***надцать лет спустя (СИ) - Шульгина Анна - Страница 58

- Как и сказал – ночует у неё, дома бывает набегами. С тобой точно всё в порядке?

- Да точно-точно. Просто задумалась.

Поразмышляв ещё немного, Лариса решила не признаваться ему, что сегодня утром велела бухгалтеру «аренду» в это месяце не оплачивать. По договору у них предоплата, и документик, что их организация больше не нуждается в этой полезной площади, она уже набрала, осталось только распечатать, расписаться и шлепнуть штамп. Букве закона это не противоречит – штрафных санкций за досрочное расторжение договор не предусматривал, а в указанные десять дней до конца месяца можно уложиться, если прямо сегодня отправить заказным письмом.

И хотя очень хотелось посоветоваться с Чернышовым, что-то не давало этого сделать. Например, то, что он тоже многое не договаривает. Когда только услышала его версию их причастности к отмыванию ворованных денег, была настолько растеряна и ошеломлена, что не обратила внимания на некоторые нестыковки. Почему хозяин денег пустил по следу Сашку, если там прямой путь в полицию? Насчет того, что не хотел терять лицо, это бред, чай, не лихие девяностые, чтобы бояться выставить себя лохом. В конце концов, такое случается чуть ли не в каждой второй организации, заповедь «не воруй» многие понимают несколько однобоко. И единственный вариант, который смогла выдвинуть Лариса – те денежки тоже были не заработаны в поте лица, а добыты слегка нелегальным путем, вот и не хочется предавать огласке факт кражи. А это уже совсееем другое дело…

Кстати, судя по тому, как спокойно восприняла распоряжение Татьяна Михайловна, ей было глубоко плевать, кому шли деньги, лишь бы с неё их не спросили. Так что вероятность причастности бухгалтера резко уменьшалась. Да и не верила она в то, что Костя может подписать кто-то, не вчитавшись в суть бумаги.

- Марте звонил Валерка, он вечером возвращается в город, хочет забрать её домой.

Эта фраза Ларису резко взбодрила, заставив забыть о подозрениях в адрес Сашки:

- Нет! Ирина оставила Мартышку нам, я её не отдам, - она резко выпрямилась в кресле, будто собиралась вскочить и бежать прятать крестницу.

- На каком основании? – счастливым он тоже не выглядел. Ну, если только чуть-чуть и где-то совсем уж в глубине души. Племянницу Чернышов искренне любил, но оказался слегка не готов к тому, что дети это настолько сложно. Точнее, даже не сложно, а ответственно и круглосуточно. Даже если ты занят, работаешь или нуждаешься в небольшой передышке.

- На том основании, что у меня есть доверенность на ребенка, выданная матерью. Кстати, ты там тоже фигурируешь. И вообще, я не поняла, на чьей ты стороне? – Лара с подозрением прищурилась, глядя, как он досадливо поморщился.

- Я на стороне здравого смысла. Валерка её отец, причем, заметь, нормальный отец. То, что он от Ирки гуляет, я совершенно не одобряю, но к Марте это никак не относится. А наша с тобой доверенность это фигня по сравнению с тем, что он официальный родитель и прав этих не лишен и даже не ограничен. И говори тише, она может услышать.

Лариса, уже набравшая воздуха в грудь, чтобы возразить и, возможно, гневно стукнуть по кулаком по столу, длинно выдохнула и выругалась вполголоса. Мартышка сидела в приемной, заявив, что скучные взрослые разговоры про работу наводят на неё тоску и сонливость и теперь залипала в планшет.

- Ты с Иришкой на эту тему говорил?

- Да. Она не в восторге, но отреагировала спокойно. Знаешь, может, это и к лучшему. Ты в курсе, что по завещанию Авдеева доля в бизнесе переходит тебе?

Мало кому удавалось дважды за пять минут ошарашить Лару. Ему удалось.

- Нет… А ты откуда знаешь?

- Сегодня виделся со следователем, он и сказал. Лар, это уже не шутки, тебя целенаправленно подставляют, причем, делает это человек, хорошо знакомый с вашей «кухней». Слухи про раздел ерунда, раз никаких доказательств нет, но теперь всё намного серьезнее. Так что пусть Марта будет с отцом, ни к чему ребенку даже косвенно быть в таком замешанным.

