Живая душа (СИ) - Дмитренко Татьяна - Страница 14

— Если я правильно понял, слугам это кушанье не подают.

— Что вы, мой господин, как можно?! Кто станет кормить этих бездельников господской едой?

— Никогда не подают?

Старуха слегка задержалась с ответом, попыталась было что-то сказать, но поперхнулась. Она кашляла долго и непритворно, затем отдышалась и принесла извинения за неподобающее поведение.

— Итак? — ленивый голос заморозил окружающее пространство, и я перестала дышать.

— Нет, мой господин!

— Мне повторить вопрос в присутствии палача?

Старуха тут же уточнила:

— Я не отдавала приказа кормить слуг дорогими продуктами.

Снова обтекаемый ответ! Эта дама явно играет с огнём… Ведь господин Наварг не примет уклончивого ответа, ей ли не знать? Или безнаказанность развращает больше богатства? Власть первого и второго, а также отсутствие у окружающих адекватных реакций на подлые выходки ослабляет инстинкт самосохранения у многих. Как удачно!

Ответом на обтекаемую фразу стал громкий стук — что-то неловко упало, и я осторожно выглянула в щёлку меж шторами. Упс, кресло господина Наварга валяется вверх ногами, а старуха, взятая за горло неведомой силой, парит пяти сантиметрах от пола, хрипит и сучит ногами. Рядом стоит Хайдур, водит руками вверх-вниз и укоризненно качает головой.

— Подтверждаю сказанное ранее, — старый маг опустился в кресло, — от неё разит вытяжкой из морены, как от старого пьяницы скверным вином. Да и прочим разит, как из помойки.

Запах страха, знакомо, господин маг, его ни с чем не спутаешь, тут вы непоправимо правы.

— Иллари!

Челядинец ворвался в кабинет с оружием в руках.

— Мой господин!

— Начальника охраны и палача ко мне. Срочно!

Багровое пятно на лице мадам Альбеты налилось лиловым оттенком. А меня внезапно отпустило напряжение — наконец-то, и спазм горла тоже ослаб. Слава тебе, Господи!

Опускаюсь на корточки медленно, всё-таки тело у меня детское, явно недокормленное и со стрессами оно справляется не бог весть как! Но сердечко у малышки здоровое, это радует.

Кабинет наполнили грубые мужские голоса, вскоре умерившие громкость звука, старуху быстро спеленали и выволокли прочь. Что именно «наш господин» велел палачу, я так и не расслышала. Маг и мой теперешний сюзерен беседовали с прибывшими очень тихо и это хорошо, мне тайны здешнего мадридского двора вовсе не нужны. Меньше знаешь, спокойнее живёшь…

А уж теперь, надеюсь, и вовсе заживём тихо-мирно. Главное, чтобы Муниса намекнула первой балаболке из числа здешнего электората о моём участии в развенчании мадам Альбеты, белый пиар мне не повредит. Как и Мунисе. Для разнообразия походим в короне избавительницы от мрачной власти госпожи экономки, но желательно не слишком долго, и при полном отрицании своего участия в процессе избавления. Скромность украшает женщину — это общеизвестно и при удаче избавляет её от завистников.

Штора отдёргивается внезапно и надо мной воздвигаются оба мага.

— Вставай, дитя, нам надо побеседовать, — голос Хайдура нейтрален, лицо непроницаемо, — следуй за мной.

— Слушаюсь, господин маг!

Опираюсь повлажневшими ладонями о стену, пытаясь подняться быстро и едва не падаю на подломившихся ногах. Старик подхватывает меня под локоть.

— Идти сможешь?

— Смогу, господин маг.

Кланяюсь хозяину кабинета весьма неловко, но очень старательно, ибо силы мои на исходе и проворно преклонить колено не получится. А если и получится, то уж вставать придётся из той позиции, что именуется «на карачках». Оно мне надо?

— Моё почтение, господин Наварг. Прошу прощения, но моё нынешнее состояние не позволяет выказать вам подобающее уважение.

— О, Всетворец, какие слова знает кухонная замарашка, — хмыкнул господин Наварг, — ступай уже… пока ещё одна кухарка не распростилась с жизнью по твоей вине!

