Исповедь проститутки (СИ) - Николаева Татьяна Михайловна - Страница 92

Я обняла Натали.

– Гражданка Лебедева София Валерьевна? – уточнил следователь.

– Да, это я, – ответила я.

– Присаживайтесь, у меня к вам будет несколько вопросов.

Следователь Исаенко напустил на себя чересчур серьёзный вид. Возможно, это была профессиональная привычка. А, может быть, он просто не знал, где искать и как раскрыть это дело, и поэтому компенсировал свою некомпетентность излишней строгостью и официозом.

Я отпустила Натали и присела на предложенный стул. А Натали тем временем вышла в коридор, уводимая помощником следователя Скворцовым.

– Где и когда вы познакомились с покойной Ксенией Бондарь? – спросил следователь.

Я ответила, он записал. Последовал ряд подобных общих вопросов, затем он стал задавать вопросы, относящиеся непосредственно к исчезновению Ксюши и её возможному убийце.

– Когда и при каких обстоятельствах вы видели покойную Бондарь в последний раз? – спросил Исаенко.

– Это было в начале декабря, незадолго до моего отъезда домой, – ответила я. – А потом мне позвонила Натали и сказала, что Ксюша пропала, что она уехала с этим злополучным Игорем и больше не вернулась. Товарищ следователь, пожалуйста, допросите Игоря, арестуйте его.

Исаенко кашлянул.

– Разрешите, я сам буду решать, кого допрашивать и кого арестовывать, – строго сказал он. – Пока что Игорь Плетнёв проходит по этому делу как свидетель. Если это он убил Ксению Бондарь, и будет доказана его вина, он понесёт наказание. А пока скажите, София Валерьевна, что могла делать ваша подруга, покойная Ксения Бондарь на трасе в двадцати километрах от города?

– Не знаю, – ответила я. – Но мне кажется, что она там и не была. Наверняка, это он, Игорь её туда привёз, уже когда задушил, чтобы избавиться от тела. Вы не понимаете, это страшный человек, жестокий и опасный. В его глазах вы увидите холодный блеск безжалостного убийцы.

– Что ж, спасибо, София Валерьевна, – сказал следователь, – мы проверим эту версию. Тем более, что пока Плетнёв остаётся последним, кто видел вашу подругу живой. Пока вы свободны.

– До свидания, – сказала я, вставая.

– Всего доброго.

Я вышла в коридор. Там меня дожидались Натали и Томка, которая приехала вскоре после меня. Они обе кинулись ко мне с вопросами:

– Ну что?

– Не знаю, девочки, – сказала я со вздохом. – Наш следователь какой-то слишком строгий, и хмурый какой-то. Даже не знаю, радоваться этому или наоборот.

– Нет, Софи, ты не права, что не доверяешь ему, – ответила Натали. – Женя говорит, что Исаенко порядочный человек и глубоко сочувствует нам.

– Он в первую очередь мент, – сказала я.

– Да, но он добросовестный мент, – возразила Натали. – К тому же, не сто́ит мерить всех по одному шаблону. Среди них тоже попадаются люди.

– Вот именно, что «попадаются», – сказала я, – очень редко. Хотелось бы верить, что нам «попался» именно такой.

Женя Скворцов, спасибо ему, держал нас в курсе всех новостей и движений по делу погибшей Ксюши. Уж не знаю, нарушал ли он какой-то закон или этику, но дело он делал доброе. Мы с Натали знали обо всех изменениях. Но больше всего нас волновал наш главный враг – Игорь Плетнёв. Ни я, ни Натали ни на секунду не сомневались, что именно он задушил Ксюшу, а потом отвёз её за город и выбросил в снег, где её тело и пролежало до самого апреля, пока снег не стаял.

На следующий день после нашего визита Исаенко вызвал к себе Игоря. Тот приехал, как добросовестный законопослушный гражданин, и дал подробные, исчерпывающие показания по этому делу, после чего был отпущен. По его словам, ночь их последней с Ксюшей встречи они провели на известной нам квартире, после чего около трёх часов ночи он подвёз Ксюшу домой и расстался с ней у подъезда.

– Он врёт! – крикнула я в сердцах. – Нигде он с ней не расставался. Он убил её, хладнокровно и безжалостно, а потом выбросил, как мешок мусора.

– Возможно, – сказал Женя в задумчивости. – Мне этот Плетнёв тоже не понравился. Неприятный, самодовольный, скользкий тип, который не привык к проигрышам или неудачам, и уверенный в своей безнаказанности, потому что связи, деньги опять же. Знаем мы такой тип зажравшихся и пресыщенных воротил, сильных мира сего. Таких нелегко достать.

