На Краю Земли. Дилогия (СИ) - Бондаренко Андрей Евгеньевич - Страница 113

— Возможно, милый, что ты слегка перестарался с «максимальным режимом», — с тревогой всматриваясь в лицо пленного, предположила Илзе. — Посмотри, как у него щёки подрагивают. Меленькие капельки пота выступили на лбу. Дыхание очень слабое и прерывистое. Кожа какая-то бледно-землистая…

— Ерунда, обязательно оклемается, — извлекая из наплечного планшета два коротких шприца в пластиковых упаковках, заверил Тим. — Сейчас я воспользуюсь хитрой и продвинутой «грушной» технологией, недавно продемонстрированной мне многоопытным дядюшкой Артёмом. Вот, «Всплеск-1» — ужасно-действенное и практически-безотказное средство. Бодрит — просто необычайно. Итак, извлекаю нужный шприц из упаковки, снимаю колпачок и колю фигуранту в правое предплечье. Пошёл процесс…

Секунд через семь-десять кожа на лице шамана вновь приобрела привычный тёмно-коричневый цвет. Он открыл глаза и, пытаясь освободиться от пут, резко напряг мышцы рук, плеч и ног. Но капроновые верёвки оказались крепкими и не поддались. Убедившись в тщете своих усилий, Скрывающий Ворон, прожигая Тима гневным взглядом, принялся громко и хрипло ругаться — на неизвестном и очень тягучем языке.

— Молчать! — гаркнул Тим. — Сварливый какой выискался, блин горелый… А как по поводу «сыворотки правды»? Не желаем ли отведать? Молчать! Хочу, понимаешь, не хочу… Придётся, всё же, отведать. Я сказал. Точка. Колю…

Тело Кутхе Атэса перестало напрягаться, выгибаться и вырываться.

— Надо же, у него даже глаза изменились, — настраивая видеокамеру, удивлённо выдохнула Илзе. — Были тёмно-карие. И злые-презлые. А теперь стали светло-голубыми, чистыми и…

— И доверчивыми, как у трёхлетнего ребёнка?

— Это правда. Как у ребёнка… Всё, начинаю видеосъёмку.

— Ладно, проводим допрос, — включая диктофон, хмыкнул Тим. — Эй, Ворон, слышишь меня?

— Слышу, — в голосе шамана легко читались равнодушные механические нотки.

— Представься полностью. Отвечать чётко и развёрнуто.

— Кутхе Атэс. Инженер-оператор объекта УВВ-12/2. Министерство борьбы за идеальную экологию.

— Министерство — какой страны?

— Никакой. Просто Министерство при Едином Правительстве Планеты.

— Дурака валяем?

— Никак нет. Ты спрашиваешь. Я отвечаю. Причём, чётко и развёрнуто, как и было велено. Не более того…

— Подожди, милый, — вмешалась Илзе. — Не горячись. Можно, я попробую поговорить с пленным? Ругался-то он на совершенно незнакомом языке. Подчёркиваю, на незнакомом для меня, обладательницы «языкового» колечка.

— Конечно, пробуй. Без вопросов.

— Ворон, «Кутхе Атэс» — это твоё настоящее имя?

— Да, настоящее.

— Ты — ительмен? Отвечать чётко и развёрнуто.

— Мой прадед был ительменом. А сейчас у нас нет разделения на национальности. Запрещено соответствующим законом.

— В твоём Мире нет разделений на государства и национальности?

— Нет. Считается, что всеобщее единение — единственно-правильный путь развития цивилизации. Есть — Единое Правительство Планеты. Есть — один единый и неделимый Народ. Это — главная Догма, вокруг которой и строится всё остальное Законодательство Планеты.

— Что это за Мир, из которого ты прибыл?

— Обыкновенный Мир. Параллельный вашему. Только гораздо более совершенный и технологически-продвинутый.

— Неплохо, — одобрил Тим. — Продолжай, Лиз. Продолжай. У тебя просто отлично получается.

— Продолжаю… Объект УВВ-12/2. Что это такое?

— Вулкан Шивелуч.

— Отвечать чётко и развёрнуто.

— Для вас это — вулкан Шивелуч. Для нас — Утилизатор Вредных Выбросов. Двенадцатая усовершенствованная модель. Модификация второго класса. В моём Мире ведётся упорная и целенаправленная борьба за идеальную экологию. Поэтому все вредные промышленные выбросы, а также все продукты сгорания мусороперерабатывающих заводов подлежат утилизации.

— Утилизации? То есть, наглому выбросу в параллельные Миры?

— Да, правильно. Именно такая Генеральная концепция и была принята — много-много лет тому назад — нашим Единым Правительством Планеты. Ничего личного.

