. Сейчас уже нормально. А ты-то как?

- И я нормально. Прости меня, Женечка, - залепетала я. - Это же я во всем виновата…

Помимо облегчения и радости, я испытывала глубокие угрызения совести. Одно соображение не давало мне покоя долгое время. Ведь именно наша встреча привела Женьку на крышу дома. Если бы не я, ничего страшного с ней не произошло бы.

Женька прослушала мой торопливый скулёж на тему вины и строго сказала:

- Вижу, какой ты, Шергина, была, такой и осталась. Собираешься извиняться за всех злодеев мира?

- Нет, только за своих, - слабо улыбнулась я в ответ. - И я уже не Шергина. Я - Карагиллейн.

После некоторого молчания Женька осведомилась:

- Стесняюсь спросить, где тебя носило? В Каракалпакии? В Каракумах? Э-э-э… в Ереване?

- Дальше, гораздо дальше. И он принц, Женька, настоящий принц! Ну, то есть, король. С недавнего времени.

- Эмираты, - задумчиво предположила Женька. - Нет, я сейчас просто лопну от любопытства. Выкладывай быстро!

- Женечка, это длинная история… Мне столько нужно тебе рассказать… Я приеду! Совсем скоро. Мне только одно дело завершить надо. И потом мы приедем к тебе на Урал.

- “Мы?” То есть, ты приедешь со своим шейхом?

- С ним, - подтвердила я. - Он чудесный! Только немножечко шейх… ну, знаешь, манеры такие… Но он чудесный!

Женька засмеялась.

- Ты втрескалась, Шергина… или как там тебя теперь… но всё равно - втрескалась по самые уши.

- Втрескалась, - смиренно сказала я. - Да так, что не видать ни ушей, ни макушки.

Сердце моё рвалось на Урал, но до выяснения участи брать билеты на самолёт до Екатеринбурга я всё же поостереглась.

В первое же утро мы отправились на Тучков мост. Дошли до середины моста и остановились.

Я облокотилась на перила и посмотрела вниз.

- Это я… - произнесла я неуверенно. - Я пришла. Надо поговорить. Прошу аудиенции.

Нева равнодушно несла свои воды в Финский залив, у одной из опор моста на якоре стояло какое-то судно, на котором суетились рабочие. Что-то они там черпали… во всяком случае, кран разворачивался, его ковш поднимался и опускался, словом, работа кипела.

- Может, на берег пойдём? - Я взглянула на Кайлеана. - В прошлый раз меня там услышали.

- Погоди. Я чувствую чьё-то присутствие. Он уставился вдаль. - А-а. Вот, собственно, и…

Я живо повернулась.

Узкая пешеходная полоска асфальта оказалась пустынной. Всем внезапно захотелось переходить Тучков исключительно по другой стороне. Один только человек шагал широко, враскачку, приближаясь к нам.