Иная. Песня Хаоса (СИ) - "Сумеречный Эльф" - Страница 101

— Небольшой фокус, придумал его сам, — улыбался загадочно Генерал Моль.

— Ты теперь Адмирал Моль, — рассмеялся Огневик, который путешествовал с ними.

— Останешься только до Разлома? — в очередной раз спрашивал друга Вен Аур.

— Да, — отвечал тот. — Я слышу зов своей судьбы. Она ждет меня где-то в Хаосе. Но я постараюсь навещать вас, когда вы найдете себе пристанище.

— А вы, Генерал Моль? — поинтересовалась Котена.

— Возвращаться в Хаос мне велит долг борьбы со Змеем, я дал обет самому себе. Но я буду приглядывать за вами, — благосклонно кивнул великий воин. И, как ни странно, песня его больше не резала противным скрежетом, не ревела гвалтом военных труб и барабанов. Он изменился, возможно, успокоился с тех пор, как собрал вокруг себя молодых бойцов, принявших силу Хаоса.

«Ничего мы уже живем, не горюем. Вот и свадьбы играют, и охрана. И Вен Аур рядом со мной», — утешала себя Котена, перебирая мягкий мех на загривке мужа. Она замечала, как мирно сосуществуют совершенно разные люди на одном корабле. Все вместе они шли к неизведанным далям. Им предстоял тяжелый путь, наполненный опасностями и изнурительной работой. Но никто из них не жаловался, каждый словно обретал самого себя. Вскоре она заметила, как часто к ней обращаются за советом:

— Котена, у тебя ведь муж-оборотень. Как ты управляешься с аурой Хаоса?

— Котена, как ты считаешь, можно ли слышать ауру и творить чудеса?

И ей приходилось отвечать, направлять людей, утешать их, если кто-то сомневался в своих способностях. Она вместе с Вен Ауром рассказывала все, что узнала про Хаос, про его мирных существ и настоящих монстров. И наконец к ней обратился с вопросом сам Генерал Моль:

— Котена, что ты видела в своем странствии к Змею, когда отвоевала у него Вен Аура?

Она замялась, изумленно рассматривая заслонявшую полнеба фигуру, но вскоре рассказала все, что помнила из своих странствий в чертогах мертвых. Генерал Моль задумчиво кивал и хмурился. Котена же боролась с ужасом болезненных воспоминаний, но описывала все в мельчайших деталях. Она надеялась, что Генералу Молю, возможно, с отрядом крылатых янычар, удастся однажды победить это древнее чудовище. Тишину Хаоса. Может, тогда миры восстановились бы. Вернулась бы их целостность, и не существовало бы больше деления на своих и чужих, потому что все равны и все едины. Вина же на каждом лежит соразмерно его делам и помыслам.

Именно с этой мыслью целый корабль «иных» бороздил просторы океана, выходя за Охранные Камни. Котена даже не почувствовала, когда и как это случилось.

— Выйти-то из-за них всякий может. А войти только человек, — объяснил Вен Аур. — Все, обратного пути нам уже нет. Скоро покажется Отрезанный Простор.

Они шли еще около недели, постепенно привыкая и к качке, и к волнам. Хотя Котену отчего-то мутило, она замечала в себе некоторую слабость. И еще неопределенные изменения. У нее возникали случайные мысли, но за чередой повседневных забот они до поры до времени забывались.

Вскорости из-за тумана выплыла гряда материка, изрезанная, холмистая, покрытая колючими кустарниками и мхами. Корабль причалил в одной из диких бухт, свернув три косых паруса. Вокруг, сколько хватало глаз, не маячило ни единого огня. Лишь носились по бескрайней степи бледно-лиловые неведомые звери, напоминавшие оленей, да щипали траву зеленые кролики. Похоже, мир за Охранными Камнями изменился сильнее, чем предполагала Котена. Но эта картина не напугала ее, она развернулась к людям, которые высыпали на палубу, и твердо сказала:

— Все, кто не желают идти с нами дальше, могут сойти в Отрезанном Просторе. Мы никого не держим.

— Котена, но куда же направляемся мы? — недоумевали некоторые. — Эта земля велика и плодородна. Возможно, следует принять ее дары.

— Мы идем к Забытым островам. Здесь живут кочевые племена Номад. Нам не ведомо, как они встретят нас.

