Перелом (СИ) - Суханов Сергей Владимирович - Страница 145

Завязалась кутерьма — мы гнали вперед пехотные батальоны, которые быстро занимали оборону и начинали окапываться, немцы гнали вперед подходившие с юга резервы, чтобы не позволить нам этого сделать, а по возможности — окружить и даже уничтожить. За последующие два дня им удавалось окружить несколько наших пехотных батальонов, но в итоге подходившие с севера резервы сбросили вцепившихся немцев и в свою очередь также устроили им несколько небольших котелков. В итоге мы все-таки смогли забросить бронетранспортерными и автоколоннами достаточно пехоты, закрепить фронт и высвободить танкистов, которые держали его несколько дней, отбивая подвижной обороной попытки немцев снять окружение своих частей.

И, пока оборона немцев не устоялась, командование решило повторить предыдущий успех своего комбата, но на этот раз к намеченному месту прорыва сразу же стянулись пехотные части, благо их все-равно еще закидывали в ту сторону. На этот раз было решено подрезать немецкие войска вдоль фронта также ломтем, только в западном направлении и одним уколом — предполагалось, что второй "прокол" фронта сделает тот же танковый батальон, только уже с тыла — он как бы прошьет стежком немецкие порядки, и то, что попадется за протянутую "нитку", потом добьем в нормальном темпе. Вообще-то так обычно никто не делал, как правило били в двух местах по сходящимся направлениям. И нам хотелось попробовать, что из этого получится.

Сказано — сделано! Ночной атакой танкисты прорвали немецкую оборону, подо что им было подогнано на пару дней более сотни ПНВ, помимо того десятка, что у них, как у подвижной части, активно ведущей бои, и так были. Дело упрощалось еще и тем, что мы лишь два дня назад были сдвинуты с этой территории, поэтому немцы еще не успели выставить минные поля. Три опорных пункта были захвачены за полтора часа, и в них тут же начала обустраиваться пехота, заодно включая в систему огня и три захваченные батареи — две — 105-мм и одна — 150-мм гаубиц. А танки и мотопехота двинулись дальше. К утру обстановка поменялась — наши напоролись на танковую дивизию, которая шла на запад, спасать "окруженцев". Встречный бой с таким сильным противником не входил в наши планы, поэтому комбат, прикрываясь танковыми засадами — только чтобы притормозить преследователей — довернул чуть южнее. Там двигалась пехотная дивизия, которую мы, конечно, потрепали, пока она двигалась в походных порядках, но к полудню от нее отстали — ввязываться в бой еще и с ней тоже не стоило — завалят массой.

В итоге танковый батальон превратился из средства окружения в диверсионный отряд, который начал кататься по немецким тылам как шар для боулинга в посудном шкафу во время шторма — беспорядочно, но все вдребезги. Один раз командование организовало засылку боеприпасов и топлива — десяток Аистов забросили ему заправки на очередную сотню километров, другой десяток — половину бэ-ка, а обратно забрали тяжелых и средних раненных — на легких пока не хватало места.

А батальон шел на юго-восток. Пять-семь передовых и боковых отрядов танкистов шарились по округе, спугивая гарнизоны небольших селений, расстреливая в походных порядках подходившие колонны — военные и грузовые, три арьергардные группы по два танка и пять БМП вели бои с преследовавшими немцами — отстреливали разведподразделения, высунувшиеся танки, взрывали мосты и затем мешали саперам навести переправы, а ядро, управляемое указаниями из штаба, неспешно шло на юго-восток, удаляясь от линии фронта — к северу немцев было еще больше, не пробиться. Собственно, ядро состояло из трех танков и пяти БМП для охраны, а больше — для вытаскивания застрявшей техники — "гусеницы" постоянно мотались вдоль колонны. Также в ядре был саперный взвод, который двигался впереди и укреплял мосты либо разведывал и наводил переправы. А все остальное — колонны, колонны, колонны — с грузами, раненными и двумя грузовиками убитых, десятью грузовиками с пленными, ну еще три подбитых танка тащили на прицепе. В довесок — почти двести грузовиков с разным хабаром, прежде всего — с боеприпасами, топливом и продовольствием, что натырили на обнаруженных немецких складах — остальное либо раздали населению либо уничтожили.