– Надо достать, Женя, слышишь, надо достать, – сказала я. – Не должно ему это сойти с рук. Не такой уж он и воротила, как ты выразился. Просто поймал струю в своё время, провёл пару-тройку удачных сделок и поднялся на гребне волны. И теперь он решил, что всё вокруг существует лишь для его блага, лишь для того, чтобы он всем этим пользовался, будь то столовые приборы из чистого серебра, или просто люди.

– Да, но на его стороне деньги, – возразил Женя, – а деньги сейчас решают всё. Всегда решали, а сейчас больше, чем когда-либо. Он наймёт лучших адвокатов, он надавит на нужные кнопки, а это, поверьте, ему под силу. Всё те же, деньги, связи.

– И что ты предлагаешь? – спросила Натали. – Взять и сдаться, и даже не попытаться что-то сделать?

– Нет, я такого не говорил, – ответил Женя. – Просто надо хорошенько всё обдумать. Завтра у Исаенко будет ваш знакомый, Виктор. Может быть, он сможет чем-то помочь?

При имени Виктор меня бросило в жар, будто голову засунули в печку.

Господи, столько времени прошло, а я всё никак не могла справиться со своей любовью. Я нарочно давила её, душила, старалась уничтожить саму память о ней. Но она неумолимо возвращалась вот такими яркими вспышками, нахально проникая в моё сознание, в мою жизнь снова и снова, и пульсировала болью в моём теле.

«Господи, когда же это закончится?! – взмолилась я про себя. – Когда же я, наконец, освобожусь от этого наваждения?!»

На следующий день в назначенное время Виктор был в кабинете следователя Исаенко. Тот попросил его рассказать всё, что он знает о Ксюше. Виктор сказал:

– Мы познакомились меньше года назад в стрип-клубе «Игуана», где Ксюша работала вместе с Натали и Софией. Мой партнёр по бизнесу и на тот момент ещё друг, Игорь Плетнёв, увлёкся ею, то есть Ксюшей. У них завязались близкие отношения.

– Насколько близкие? – уточнил Исаенко.

– Самые тесные, – ответил Виктор, – интимные. Каждую неделю мы встречались с девушками: Игорь с Ксюшей, я с Софией. Так продолжалось несколько месяцев. Игорь встречался с Ксюшей до самого её исчезновения.

– Вы хотите сказать, что Ксения Бондарь оказывала платные услуги? – спросил Исаенко.

– Я не знаю этого наверняка, – ответил Виктор уклончиво.

– Ваш друг что-либо говорил вам об исчезновении Ксении? – спросил Исаенко.

– Нет, он ничего мне не говорил, – сказал Виктор. – Я помню, он вёл себя, как обычно. Дело в том, что к тому времени он поостыл к Ксюше, поэтому я редко слышал от него что-либо о ней.

– Как вы думаете, ваш друг мог задушить Ксению Бондарь? – прямо спросил Исаенко.

– Вы знаете, господин следователь, – ответил Виктор, – я близко общался с этим человеком много лет подряд и, как оказалось, совершенно его не знал. Мы много всего прошли вместе, я доверял ему и мог, наверное, даже поручиться за него. Но сейчас я не удивлюсь ничему относительно него.

– Вы знали, что Плетнёв употребляет наркотики? – спросил следователь.

– Нет, первый раз слышу, – ответил он. – Хотя я предполагал что-то подобное. Его поведение в некоторые моменты трудно было назвать адекватным. И как давно это он?

– По данным наших источников, не менее двух лет, – ответил Исаенко.

– Тогда это многое объясняет, – сказал в задумчивости Виктор.

– Что ж, вы можете быть свободны, – сказал Исаенко, вставая.

– Игорь Плетнёв – тёмная лошадка, – сказал он Скворцову, когда Виктор покинул их кабинет. – Я своим нутром чую, что это он, скорее всего, и задушил свою подружку, то ли в порыве ревности, то ли ещё как-то. Но вот как нам это доказать?

– Может, назначить экспертизу? – предложил Скворцов.

– И что это даст? – сказал Исаенко, вставая и подходя к окну. – Во-первых, для того, чтобы назначить экспертизу, мы должны иметь веские причины или хотя бы маломальские обоснованные обвинения. Плетнёв – уважаемый в своих кругах бизнесмен, он знает, куда обратиться в случае чего и как выбраться из любой ситуации. К тому же, никакой тест или экспертиза нам ничего не дадут. Они, скорее всего, покажут присутствие следов его кожи, спермы и волос на теле покойной. Но это ничего не доказывает. Ведь Плетнёв и сам не отрицает, что был одним из последних, видевших Ксению Бондарь живой. Экспертиза лишь подтвердит его слова, не более того.