Зверь лютый. Книга 24. Гоньба (СИ) - Бирюк В. - Страница 63

На левом,

При жестоком налете.

…

Летом горького года

Я убит. Для меня -

Ни известий, ни сводок

После этого дня.

…

Фронт горел, не стихая,

Как на теле рубец.

Я убит и не знаю -

Наш ли Ржев наконец?

…

Мы — что кочка, что камень,

Даже глуше, темней.

Наша вечная память -

Кто завидует ей?

…

Нам свои боевые

Не носить ордена.

Вам все это, живые.

Нам — отрада одна,

Что недаром боролись

Мы за родину-мать.

Пусть не слышен наш голос,

Вы должны его знать.

…

Я вам жить завещаю -

Что я больше могу?»

Как бы… чтобы это не было написано?

Чтобы не было Победы… Потому что не было бы Войны.

Войн.

Волга ко Ржеву подходит с севера. Точнее — раза три подходит. Никак решиться не может. Три петли почти с полным разворотом. И мы в этих… загибонах.

— Слушай, Тихое Лето, ты хоть скажи — куда скачем-то.

— Пено.

Какая пена?! Которая с коней хлопьями валится?!

А, блин, озеро.

От Ржева до истока Волги — 200 вёрст. Но Пено — поближе.

Между Верхней Волгой и Западной Двиной есть несколько путей. Они не используется. Новгородцы идут с севера. По Мсте на Мологу. Или на Тиверцу. Или по Ловати на Торопу. Или ещё западнее — через Усвяты. Восточные, западные и южные товары тащат в Новгород. Потому что через Новгород идут северные. Купцы с Волги делают крюк на север. И продают свои товары там. Купцы с Двины делают крюк на север. И тоже продают там. Отчего кубышки новогородские пополняются.

Владимир Креститель взял деньги у Криве-Кривайто. Стал князем Киевским и крестился — «кинул» кредитора. Тот закрыл балтийские пути — Висленский, Неманский, Двинский. «Экономическая блокада по идеологическим соображениям». Потом на смену христианско-перунистическому антагонизму, пришёл православно-католический/протестантистский. Обычная племенная ксенофобия, кристаллизовавшаяся в семивековом «священном царстве», позже поддерживаемая хоть и иными, но — религиозными различиями, трансформировалась в столетия непрерывных войн. В закрытость торговых путей.

У Руси остался один — Нева-Ладога. Сюда, в северо-западный край страны и собрался пучок всех торговых путей. Сначала — Новгород, потом — Петербург.

«Пути» выбирались исходя из сиюминутной, средневековой «политической географии». На путях строились города, селились люди. Создавалась география «экономическая». Следствия тех средневековых решений вполне видны и в 21 веке.

Паровозы и пароходы убили одни городки и умножили другие. Но ситуацию глобально не изменили. Нужно или новое технологическое решение — «выход из плоскости». Или ряд общественных решений — «переустройство плоскости».

Что вестовой князя Суздальского привёл меня к Пено — случайность. А вот то, что я на местность смотрел — закономерность. Результат размышлений и поиска подробностей по интересовавшей уже теме.

Забавно: три озера. С востока — Орлинское. Из него вытекает речка Орлинка, впадает в озеро Плотиченко, соединённое с Тиницким. Дальше Жукопа и Волга. С другой стороны Корякино озеро. Из него течёт речка Двинец до длинного озера Охват. Дальше река так и зовётся — Двина. Между Орлинским и Корякиным — третье озеро. С выразительным названием — Соблаго. От этого «Со-Блага» сухого пути в одну сторону — три версты, в другую — пять. Причём грунты лёгкие. По Некрасову: «небо, ельник и песок». Местами — болотцы.

Восемь вёрст прокопа и… прямой водный путь от Басры… да хоть бы только от Табаристана!… до кое-какого… Лондиния.

Вы меня поняли?

Боюсь — нет.

Почти весь дальний широтный трафик в Евразии пересекает линию Басра-Булгар. Не важно что: слоновая кость из Индии, пряности с Молуккских островов, китайский шёлк… Даже африканский экспорт, включая чёрных рабов, большей частью, идёт здесь.

