Харальд Поттер. Наследники Слизерина (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 44

— Харальд плохо влияет на всех, — вставил Рон. — Но это круто.

— Да я же душка, — выдавил Поттер, делая колоссальное усилие и сглатывая кусок прожёванной цедры. — Я очень хорошо на всех влияю. Честно-честно.

— Клоун, — вздохнула Грейнджер.

— Лимонную дольку, моя девочка? — максимально добродушным тоном произнёс Харальд, протягивая Гермионе кусочек цитруса.

— И не смей. Называть. Меня. Своей. Девочкой! — сквозь зубы процедила Грейнджер, начав колотить Поттера кулаком по плечу.

Окружающие дружно рассмеялись, поэтому осталось незамеченным тихо произнесённое Харальдом на парселтанге:

— Есть разговор. Чуть позже и не при всех.

— Опять ссоритесь, голубки? — из-за спинки дивана позади Гермионы вынырнула голова Фреда (а, может быть, и Джорджа).

— Муж и жена — одна сатана, — добавил вторая голова, высунувшаяся поблизости от Поттера.

— Две сатаны.

— Две сатаны — это уже толпа.

— Да что же это такое! — взмолилась Грейнджер. — Меня окружают сплошные шуты и паяцы!

— Тебя окружают, а ты окружаться не давайся — на прорыв иди, — посоветовал Харальд. — Тем более это же Гриффиндор, кузина — по статусу положено не сдаваться.

— Лично я считаю, что на нашем факультете должны быть храбрые и смелые студенты, — категорическим тоном заявила Гермиона, сердито тряхнув волосами. — А не безумные и отмороженные.

— Между прочим, ты тоже на Гриффиндоре, — напомнил Рон. — Так что ты одна из нас.

— Да не дай Бог! И почему я не на Рэйвенкло?..

— Хммм… — Уизли картинно наморщил лоб, возвёл очи горе и обхватил рукой подбородок. — Может, потому что Распределяющая Шляпа тебя туда не отправила?

— Между прочим, она предлагала на выбор Рэйвенкло и Гриффиндор.

— Выбор? — заинтересовался Невилл. — Никогда о таком не слышал.

— А она тебе не предлагала Хаффлпаф? — спросил Рон. — Ну, я просто всегда думал, что пока ты там так долго сидел она думала, куда тебя отправить… И Гриффиндор явно был бы для тебя предпоследним местом, после Слизерина.

— Да я сам до сих пор удивляюсь… — пожал плечами Лонгботтом. — Шляпа действительно очень долго думала, что я уже было начал бояться, что сейчас скажут, что я вообще не подхожу ни на один факультет, и мне нужно будет возвращаться домой. А ведь это так бы огорчило мою бабушку… Вот я и попросил отправить меня хоть куда-нибудь, хоть на Гриффиндор, хоть на… Ну, и не успел я перечислить другие факультеты, как Шляпа и сказала: «Гриффиндор? Возможно, возможно… Что ж, тогда будь по-твоему». И отправила сюда.

— Прикольно, — одобрительно кивнул Рон. — А мне она просто сказала «Уизли! Опять Уизли!» и тут же отправила в Гриффиндор.

— А мне она предложила в первую очередь идти на Слизерин, — безмятежно произнёс Харальд.

Все, кроме него и Гермионы рассмеялись.

— Хорошая шутка, — ухмыльнулся Фред.

— Кто сказал, что я сейчас шутил?

Смех резко утих.

— Иди ты, — вытянулось лицо Дина. — Тебя реально хотели отправить на Слизерин? Гарри Поттера хотели отправить на Слизерин?

— Ну да, — Поттер недоумённо обвёл всех взглядом. — Это ж была первая и самая простая проверка. Гермионе Шляпа наверняка сказала, что на Рэйвенкло она достигнет небывалых высот знаний. Мне, что Слизерин приведёт меня к вершинам власти. Не скажу за Герми, но я отказался потому что халява мне не нужна — то что без труда даётся, и теряется тоже без труда. Или ты делаешь себя сам, или за тебя всё делают другие. Выбор — или-или. Когда тебя ставят перед дурным фактом немудрено взбрыкнуться, а вот когда выбор практически равноценен…

— Это Гриффиндор и Слизерин — практически равноценный выбор? — недоверчиво хмыкнул Уизли.

