Противостояние - попаданец против попаданца (СИ) - Шейко Максим Александрович - Страница 5

3) Перевод экономики на военные рельсы, именуемый также "тотальной войной" — принято. Ну, тут без вариантов — кажется, фюрера крепко проняло мое описание последних месяцев Германии и его лично. Видать такой исход его не устраивает. Так что ожидаем роста производства вооружений и новой волны мобилизации. У меня, кстати, уже есть кое-какие идеи по поводу того, куда это всё применить.

4) Рекомендации по изменению стратегии на востоке — принято частично. И это плохо. Потому что пока что попытки местных стратегов "улучшить" мои предложения ни к чему хорошему не привели. Правда, как я уже говорил, ничего особо страшного пока также не случилось. Посмотрим, что будет дальше.

Глава 3. Июльское пекло

Пять последних дней июня прошли для меня в бесконечной череде дел… Доклады в Ставке, переговоры с фронтами, анализ данных, подписание бесконечных директив и телеграмм. Под Воронежем дела шли все тяжелее, и туда направлялся беспрерывный поток пополнений и резервов. Одновременно, тоненький ручеек частей и соединений был пущен под Сталинград. Формирование гарнизона будущего фестунга (крепости) началось.

К концу месяца и Сам понял, что главной ареной борьбы летней кампании станет южный фланг. Скрипнув, военная машина непобедимой и легендарной стала разворачиваться в нужную сторону.

Пожалуй, одно решение упомяну особо. Помня, как жаловались танкисты на недостаток пехоты, с Западного фронта катуковцам (1-й ТК) была переброшена усиленная кавдивизия. Вскоре, плечом к плечу с его корпусом встал 16-й, отступивший после своего дерзкого контрудара на север. Так начала формироваться оперативная группа генерала Катукова (фактически: слегка урезанная танковая армия). Группа нависла на фланге Гота, медленно отступая под ударами врага.

В 45-м, два танковых корпуса без проблем пробили бы оборону немецкой пехоты (55 АК) и перехватили тылы ушедших вперед танковых корпусов 4-й ТА. Но 42-й не 45-й… не хватало опыта ни командирам, ни бойцам. Танкисты не имели поддержки с воздуха, а собственные зенитные средства корпусов были слабы. В результате перспективный контрудар выродился в серию частных боев.

Правда 42-й и не 41-й!

Стремительного марш-марша у немцев тоже не вышло. Все новые танковые корпуса РККА вступали в бой. Эти хаотичные, плохо подготовленные, неодновременные удары, тем не менее, тормозили немецкий паровой каток. 28-го своими передовыми отрядами в бой пошла 5-я танковая армия. Наступила пора и мне отправится к Дону.

Не обращая внимания на удары в свою левую скулу, танки и панцергренадеры Гота практически с ходу форсировали Дон (28–30). Захватив плацдармы на восточном берегу, быстро накопили силы и коротким броском прорвались к Воронежу. Началась ожесточенная борьба за город.

Еще 23-го к городу началось выдвижение резервов. На станции выгружался 18-й танковый корпус, с севера и востока подходили стрелковые дивизии резервных армий. Ставка бросила в бой сразу три резервные армии, заодно снимая отдельные дивизии, бригады, полки отовсюду, где только можно. Теперь все зависело от стойкости этих войск.

Ночью с 30 июня на 1 июля, как представитель Ставки, я вылетел на Воронежский фронт. Интересно, что в подкорки мозга Александр Михайлович… нет, не боялся немцев. Опасался. Это опасение зародилось еще в Первую Мировую, когда он воевал на ЮЗФ. Этот фронт сражался в основном с австрийцами, но солдаты и офицеры, в том числе и молоденький прапорщик Василевский, с тревогой следили за противником: не сменили ли австрияков жесткие германцы.

СПОЙЛЕР: Против нас по-прежнему стояла 7-я австрийская армия генерала Пфлянцера-Балтина; солдаты, а в некоторой мере и офицеры радовались, что нам придется иметь дело не с немцами, а с австрийцами, которые были слабее. В начале каждой артиллерийской перестрелки мы поглядывали на цвет разрыва и, увидев знакомую розовую дымку, которую давали австрийские снаряды, облегченно вздыхали[1].

Лето и осень 41-го тоже не добавили оптимизма. И хотя вера в победу оставалась, а контрнаступление под Москвой и зимняя кампания ее укрепили, но опасения остались. Катастрофическое развитие событий в мае-июне 42-го тоже настраивало на жестокую и бескомпромиссную борьбу.

