Потерявшая память (СИ) - Телицына Евгения - Страница 3

Как же тяжело потерять память! Без предусмотрительных подсказок Дома, я бы не нашла ключ под вазой у двери, и не догадалась бы о существовании личных карт.

Зайдя в свою комнату, я огляделась. Маленькая, но уютная. Коврик и вешалка у входа, справа кровать, заправленная пледом, напротив двери окно, левее него – стол, мольберт и пара стульев, еще левее – дверь в ванную. В углу шкаф для одежды и книг.

Что же получается? Я – студентка башни Земли, меня зовут Скай Айс, сегодня я потеряла память и узнала, что я – скрытая небеснорожденная (если верить огнеглазому). Ах да, у меня был парень Дом, и появилась проблема по имени Хантер. Судя по книгам, я люблю читать и рисовать, люблю яркие цвета. И мне давно пора посмотреть на себя.

Я прошла в ванную комнату: небольшая ванная, туалет, полка с женскими флаконами, и зеркало во весь рост. Из зеркала на меня смотрела высокая молодая девушка двадцати пяти лет (личная карточка помогла), стройная, загорелая, с яркими изумрудными глазами и копной рыжих волос до самой попы.

Я с интересом осмотрела свое лицо: узкое, с точеными скулами и слегка припухлыми губами. Потом оглядела тело, пробежала тонкими пальчиками по плечам, повертелась, чтобы увидеть себя со всех сторон и отрешенно подумала: мне явно нужно лучше питаться… Да, довольно странно знакомиться самой с собой, но что делать…

После я покопалась в своих вещах: практически никаких портретных карточек[1], в тетрадях только конспекты, дневника нет. Видимо я не сторонник памятных мелочей. Никаких упоминаний о родителях…

Еще раз обведя взглядом комнату, я решила, что утро вечера мудренее и легла спать. И, несмотря на грохот праздника в холле, я отключилась практически мгновенно.

Хантер

– Вот скажи мне, милый друг, мог ли ты предположить, – как-то уж очень мягко начал Оскар, – что решив проучить этих земляных червяков, ТЫ НАШЛЕШЬ НА НАС ГНЕВ НЕБЕСНОРОЖДЕННОЙ?! – Закончил он неожиданным криком.

– Не ори, вон уже песок с потолка от твоих воплей посыпался. Еще не хватало бесславно сгинуть в катакомбах, – раздраженно заметил я.

Мог ли я подумать? Да конечно нет! Откуда мне могло придти в голову, что симпатичная девчонка, влетевшая в зал (попутно активировав магическую блокаду) по собственной глупости, окажется небеснорожденной? Я всего лишь хотел припугнуть зеленую и откровенно растерялся, когда увидел облака в ее глазах. И это бесит больше всего! Ангел, я – воспитанный лучшим воином и стратегом на своем курсе – растерялся!

Хотя, откровенно говоря, я не только растерялся, но еще и позорно засмотрелся. У этой странной девчонки самые красивые глаза, которые я когда-либо видел.

– Хантер! Эй, Хантер, я к тебе вообще-то обращаюсь! – голос Оскара вывел меня из задумчивости.

– Что?

– Ты что-то задумал?

– Как тебе сказать. Мы оба знаем, что смесков не бывает, они все умирают при рождении. Но если эта девчонка каким-то чудом выжила… Я хочу, чтобы диковинка была моей! – я усмехнулся. – Это укрепит статус нашей семьи… И, возможно, отец, наконец, поймет что я не бесполезен и начнет хоть немного уважать своего сына…

– И ты серьезно думаешь, что завоюешь расположение девчонки из касты, которая с нами на ножах? – друг обидно хохотнул.

– Я не думаю, я знаю! – о том, что после коротких объятий со смеской я был уверен, что она поставит всю мою жизнь с ног на голову, я решил умолчать. Я и сам не знаю, что все это значит…

– Доброго вечера, отец, – я церемонно поклонился, заходя в обеденную залу.

Родитель едва заметно кивнул в ответ и вернулся к своему ужину.

Я обвел взглядом огромный стол с задвинутыми массивными стульями и решил, что сегодня сяду поближе – мне нужно попытаться с ним поговорить.

Служанка из черняков, молча, поставила передо мной тарелку с хорошо прожаренным еще дымящимся мясом и вареным картофелем. Следом появились приборы и бокал вина.