Старый маг предупредительно распахнул передо мной дверь, наверное, понял, что силы у «бедного ребёнка» практически на нуле. Мне ничего не оставалось, как брести в кильватере, стараясь не встретить спину господина Хайдура собственным носом, когда он останавливался отдать распоряжение встречным личностям.

Конец нашему походу настал далеко не сразу, вначале мы посетили жилище господина старшего стражника, и маг изъял у него мой кастет. Затем снова отмерили пешочком приличное расстояние, оказав честь своим визитом кухне, где господин Хайдур заказал завтрак на двоих и «тот великолепный напиток из западного Верианта, дорогая Деноза». Кухарка кивнула белоснежным головным убором и коротко распорядилась в сторону кухонной старухи. И мы наконец-то целеустремлённо потопали к небольшому домику с мансардой, стоящему несколько в стороне от господского дома.

— Ты не откажешься позавтракать со мной, дитя?

— Честно сказать, господин Хайдур, мы с Мунисой уже позавтракали своими продуктами, — промямлила я.

— Да? Ну это ничего. Ещё ни один ребёнок не умер от того, что позавтракал дважды. Входи.

Дверь заскрипела, открываясь во всю ширину, и я застыла на пороге, обозревая пространство прихожей, оказавшейся небольшим холлом. Освещение дают четыре окна, расположенные по обе стороны от входа, полупрозрачные стёкла смягчают резкий свет утра, напротив двери небольшой камин. Два деревянных кресла тёмного дерева, украшенных подушками, стоят по обе стороны от камина — картина, привычная взгляду по европейским кинолентам, вот вам и привет из родных мест. Не хватает только Шерлока Холмса, доктора Ватсона, пледов, коньяка и трубок. И небольшого столика.

Меня мягко подталкивает в спину господин Хайдур, и я перешагиваю порог, одновременно разворачиваясь к магу лицом.

— Нравится?

— Очень уютно, господин маг. И ничего лишнего.

— Мне приятно, что ты оценила убранство, дитя. Что означает твоё имя?

— Не знаю, господин Хайдур, так меня назвал хозяин таверны.

— В общих чертах твоя история мне известна. Сейчас позавтракаем и поговорим более обстоятельно. Не возражаешь?

Впервые за много дней кто-то интересуется моим мнением. Меня не трясут, не швыряют на землю, не волокут незнамо куда, заломив руки за спину. Но даже такой тормоз, как я, способен понять — расслабляться нельзя. Доверять в этом гадючнике нельзя никому, ибо здесь у меня друзей нет. Возможно, их тут и быть не может.

Мягко стелет господин маг… однако, не слишком красивое, но очень живое лицо его отражает искреннюю заинтересованность феноменом, этой странной девчонкой, так легко справившейся с домоправительницей. Маг спокоен, ненавязчиво предупредителен — совсем, как мужчины моего мира из тех, что воспитаны в хороших семьях. А вот его (а теперь и мой) принципал не особенно заморачивается вежливостью по отношению к бродяжке. И вряд ли бы я оказалась в имении господина Наварга, если бы не странные способности к преобразованию металла и, возможно, способности к хладнокровному, на первый взгляд, убийству себе подобных. Да и вы, господин маг, не снизошли бы до беседы с замарашкой и уж точно не расщедрились на завтрак.

Поднимаю глаза на собеседника. Маг доброжелательно улыбнулся, отсылая меня приглашающим жестом к правому креслу. Вежливо наклоняю голову и марширую в указанном направлении, но усаживаться не тороплюсь, сначала пусть займёт своё место господин маг — такова здешняя вежливость подчинённого по отношению к начальству.

— Ты учтива, дитя. И явно получила хорошее воспитание.

Что есть, то есть, воспитание моё можно назвать прекрасным, как и образование, но посторонним знать это вовсе не обязательно. Ответа на высказывание хозяина дома не требуется, поэтому я молчу, устремив взгляд на медальон моего визави. Интересный рисунок выбит на немаленьком кругляше — хищная птица, распростёршая крылья над поверженным фантазийным персонажем. А персонаж напоминает крылатого кота, не менее хищного, чем птица. Надо ли понимать так, что это здешний симаргл? Был такой мифологический персонаж на планете Земля — кошак с крыльями…

Старик устало вытягивает ноги к камину.