— Для меня — да, — пожал плечами Харальд. — Не думаю, что стал бы сволочью только в силу того, что репутация факультета к этому обязывает. Те, кто только на факультетские шевроны и смотрят — вот настоящие сволочи. Вот Гермиона тебе, Невилл, помогала в поезде жабу искать — стал бы ты к ней хуже относиться, если бы она внезапно оказалась на Слизерине и продолжала бы относиться к тебе так же?

— Наверное, нет, — подумав, ответил Лонгботтом. — Но и дружить со слизеринцами всё-таки как-то…

— Во-во, — поддакнул Рон. — Брататься со змеями…

— А если бы я был слизеринцем? — спросил Харальд.

— Ну, ты — это ты. Ты же не можешь быть плохим, ты же — Мальчик-Который-Выжил.

— Правда, что ли?

— Ну да, — кивнул Уизли. — Но если бы ты и вправду попал на Слизерин… Честно — не знаю даже. Хуже бы, наверное, относился, чего уж там… Всё-таки Слизерин же.

— А ведь профессор Дамблдор говорил об этом и в этом году во вступительной речи, и в прошлом, — произнесла Грейнджер. — О дружбе и единстве между факультетами.

— А какое может быть единство с теми, кто считает всех кроме себя мусором? — резонно заметил Рон.

— Они тоже нужны, — сказал Харальд.

— Нужно сборище интриганов и сволочей?

— Именно так. Чтобы жизнь мёдом не казалась. Да и без таких сволочей иногда просто никак… А с нашим всегдашним отношением мы сами же толкаем их на тёмную сторону.

— Ты же сам только что говорил о выборе, — напомнил Рон. — Всякими Упиванцами они становятся сами, по собственному выбору.

— Если они с самого своего поступления в Хогвартс будут жить с презрением к себе, то естественно у них начнёт копиться злоба и комплексы, — подала голос Гермиона. — Харальд, может, и преувеличивает, но в целом прав. Мы привыкли считать слизеринцев исконным врагом, а они привыкают жить, зная, что все их считают врагами. Ну, и чего им тогда ловить на стороне света, если им здесь не рады?

— Да вы того же Малфоя в том году вспомните! — воскликнул Уизли. — Это вот к нему я должен был, по-вашему, относиться с симпатией?! Заносчивый сноб, который только и умеет, что хвалиться собственной родословной и деньгами…

— Ну, а ты чего? — возразила Гермиона. — Обзываться в стиле «сам дурак!» просто, но глупо. Подумаешь деньги — сколько знатных родов со временем разорилось, а сколько худородных — разбогатело.

— Первые Поттеры, соответствуя фамилии, были горшечниками, например, — вставил Харальд.

— Во-во. И кичиться своим происхождением может только невежда, который свою родовую историю как раз и не знает. Опять же, Уизли — они ведь наверняка ничуть не менее знатны, чем Малфои.

— Даже больше, — подтвердил Фред. — Они с материка всего лет двести назад переехали, а наши уже минимум век к тому времени в Визенгамоте заседали.

— Отдельные проявления сволочизма не в счёт, — заявил Харальд. — Второй и первый курсы Слизерина ещё относительно вменяемы.

— Даже Малфой? — иронично произнёс Рон.

— Даже Малфой. Тот же Забини ходит с непроницаемой мордой, но никогда никого не подкалывал и не задирал — ему оно не нужно. Или Нотт. Тот да, всякие ехидные комментарии постоянно отпускает, но прямо никого не обижал. Гринграсс вообще нормальная — Лаванда с ней вполне по-дружески общается.

— Учитывая постоянные драки со слизеринцами в прошлом году, странно слышать такие миролюбивые речи от тебя, — насмешливо произнесла Гермиона.

— Молодой был, — ответил Поттер. — Глупый ещё. Сила — это здорово, но не всё можно и нужно решать силой. Всегда надо исходить из того, что союзник (союзник, но не друг) в будущем может стать врагом, а враг — если уж не другом, то союзником. Победить на этом этапе важно в первую очередь идейно и морально.

— Ты сказал — на этом этапе, — уточнил Уизли. — Будут и следующие?

— Конечно, друг мой Рональд. Моя идефикс — восстановление мощи Британской империи в зените её могущества…

— А тебе не слишком жирно будет? — осведомилась Гермиона.

— Я не жадный, — скромно ответил Харальд. — Согласен и просто на союзный договор с той же Индией.

— Какое нам вообще должно быть дело до магловских государств… — пожал плечами Уизли.

— Вот он — сегодняшний британский патриотизм, — с жалостью взглянул на рыжего Поттер. — У меня отец при всей его ненависти к Великобритании как к государству, больший патриот британского народа, чем большинство британцев.