— Вот же, засранцы продвинутые! — возмутилась Илзе. — И сколько таких скрытых «точек утилизации» вы, сволочи бесстыжие, разместили в нашем Мире?

— Все ваши вулканы Катмайского типа являются нашими УВВ.

— Ничего себе… Говоришь, что трудишься здесь инженером-оператором?

— Тружусь. Инженером-оператором.

— Твои основные должностные обязанности? Отвечать чётко и развёрнуто.

— Обязанность всего одна — обслуживать четыре автономные лазерные установки, оснащённые радарами и расположенные вблизи Шивелуча. Регулярно производить плановое техническое обслуживание. Своевременно заменять питательные элементы, выработавшие свой ресурс, на новые.

— Лазерные установки предназначены для охраны вулкана Шивелуч от ракет, запускаемых на полигон «Кура»? То есть, от ракет, сбившихся с заданного курса?

— Да, именно для этого. Если такая ракета (пусть и с полубоевым зарядом), попадёт внутрь УВВ и там взорвётся, то это может привести к страшной экологической катастрофе. К экологической катастрофе в моём Мире, имеется в виду. А этого допустить нельзя. Ни в коем случае.

— Ну, да. Конечно. Нельзя допустить. Понятное дело… Шаман Митька, проживающий недалеко от вулкана Толбачика, является твоим коллегой?

— Да, Митг Кульки работает инженером-оператором объекта УВВ-11/2. Его должностные обязанности аналогичны моим.

— А сколько тебе, Кутхе Атэс, лет?

— Двадцать девять. Скоро будет тридцать. Поэтому пользуюсь специальным устойчивым гримом.

— Как такое может быть? — опешила Илзе. — Изволь объяснить.

— Пожалуйста. В моём Мире Время течёт примерно в двенадцать раз медленнее, чем в вашем. Считается, что я прожил в Сиреневом распадке пятьдесят шесть лет. Но это — ваших лет. А по-нашему — четыре с половиной года. То есть, немногим больше… Контракт же у меня заключён — с Министерством борьбы за идеальную экологию — стандартный. То есть, пятилетний. А это значит, что через четыре ваших года шаман Костька «умрёт», а его место (то есть, моё), займёт… Не знаю, честно говоря, кто его займёт. Кто-нибудь. Свято место, как принято у вас говорить, пусто не бывает…

— Это ты, гнида параллельная, убил Томаса Грина? — не выдержав, подключился Тим. — Отвечать чётко и развёрнуто.

— Я. По-другому, к сожалению, было нельзя. Старший инспектор, обойдя непонятным образом «медвежью стражу», застал меня за обслуживанием лазерной установки и даже умудрился заснять этот процесс на видеокамеру мобильного телефона. А ещё он незаметно пробрался в дом и выкрал из ящика моего письменного стола несколько важных и секретных документов… Пришлось его срочно ликвидировать. Ничего личного. Просто дисциплинированное исполнение должностных инструкций.

— Ты раньше работал на КГБ? А сейчас сотрудничаешь с ФСБ?

— Так точно.

— Зачем? Отвечать чётко и развёрнуто.

— В строгом соответствии с полученными инструкциями. Сотрудничество с туземными спецслужбами — при работе на объекте — является лучшей маскировкой. Азбука успешного внедрения.

— Значит, мы, по вашему мнению, являемся туземцами?

— Так точно. В соответствии с Генеральной концепцией.

— Ну-ну… И старую армейскую дорогу ты разрушил? Так как не хотел, чтобы рядом с Шивелучем возобновилось оживлённое автомобильное движение?

— Не хотел. Да и должностные инструкции предписывали вмешаться. Воспользовался жидкой тектонической взрывчаткой замедленного вертикального проникновения. Естественно, строго ограниченной по глубине воздействия.

— Понятненько… Что же нам теперь делать с тобой, шаман самозваный?

— Я не знаю.

— Может, хребет сломать?

— Я не знаю…

— Стоп! — опуская видеокамеру, насторожилась Илзе. — Слышишь, гудит? Ага, два тёмно-зелёных вертолёта появились… Армейские, судя по всему. Прямо к нам чешут. На посадку заходят. Я даже догадываюсь — кого мы сейчас увидим…

Вертолёты — лихо и синхронно — приземлились метрах в ста двадцати от жёлто-синего домика. Как только винты перестали вращаться, приоткрылись дверки, из образовавшихся проёмов выдвинулись короткие металлические лесенки, по которым тут же спустились трое мужчин в офицерской полевой форме и четверо в штатских офисных костюмах. Ну, а чуть позже появилась и знакомая приземистая фигурка, облачённая в тёмно-голубой джинсовый прикид.