– Спасибо, – я приступил к трапезе.

Есть в гробовой тишине для меня давно стало привычно. Уже и не вспомню, когда отец интересовался моей жизнью и спрашивал банальное «как дела». Когда-то давно он решил что я – самая большая неудача в его жизни, неспособный ни на что хиляк. С тех пор он не баловал меня своей любовью.

И по сей день мне не удается переубедить его.

– О-де Шон разрешите задать вам вопрос? – начал я, покачивая в руке бокал с вином.

– Слушаю.

– Смески всегда умирают сразу после рождения? Были ли исключения?

– Нет. За всю новую историю наших кланов, я, естественно, имею ввиду период после болезни, ни один ребенок не выжил. Почему ты спрашиваешь? – он бросил на меня короткий цепкий взгляд глаз до странного трепета похожих на мои.

Кажется, я удивил отца выбором темы для разговора.

– Слышал байку о том, что кто-то видел дочь шторма в цветах огненных. Поговаривают, что когда она спокойна, ее глаза ореховые, – отец вскинулся, взгляд стал задумчивым. Какое-то время он изучал меня, а потом вернулся к ужину.

– Сын, ты разочаровываешь меня вновь и вновь, – он покачал головой. – Можно подумать, вы никогда не переодевались в цвета другого клана для своих шалостей. Если ты действительно хочешь войти в Совет и занять мое место в касте, тебе стоит научиться думать, прежде чем открывать рот.

– Я и думаю, что это всего лишь шутка, – очередное едкое замечание я пропустил мимо ушей – уже вышел из того возраста, когда меня бы это задело. – Но она вызвала во мне интерес. Почему они умирают? За столько веков никто не нашел ответ.

Прежде чем продолжить беседу отец пригубил вина.

– Если тебя интересует мое мнение, то я считаю, что ребенок просто не выдерживает силы двух стихий. А если интересуют медицинские данные – сходи к воздушникам, это они у нас гениальные доктора через одного, – судя по сочившемуся из реплики презрению, сильнейшую касту мой родитель ненавидел всем сердцем.

– Спасибо, я непременно так и поступлю, – я встал и, поклонившись, вышел из залы. Мне предстояло подготовиться к завтрашней встрече в парке.

Скай

Утро встретило меня слепящим солнцем в окошке и головной болью. Продолжая валяться в теплой постели, я до хруста потянулась, еще раз отметив, что у меня нет никаких повреждений. Как-то странно все выходит: помять потеряла, парня потеряла, а что случилось, никто не знает. По словам Дома, я никуда не пропадала и травм не получала. Тогда что же случилось? И все ли я помню, что произошло вчера? Мысленно пробежавшись по тому, что мне удалось узнать, я порадовалась тому, что недавние события сохранились в моей памяти.

Интересно, если ли у меня родственники. Как я поняла, в башнях живут и студенты и их семьи – просто на разных этажах. Значит, можно предположить, что где-то выше обитают мои родители. Нужно только придумать, как их найти…

Однако хватит тренировать мозг, пора вставать.

И тяжело вздохнув, я начала собираться на завтрак.

Не знаю, кто строил эти громадины, но человек он явно был гениальный. Организованно все тут настолько просто и открыто, что я практически не плутала, пока искала место, где смогу поесть.

Столовая башни занимала половину первого жилого этажа. Вся мебель здесь была из дерева, впрочем, как и стены. Кухонную зону и обеденный зал разделял длинный прилавок с едой – подходи и бери что хочешь. Я остановилась на соке и яичнице.

Куда сложнее было выбрать куда сесть. После вчерашнего попадаться на глаза большому количеству народа мне не хотелось совершенно, поэтому я выбрала самый дальний стол у окна. Дубовая столешница была слегка засыпана крошками, но в целом все не так уж плохо.

Кроме меня в столовой находилось еще человек пятнадцать. Судя по найденному в комнате календарю с расписанием, сейчас шли летние каникулы, и часть студентов разъехалась по миру. И я очень рада этому.

Через какое-то время в зал вошел Дом, и я постаралась совсем слиться со стулом. Видеть его было неловко, и я абсолютно не знала как себя вести. А он просто махнул мне рукой и сел со своими приятелями. Кто знает, возможно, это были и мои друзья…