Павшее Королевство (ЛП) - Мэй Элизабет - Страница 66

Потому что он — все.

Затем Морриган убирает зубы с моего запястья. Когда она смотрит на меня, её улыбка удовлетворенная. Победная улыбка. Когда она начинает говорить, я начинаю дрожать от страха.

— Вот так, Айлиэн Кэмерон, я получу своё «да», — её смех прокатывается через меня, как холодная тень. — Ты ни разу не говорила ему, да? Ни разу не сказала этих слов.

Слова. Три простых слова, что изменили бы все.

Я люблю тебя.

Я не могу произнести их, когда знаю, что у него и у меня не может быть будущего вместе. Потому что, даже если умудрюсь пережить все это, он будет наблюдать, как я взрослею, старюсь, наблюдать, как я умираю. Вот наша судьба.

Предпочту, чтобы Киаран думал обо мне лишь один день из сотни (двух сотен, трех, четырех, пяти…) с этого момента, таким же тоскующим способом, как он думает о Катрионе, его Охотнице, и я буду вспоминаться, как "грустная улыбка"; "Поцелуй любовницы"; "А что если"; "А могло бы быть…"

Это сделает воспоминание обо мне менее болезненным, чтобы вынести, чем если бы он услышал эти три слова на губах умирающей девушки.

"Ты была его бабочкой."

Как будто читая мои мысли, выражение лица Морриган становится суровей.

— Так много эмоций. Если бы у тебя и у него не было бы совсем никаких чувств, это бы не было так просто.

Она практически выглядит сама собой, почти могу видеть ее очертания сквозь лицо Лоннраха, красивые черты, которые выглядят такими похожими на черты молодой Кайлих.

— Знаешь, он отдал бы все, — она постукивает по своему виску. — Я видела это в его голове. Он отдал бы свою бессмертность, чтобы стать просто очередным жалким человеком. Ради тебя.

Её суровый голос — лёд у меня в венах.

— Скажи да.

Я закрываю глаза.

— Нет, — шепчу.

Когда я открываю глаза, она стоит в десяти футах вдали, её выражение холодное и недоступное пониманию.

— Наше время истекает, и я собираюсь получить своё да, девочка, — Морриган улыбается своей медленной, победной улыбкой. — Одно слово. Это все, что требуется, — она исчезает, словно дым.

Остаюсь одна в комнате из моих кошмаров. И начинаю верить, что мне никогда не удастся выбраться.

Это так просто. Просто бояться и верить, что я все ещё под контролем Лоннраха. Когда смотрю вниз на кровоточащую отметку, которую оставила Морриган, мне приходится напоминать себе, что это не его. Что я не там.

Это пальто Киарана, — говорю я себе.

Помнишь? Ты разорвала своё после того, как Морриган появилась в виде Водяного Духа, и использовала его, чтобы перевязать раны. Те, помнишь? Почувствуй на спине. Это отметки от её когтей. Они настоящие. Ты настоящая. С тобой все в порядке. Ты настоящая и ты жива и это пальто Киарана.

Снимаю пальто с плеч и прижимаю к лицу, закрывая глаза.

Оно пахнет им. Даже со всей моей кровью, оно пахнет им. Как ветер, дождь и море, чем-то диким и необузданным. Как соль в воздухе. Как бег сквозь лес, ветер, раздувающий мои волосы.

Затем слышу звук с другого конца комнаты, и, когда поднимаю глаза, вижу его.

Глава 39.

Мой первый инстинкт — подойти к нему, но что-то останавливает меня.

Киаран не выглядит прежним.

Тени сгущаются вокруг него более тесно, чем следует. Длинные щупальца тьмы поднимаются с пола и оборачиваются, как лозы, вокруг его ног. Его кожа кажется бледнее. Даже с его связанными силами, он кажется светящимся изнутри, сияющим. Прекрасным. Пока не смотрю на его руки.

Они покрыты кровью.

Мой взгляд встречают его, и моя грудь напрягается от ужаса. Его радужки — глубокие колодца чёрного… Ни единого намека на лиловый в них. Они останавливаются на мне и вспыхивают голодом.

"Ты Киаран или Кадамах?"

Он мотает головой, как будто пытается прояснить её, и чернила в его глазах начинают отступать, пока не я делаю шаг вперёд.

— Держись подальше, — его голос резкий.

Поднимаю руки вверх.

— Ты в порядке?

— Нет. Ты снова поранилась, — слышу его тихий вдох. Он может учуять мою кровь. Сомневаюсь, что даже костёр мог бы сейчас спрятать мой запах от него.

— Морриган, — говорю, как будто это все объясняет. Смотрю на его промокшие кровью руки снова. — Твоя?

Пальцы Киарана сжимаются в кулаки.

— Я не знаю.

Он оглядывается вокруг и ловит своё отражение в одном из зеркал. Затем зажмуривает свои потемневшие глаза. Ему становится хуже, он балансирует на краю.

— Не знаю, — говорит мне снова. — Она заставила меня убить тебя. Я думал, что убил тебя. Больше не знаю, что реально.

Я тяжело сглатываю. Морриган мучает его, разбивая его контроль кусочек за кусочком. Когда он снова поднимает взгляд на меня, его глаза такие же чёрные, как беззвездное небо.

— Откуда мне знать, что ты настоящая? — Киаран направляется ко мне, ботинки барабанят по полу. — Откуда мне знать, что ты — не она?

О Боже. Тени оборачиваются вокруг него густой дорожкой у ног. У него быстрая поступь хищника. Быстро, слишком быстро. Мне некуда уйти. Некуда бежать.

Я пячусь назад, пока не упираюсь в зеркало, а он все ещё идёт на меня.

— Маккей.

Киаран останавливается в дюймах от меня. Его эбеновые глаза впиваются в меня. Затем белизна клыков проглядывает между его губ. Он наклоняет голову, лёгкая морщинка появляется на лице.

— Маккей, — шепчу снова.

Затем, что-то блестит в его взгляде. Он узнает меня? Или он слишком далеко ушел?

"Его голод всегда побеждает. Всегда"

Нет. Этого не может произойти. Я могу вернуть его назад. Должна вернуть его назад.

Бормочу его имя снова, медленно вытягивая руку. Мои липкие, покрытые кровью пальцы встречают его. Он резко вдыхает, и на мгновение я задаюсь вопросом, не совершила ли я ошибку, дотронувшись до него.

Но затем, с тем немногим оставшимся в нем контроле, он шепчет:

— Откуда мне знать, что ты настоящая?

— Хочешь, чтобы я позадавала тебе раздражающие вопросы? Или мне следует рассказать тебе другую глупую историю? — сглатываю назад дрожь в своём голосе. — Потому что я могу сделать это.