Увы, но он в очередной раз был совершенно прав. Не привыкла Лариса к тому, чтобы фигурировать в качестве подозреваемой в покушении на убийство, так что приходилось верить Сашке и его немалому жизненному опыту.

- Но у меня же алиби.

- Я так понимаю, что только из-за этого мы с тобой сейчас здесь разговариваем. Нам повезло, что дело ведет Леха, ему не отписка нужна, а реальный преступник.

- Ты так хорошо его знаешь?

- Мы служили вместе.

На это она никак отвечать не стала, только кивнула, пытаясь вспомнить, о чём собиралась поговорить буквально несколько минут назад. Как назло, мысли крутились вокруг дурацкого завещания и ещё более дурацких предположений, что она хотела убить Костика. И нехотя признала, что сейчас Марте лучше действительно побыть с отцом. Лариса верила в здравый смысл следователя и собственную невиновность, однако не стоило забывать, что законы у нас порой трактуются совсем уж удивительным образом, так что стоит быть готовой ко всему.

От понимания, что её могут арестовать, стало неуютно до дрожи в коленках. Господи, да она же трусиха полнейшая, максимум преступления это слегка нарушить ПДД, а тут такое…

- Макс попробует договориться со знакомыми гаишниками, чтобы они дали доступ к записям камер на выезде из города. Там будет видно, когда и куда ты ехала. Следствие это тоже сделает, но скорости обработки запроса по официальным каналам и по личной просьбе немного разные.

Спокойный голос Сашки если не окрылил, то все же придал немного уверенности. Во всяком случае, ближайшее будущее уже не виделось настолько беспросветным:

- Тогда получится, что с меня снимут все подозрения?

Чернышов только вздохнул и качнул головой при виде такой наивности:

- Тогда получится, что ты лично не пыталась его убить. От подозрений, что это мог сделать кто-то по твоей инициативе, это не оградит. Как и меня – о нашем знакомстве многие знают, так почему бы не предположить, что тот самый преступник это я?

Лариса все-таки вскочила с кресла и, обойдя стол, встала точно напротив Чернышова:

- Саш, вот скажи, почему, как только ты появился рядом, у меня в жизни начала происходить какая-то хрень? Пока тебя не было, всё было в порядке. А теперь левые деньги, цыгане, липовая аренда, Костик, в конце концов!

Лара и сама понимала, что её понесло, но остановиться не могла. Слишком много всего и сразу, она так старалась разложить всё по полочкам, чтобы утрясти и переварить, не сорваться… Похоже, резервы своего организма она переоценила.

- Пока не появился я, было всё то же самое. За твоей спиной твой же обожаемый бывший муж вел какие-то мутные дела, заключал те самые липовые договоры и кидал тебя на деньги, - он тоже поднялся, приблизившись вплотную. – Лар, тебя разводят, как лохушку, разыгрывают втемную, а виноват в этом я?!

- Не смей на меня орать! Ты вообще…

Что «вообще» она не договорила, да и попросту забыла уже через пару секунд, когда Сашка вдруг резко притянул к себе, зарываясь пальцами в волосы на затылке и мгновенно растрепав прическу, и впился в её рот злым поцелуем. Таким, что у Ларисы мгновенно губы засаднило, а на глаза навернулись слёзы. Не от боли, а от того, насколько острыми оказались эти ощущения. До звона в ушах и суматошно заколотившегося пульса, будто всё тело током прошибло. И не было в нём ни нежности, ни ласки, и больше всего пугало то, что они ей, как оказалось, и не были нужны. Потому что саму раздирало от того же голода. От страха, что нужно оторваться, оттолкнуть, потому прижалась с не меньшей силой, почти царапая его плечо через тонкую ткань рубашки. И плевать на боль от впившегося в бедра края стола и той силы, с которой Сашка сжимал её ребра. А вот с нехваткой кислорода ничего было не поделать, потому пришлось на секунду оторваться, чтобы глотнуть воздуха. И заглянуть в его такие же шальные потемневшие глаза с расширившимися зрачками, будто искала подтверждение, что не одна она мгновенно с катушек слетела.