Единственное исключение — Красное море. Баб-эль-Мандаб — «ворота слёз». Путь тяжёлый и опасный. Особенно после того, как арабы засыпали канал, что выводил от Красного моря в рукав Нильской дельты. Надобно им было способствовать процветанию только что основанной столицы Халифата — Багдада.

Основная масса товаров от этой линии идёт на запад. Месопотамия — Леван. Идёт — ножками. Копытами верблюдов и ишаков. Моя расшива везёт 400 тонн груза. Поклажа тысячи «кораблей пустыни». Удвойте — нужно ещё тащить припасы. Для животных и погонщиков. Тысяча погонщиков.

А расшиву тянет десяток-другой бурлаков.

Всех живых — надо кормить. Каждый день.

Прикиньте разницу.

Где-нибудь в порту типа Триполи груз переваливают на корабли. Перевалка — потери, траты.

Дальше уже легче — Средиземным морем, корабликом. Норма прибыли на этом участке — 30–40 %.

В Генуе годовой налогооблагаемый оборот порта — один-два миллиона золотых. Ещё — Барселона, Марсель, Палермо, Пиза, Венеция, Задар, Дубровник… И — Царьград.

Суммарная оценка — десяток-другой лимонов. Золотом!

Мне не надо всё! Мне бы только дольку малую! Десятую-двадцатую…

Для сравнения: суммарный доход всех «светлых» князей «Святой Руси» я оцениваю в сотню тысяч кунских гривен.

От этой же линии 3Б (Булгар-Багдад-Басра) идут на запад и другие пути: Закавказский, Северо-Кавказский, Волга-Дон… Был караванный путь от Булгара до Куябе (Киева)… С теми же проблемами: куски сухопутных дорог, перевалка грузов. Помимо разнообразных разбойников, таких же «мирных жителей» и налогового грабежа.

«Десятина от всего» по Аламушу — норма на каждой границе. Эмиры Мосула и Алеппо, князь Антиохии, горсовет Генуи, граф Марсельский, герцог Бургундский, граф Шампанский, король Французский, герцог Нормандский… кого-то забыл? — каждый откусывает себе дольку. Пираты и грабители — берут всё. Корм, кров, работа… — мелкие отягощения в счастливом случае.

Прокопать здесь, возле этого Соблаго, восемь вёрст — создать сплошной водный путь от 3Б на запад… аналог Суэцкого канала в 19 веке. Кто-то продолжает ходить вокруг мыса Доброй Надежды. Кому именно такой маршрут важен. Все остальные, кому — из пункта А в пункт Б… экзотикой не заморачиваются.

«Клонда-а-а-айк!» — орут мне в уши молотилка со свалкой. Как тот оракул Византу.

«Построй город напротив слепых».

Не надо считать святорусских жителей слепцами. И дураками-неумехами — тоже. На волоках в Новгородской земле знаю два судоходных канала, «копанки» называются.

Только новгородцам такой широтный «клондайк» не только не нужен — вреден. Это путь в обход Новгорода, в обход их кошельков.

Ещё: эти земли, от Ржева до Торопца — владения Смоленских князей. Князья живут не с торговли, а с налогов. Безопасность-товар-деньги-налог. «Четвёртая производная». Навыка целенаправленно создавать «объекты налогообложения» — у них нет.

У князей — свои заботы. Главный — чтобы порядок. Они строят крепости и церкви. И ни одного моста, канала, магистрали. По дорогам да мостам на «Святой Руси» только «старый казак» — крестьянский богатырь Илья Муромец. Да и тот давно в монахи ушёл.

Конечно, куча проблем. И далеко — на Каспии, Волге, Двине, Балтике… И вот тут конкретно: речки придётся углублять, болота осушать, что там в озёрах по глубине — зимой не понять, грунты под снегом детально не видно — могут быть гряды валунов, морены. И вообще — всё это плохо: Волга и Двина в своих самых верхних течениях идут с севера на юг. Не восток-запад. Лишних сотня вёрст — как минимум. Но это же не полтыщи! Да ещё с маразмом Новгородского Ильменского пути. С волоками, порогами, бурной Ладогой, долгим ледовым покровом… И боярством. Которое «за базар не отвечает».

Возможен путь южнее, без этого «северного горба». По притоку Межа-Обща. Можно ещё южнее: Днепр-Угра. Это выход в Оку. Уже «южный горб» получается. Надо смотреть.