Колонна растянулась почти на три километра, за руль сажали не только своих или из местных, но даже военнопленных, под присмотром легкораненных или примкнувших в нам местных жителей. И все — все остальные были в разгоне по округе радиусом двадцать километров — по оккупированной территории двигалось пятно света и выжигало фашистскую нечисть, попутно вбирая в себя пополнения из местных — немцы, а также венгры, итальянцы и прочие союзнички всех откровенно достали, так что к батальону присоединялось много желающих, и не только из партизан, но и из обычных жителей — за время рейда численность отряда выросла более чем в три раза — до трех с половиной тысяч, да и то еще не всех и брали. А следом за ним по пятам двигалась растревоженная танковая дивизия и все никак не хотела отстать, даже несмотря на потерю от наших засад уже более двух десятков танков. Настырные.

Их настырность стала понятна, когда на третий день блужданий по немецким тылам наш батальон на полном скаку залетел в Полтаву, разнес гарнизон, состоявший из полка итальянцев и нескольких немецких взводов, поднял восстание местного населения и потом радировал "Мы в Полтаве. Что дальше?".

Глава 24

Оказывается, с момента нашего первого захода в Полтаву — всего неделю назад! — в городе произошли существенные перемены. Если в тот раз он был напичкан войсками, направлявшимися на север, то сейчас все эти войска были выведены также на север, но значительно ближе — именно эта масса и остановила наше продвижение на юг. А мы-то еще гадали — откуда у немцев тут столько резервов? Да, мы наблюдали колонны, подходившие со стороны Черного моря и от Днепра, но не в таком количестве, поэтому начинали плохо думать о нашей разведке — уж больно много она "прошляпила". Оказывается, нет, прошляпила она не так уж много — точнее, она практически не прошляпила ни одной колонны, что двигалась с юга, но вот по Полтаве отработала на троечку, да и то один балл тут будет авансом.

И теперь вопрос "Что дальше?" был сложен как никогда. С одной стороны — Полтава была крупным городом, перед войной ее население перевалило уже за 130 тысяч, да и сейчас по прикидкам тут было не менее половины от этой цифры. То есть ее освобождение этим лихим наскоком — это большой полюс всем нам. С другой стороны — важно ведь не только захватить, но и удержать. И вот с этим были проблемы — количество немецких войск между нашей территорией и Полтавой было немалым, и мы могли с этим как-то справляться только потому, что они еще не уплотнили свои порядки — собственно, ради разрежения немецких войск мы порой и отступали на каких-то участках, чтобы немцы ломанулись вперед и приоткрыли зазоры, куда мы сможем протиснуть пару десятков танков и малость погромить немецкие тылы и колонны — мы беззастенчиво пользовались своей более высокой подвижностью, но для этого требовалось постоянно ходить по грани, несколько раз наши батальоны и роты оказывались зажаты между крупными силами и требовалось приложить немало усилий, чтобы их вызволить. А уж до этого рейдового батальона, заскочившего в Полтаву, пока было не достать. С третьей стороны, немцы начали укреплять город, и если мы его сейчас оставим, потом его придется штурмовать всерьез и большой кровью — а мы этого старались избегать всю войну. С четвертой стороны, батальону все-равно на север не пробиться, а идти дальше на юг или на восток-запад и там пытаться пройти на север — рискованно, немцы сбегутся со всех сторон крупными силами, зажмут и раздавят, тогда как в крупном городе можно долго трепыхаться. Да и сам батальон еще до входа в Полтаву разросся до половины дивизии, а в городе к нему примкнули восставшие, да еще освобожденные военнопленные, да гетто, в котором еще не всех истребили — помимо гражданских, на круг выходило тридцать, если не пятьдесят тысяч человек, из которых как минимум двадцать — бойцы, пусть и с разной подготовкой. Это целая армия, пусть и недостаточно обученная и физически крепкая. И куда со всеми этим людьми? Транспорта на всех не хватит, да если даже и хватит — с учетом захваченных в городе трофеев — все-равно догонят и убьют, не хватит техники чтобы защитить колонны, которые растянутся на десятки километров. А в городе хотя бы можно завязать затяжные бои. Тем более что немцы старательно набили его склады — там были не только военные склады с оружием, боеприпасами и топливом, но и склады с продовольствием, предназначавшимся не только для питания войск, но и для вывоза в Германию. Пожрать фрицы собрались, ага.