Сюда добавлялось и вполне понятное волнение от первого испытания собственных оперативных навыков и тактического искусства. Командовать из Москвы легко, а как оно будет на поле боя?

Из записных книжек.

Принято решение формировать бригады из средних и легких танков, а все КВ собирать в тяжелые полки прорыва РВГК. "Матильды"?

Готовить [к обороне] кавказские перевалы. Не менее усиленного стр. бат. на каждый.

Будущие ф. [*фестунги] — Сталинград, Калач, Ростов. Без разрешения Ставки ни одного солдата из гарнизонов не брать. Для Сталинграда — 1-я гв. А?

3 ИАК РВГК под Воронеж. 1 ИАК — прикрыть Масленникова. 2 ИАК?

Немцы очищают Демянский мешок. Плохо.

Севастополь держится…

Пролистываю свои последние записи. Вроде ничего не забыл? Посмотрим…

Так, пункт первый — Норвегия и Лапландия. Очень интересный театр, где хитро переплелись интересы сухопутных, морских и воздушных сил. Здесь сплелись в тугой узел обязательства, цели и противоречия Германии и СССР, финнов и западных союзников. Ленд-лиз и шведская руда, незамерзающий мурманский порт и никелевые рудники Петсамо — все это здесь, в забытом богами (но не людьми!) Заполярье. А у меня как раз есть хитрый план, касающийся расположенных там войск и проходящих поблизости транспортных потоков. Думаю, фюреру и его многочисленным генералам и адмиралам будет интересно.

План, собственно, заключается в следующем: перво-наперво, надо сократить сухопутную группировку немецких войск в Лапландии и отправить высвободившиеся соединения на более активные участки Восточного фронта. Этих войск не так уж мало, как может показаться — XXXVI-й армейский и XVIII-й горнострелковый корпуса. Всего две пехотные дивизии (163-я и 169-я) и две свежесформированные горнострелковые (7-я, переформированная из 99-й легкопехотной и СС "Норд", бывшая совсем недавно моторизованной дивизией с тем же названием). К этим войскам можно добавить 69-ю пехотную дивизию, скучающую в районе Осло, — хватит им жрать сардин в масле и шпроты местного приготовления, пора послужить Фатерлянду по-настоящему! Кстати, на группу армий "Норвегия" ложится обязанность пополнить до полного штата и снабдить всем необходимым убывающие части. Ну а место назначения для перебрасываемых из Заполярья войск известно — армейский корпус со своими тремя полнокровными дивизиями отправится под Ленинград крепить блокаду вместе с демянскими сидельцами, а горные стрелки усилят группировку на кавказском направлении.

Предвижу резонный вопрос: а кто же останется сторожить карельские дебри от злобных большевистских полчищ? Отвечаю: в этом то и состоит вся прелесть моего плана, господа! Ёлки Карелии должны защищать сами карелы. Ну, или финны, на худой конец. А то вишь чё удумали: демобилизацию проводить! Вообще охренели тормоза таежные. Пусть теперь сокращают размер своей демобилизации или перегруппировывают войска или еще чего придумывают, но СВОЮ Карелию пусть САМИ и стерегут. А даже если и не справятся, то и хрен с ней — не велика потеря, прям скажем. Хотя не думаю, советам явно не до этого богом забытого медвежьего угла. Им бы Кировскую дорогу удержать.

Будь моя воля — снял бы с севера вообще всё, но нельзя. Никель Петсамо — это всё же серьезно, тут на самотек дела пускать нельзя. Так что придется Дитлю со своим XIX-м горнострелковым корпусом и дальше в тундре сидеть. Ничего, высидит, ему не привыкать. Кстати, на счет мурманского порта, Кировской дороги и ленд-лиза у меня также имеется хитрый план. Печально знаменитый конвой под индексом PQ-17, как известно, был разгромлен в первых числах июля. Благодаря моим подсказкам, в этот раз разгром был еще более впечатляющим, так как к, охотящимся за транспортами, самолетам и субмаринам присоединились еще и тяжелый крейсер "Хиппер" с эсминцами, которые добавили в общую копилку побед четыре транспорта и какую-то военную мелочь типа корвета или тральщика. Думаю при таком раскладе до портов назначения не треть, а в лучшем случае пятая часть судов добрела и то вряд ли. Но это всё так — мелкие пакости. Гораздо большую подляну для полярных конвоев я готовлю в… тропиках. Неожиданно? А я предупреждал, что план "хитрый"! Помнится, осенью 42-го года союзники полностью прекратили отправку конвоев в СССР по северному маршруту, мотивируя это тем, что все имеющиеся эскортные силы необходимы для обеспечения операции "Торч" — высадки в Северной Африке.