Котена поражалась, как изменился ее голос. Он обрел твердость и даже какую-то властность. Раньше она громко огрызалась непокорной девчонкой, теперь степенно сдерживала недовольство целого корабля. Люди зароптали, но она подняла руку, и они умолкли лишь по велению ее жеста. Они верили в нее, верили ее обещаниям. Котена же лишь обращала взгляд к Генералу Молю и Вен Ауру, надеясь на их совет и поддержку. Но окончательный выбор ей предложил Огневик:

— Племена Номад черпают силу из Хаоса, но они не слышат аур. Это из Номад происходят все кудесники. В том числе и те, что пленили меня. Они ненавидят и не понимают нас, созданий из-за Барьера. Не знаю, как они примут тех, кто слышит ауры. Они ошибочно считают свою силу чем-то отдельным от Хаоса.

Это убедило всех, кто сомневался. И все же с десяток человек решили сойти на следующей остановке в очередной необустроенной скалистой бухте, где корабль пережидал лютый шторм, поднявшийся в безбрежном океане.

— Не пойду туда. Слишком далеко, — посетовало несколько наиболее пугливых. Море страшило их, они привыкли к каботажному плаванию, а кораблю под косыми парусами и на веслах предстояло пройти почти целый океан, который отделял материк и забытые острова. Генерал Моль раздобыл где-то для Котены большую карту мира и долго учил ее, показывая, что и где находится. Она кивала и соглашалась, что другого пути у них нет.

Они оставили последнюю бухту, устремляясь навстречу неизвестности. Корабль шел наудачу, поэтому Котена дала ему имя «Надежда». Иного ориентира у них и не оставалось. Лишь надежда и кольцо ветров, о которых ведали пришельцы из-за Барьера. Они утешали, что на пути хватает маленьких необитаемых островов с пресной водой. Котена верила им, полагаясь на ветер, снасти и мастерство капитана, которым стал провозглашенный Адмирал Моль.

Вен Аур и Котена при этом выполняли скорее роль советников и утешителей людских скорбей. Котене каждый день хватало работы. То она помогала в лечьбе, то чинила одежду, то готовила. Ей же приходилось разумно распределять еду и прочие припасы. Она удивлялась тому, что ее слушали, но вскоре привыкла. Ее образ из прошлого оставался так же далеко, как сама ее родина и ее родители на разных концах света. Постепенно скорбь от расставания с матушкой сменилась тихой печалью, навечно залегшей в глубине души. Значит, так было необходимо. «Если дойдем до Забытых островов, — мыслила Котена. — Я поверю, что у судьбы есть свой замысел».

И она просто ждала, пока они бороздили океан, сражались со штормами и жарой, возвращаясь на неизменный курс, если случалось сбиться с него.

— Скоро должен показаться и Разлом. Там я покину вас, — говорил Огневик, вглядываясь в горизонт. Он тосковал по родным местам и единственный на корабле страстно желал вновь вернуться в Хаос. К тому же там ждала его некая судьба. Пассажиры и команда корабля превратились в скитальцев, ищущих новых дом. Генерал Моль пообещал проводить до Забытых Островов и помочь, если бы там возникли трудности.

В долгом трудном пути никто не задумывался о том, как вернуть человеческий облик Вен Ауру. Котена не ведала, как спросить, как поделиться своей печалью. Но спустя месяц пути, скроенный из преодоления волн и случайных необитаемых островков, Котена решила сперва поведать мужу не о грусти, а о великой радости.

— Нам нигде нет места в этом мире, — со вздохом начал Вен Аур как-то раз под вечер. Они уже собирались на покой в своей отдельной каюте, которая тоже была дарована им неведомой милостью. Похоже, все люди на корабле считали их главными. И хорошо: так они могли побыть вдвоем наедине, пусть и не совсем в качестве мужа с женой.

— Места нет, зато мы есть, — ответила ему задумчиво Котена, проведя по животу, который скрывала просторная рубаха. — Скажи, а если у нас будут дети, какие они окажутся?

— Тоже оборотнями, как и я. Полукровки Хаоса, — задумался Вен Аур. — Смогут принимать любую форму, какую захотят. А что?

Котена замерла, глядя в потолок, на ее лице застыла неуверенная улыбка, и она спокойно проговорила, хотя в душе все смешалось от невероятного осознания: