ТКС-2 (СИ) - Бариста Агата - Страница 30

Я остолбенела. До сих пор я понимала, что раз Кайлеан — сын правителя королевства, то он наверняка занимается некоторыми государственными делами, которые априори предполагают жёсткую линию поведения… об этом вообще можно было догадаться по ухваткам Кайлеана Георгиевича, но я никак не рассчитывала, что стану свидетелем сцены, где он выступит в роли палача. Мне было ясно, что на возражения он опять ответит онегинской нотацией насчёт властвования собой и всего такого прочего. Я стояла ни жива, ни мертва, зная, что после этой экзекуции что-то надломится в наших отношениях.

Ничего больше не хочу, тоскливо думала я. Только домой. К маме с папой!

В руке у призрака возникла призрачная, оплетенная лозой бутыль. Он запрокинул голову, поднёс бутыль к губам, и всю отпущенную ему минуту жадно глотал влагу — кадык у него так и ходил. Напившись, он так же весело сказал:

— Ну и пёс с тобой, Твоё Высочество. — Призрак отшвырнул бутыль в сторону и рванул ворот рубахи. — Пепели, гад, всё равно ничего не скажу!

— Быть по сему, — сказал Кайлеан и захлопнул книгу.

Призрак исчез.

Скулёж дракощеек захлебнулся и оборвался.

Я зажмурилась.

Потом услыхала, как Кайлеан совершенно будничным голосом распоряжается:

— Я забираю в Башню всё, что лежит на этом столе. Приступайте к отправке немедленно, охрану я обеспечу. На остальное составьте список. Список пришлите, а книги с того стола можете расставлять по местам.

Я приоткрыла один глаз, другой… «Жизнь нежити» лежала на столе целёхонькая.

— Вы её не испепелили… — хриплым голосом сказала я, чувствуя, как невероятное облегчение растекается по каждой клеточке.

— Дорогая леди Данимира, — сказал Кайлеан поучительно, — я не совершаю необратимые и притом бессмысленные поступки. Вот необратимые, но со смыслом — другое дело.

— Это был спектакль… Но зачем?

— Мне надо было узнать, на что пойдёт этот призрак ради Мортена.

— Ну и?.. — жадно спросила я.

— Я узнал, — сказал Кайлеан и замолчал.

Я подождала, Кайлеан безмолвствовал. Наконец до меня дошло, что в который раз он предпочёл оставить свои соображения при себе. И это после того, как мы вместе парили над бездной, и его интересовало моё мнение, и вообще я думала, что мы как Шерлок Холмс и доктор Ватсон… А на самом деле, оказывается, мы — Шерлок Холмс и миссис Хадсон!

— А знаете что, Кайлеан Георгиевич, — сказала я тихо, чтоб не услышали подданные, — вас тут недавно гадом назвали. Так вот, я начинаю подозревать, что это было не ругательство, высказанное в сердцах, а сухая констатация факта.

— Эх, как меня только не называли, — махнул рукой Кайлеан. — Есть хочу. Вы не видели, но в последний момент копия Бромбса меня укусила, и теперь я такой же проглот, как и он. Давайте быстренько закончим с портным и пообедаем. Как вы хотели — в городе.

Он был похож на человека, только что разрешившего трудную задачу.

— Хорошо. Но этот разговор ещё не закончен.

На это Кайлеан ничего не ответил, протянув мне руку. Но тут я вспомнила кое-что.

— Подождите ещё минуточку! — сказала я и обратилась к Ариэлю Аттиусу: — Мастер Аттиус, я хотела спросить про ту змеиную книгу. Вы сказали, что решение найдено…

Мастер небрежно махнул рукой.

— Да какое там может быть решение. Не могу же я предоставить целый стеллаж какому-то справочнику. Он, конечно, определённую ценность имеет, но не до такой степени. Не тот у него статус. Заключим в специальный экранирующий футляр, уберём на хранение в подвал. Вот и всё.

— А вы не могли бы повременить с крайней мерой? Прошу вас, переместите «Трактат о гадах» в Драконий отдел. Давайте попробуем поставить его на недельку между двумя фолиантами посварливее. Вы же знаете, драконьим книгам, как и драконам, ни один яд не страшен, и магической силы в них на порядок больше. Возможно, после такого испытания характер «Трактата» изменится в лучшую сторону. Должен же он почувствовать разницу. По-моему, он начнёт ценить своих прежних мирных соседей.

Ариэль Аттиус обдумал моё предложение и хмыкнул.

— Недельку, говорите?

— Ну, точно тут никто не скажет. Мне кажется, будет достаточно. А вы считаете, неделя — слишком жестоко? — с тревогой спросила я. — Мои познания о драконьих книгах чисто теоретические — мне мама о них много рассказывала. Она говорила, что эти книги одни из самых сильных в магическом смысле, и притом характер у них не сахар. Вот я и подумала…

Мастер снова хмыкнул.

— Характеристика верная. Ладно, только ради ваших прекрасных глаз, леди Данимира, проведём эксперимент.

— Но вы дня через три его проведайте. Мало ли что…

— Вы сможете сделать это сами. Приходите к нам денька через три… если Его Высочество будет не против…

— Ваше приглашение — большая честь для меня, — сказала я. — Буду рада. Конечно, Его Высочество не будет против… — Я вопросительно взглянула на Кайлеана.

Кайлеан снова ничего не ответил, но взял меня за руку.

— До скорой встречи, мастер Аттиус, — успела торопливо проговорить я.

Я ожидала, что меня перенесут прямо в мастерскую портного, но вместо этого мы оказались внутри просторного двора, окружённого крепостной стеной из дикого камня. Небесный шатёр над нами светился яркой синевой и ни единого облачка не нарушало эту синеву, но весь двор накрывала сумрачная тень. Я оглянулась и невольно задрала голову — позади высилась тёмная громада замка Карагиллейнов. Мощные уступы громоздились один над другим, их соединяли неожиданно изящные террасы-галереи с ажуром колонн или выгнутые мосты, украшенные башенками; глаз выхватывал то крылатую химеру, застывшую перед прыжком (и я не была уверена, что это статуя), то витражное окно, у которого причудливо расчерченные стёкла светились изнутри алым… это был какой-то средневековый небоскрёб, казалось, башни действительно царапают шпилями небо. У меня даже защемило сердце от невероятных масштабов. Город над городом… Подумать только, маленький мальчик Кайлеан вырос в таком месте…

Я разглядывала замок, его мрачную красоту, пока не закружилась голова, потом взгляд опустился ниже. Двери, к которым вёл пологий пандус, были распахнуты. На пандус заехал фургон, запряжённый парой мохноногих лошадок, над кузовом был натянут полотняный полукруглый тент. Несколько мужчин выгружали из фургона ящики с какими-то жёлто-красными плодами и вносили их внутрь. Рядом стоял кряжистый бородатый мужчина в белом фартуке и белом колпаке и, сложив руки на груди, наблюдал за действиями грузчиков. Он скользнул по нам безразличным взглядом — наверное, Кайлеан наложил отвод глаз и на себя, чтобы его не узнавали в городе.

— А где мы сейчас?

— Это хозяйственный двор замка. В детстве я часто убегал из замка через кухню. Пойдёмте, Данимира Андреевна, мы дойдём до города пешком.

— Я думала, мы сразу окажемся у портного. Пешком, конечно, в сто раз лучше. Но вы же голодны.

— Ничего, потерплю.

Кайлеан повёл меня к гигантским деревянным воротам в стене, рядом с которыми была ещё одна дверь — небольшая, обычного человеческого размера.

— Мне показалось, вам нужно сменить обстановку, — сказал он, открывая дверь и пропуская меня вперёд, — слишком много впечатлений, не все из них были приятными. Вы сами говорили о пользе пеших прогулок.

Тесноватый коридорчик, в котором было не разойтись двоим, освещался факелами и изобиловал поворотами.

Ну и толстенная эта стена, подивилась я про себя, но Кайлеан произнёс позади меня:

— Здесь стоит защита. Магический лабиринт, искажающий пространство. На территорию замка допускается не каждый. Сейчас я открываю нам проход, но сами бы вы бродили по этому бесконечному коридору до прихода стражи.

— Но как же тогда вошёл и вышел Мортен?

— Пока не знаю. Это меня сильно тревожит. Но служба безопасности над этим работает.

Когда мы, наконец, вышли наружу, то попали словно в другое измерение. Мы всё ещё находились в тени, но нагретый воздух сразу ласково облил тело, пахнуло цветущими травами и хвоёй, зазвенели какие-то невидимые насекомые, наверное, местные цикады или кузнечики, — звук был не стрекочуще-шершавый, а более нежный, серебристый.