Дивьи люди (СИ) - Ударцева Людмила Владиславовна - Страница 23

- В моём мире подобные меры по отношению к ребёнку караются денежным штрафом, а то и отцовства могут лишить.

- Да как же там детей-то растят?

- Словами пытаются достучаться до сознания ребёнка.

- Словами не ровен час человека и покалечить можно, если сильно по нему «стучать». Пока слова нужные придумаешь и себя до белого каленья доведёшь и дитю башку прожжёшь похлеще горна. Я ещё пойму, когда баба разглагольствования ведёт, а отец точно должен дать понять – заработал - значит получи, чтоб неповадно было.

- Физическое наказание унизительно…

- Непростительно - молодого человека словами унижать. Сам знаешь, если зол, слова не сильно выбираешь… Отдам вам с Есенией мой отремонтированный шлёпень, чтоб внуков как следует наказывали, а не злыми словами уродовали!

- Фадей Паныч, ну и шутки!

Он засмеялся в голос, очередной раз, веселясь за мой счёт, с прищуром глянул на меня и, поправляя усы, хитро добавил:

- А я и не шутил, - отвернулся и, как обычно с довольным видом, продолжил развлекаться, подтрунивая то над продавцами, то надо мной.

Глава 10

Ряд оружейников растянулся на сотню метров, однако в сравнении с другими товарами спрос на кинжалы, пики и алебарды был совсем слабым, уступал в сравнении с капканами и силками предлагаемыми тут же. Охотничьи товары занимали больше половины полок в деревянных торговых павильонах сходных с нашими рыночными палатками. Внешний вид обшарпанных досок за пару секунд вернул меня к действительности. Казалось рынок – он и есть рынок, но то, что я увидел на дальних, «непопулярных» полках, не вписывалось в мой рациональный мозг. Железные доспехи, щиты, кистени и булавы свалены в кучу. Луки, стрелы и наконечники пик стояли в деревянной кадке вперемешку с тяпками и вилами. Я терялся от сочетания разрешенного и запрещённого к торговле непривычного ассортимента. Ножи, молоты и молотки, обычные тисы лежали рядом с огромными палицами, железными обручами, шиповаными навершиями и мечами разных форм и размеров: колющими, режущими и рубящими. Их рукояти не имели украшений, что говорило о практичности изделий, а сталь сверкала на солнце, разгоняя сомнения в их исключительном качестве и одарённости мастеров, их ковавших.

- Сами делаете?

- Это работа Красногорских кузнецов. Я у них товар всякий раз закупаю. Можно сказать, что по договорённости с ними на Ярмарке торговать и начал. Отличная сталь, закаленная в Холодном ручье.

- У Холодного ручья нет людских поселений. Та вода если её пить застывает в кишках и тело ещё месяц не раздувается после того как человек примет мучительную смерть! - поспорил Паныч.

- А я тебе говорю, что я там был, и кузница стоит на бережку Холодного ручья! Эти кузнецы отчаянные парни, пьют, конечно, из другого источника, а «жидкую смерть» только в работе используют.

- За этот кинжал сколько просишь?

- Михей, не спеши, - остановил меня Фадей, - давай ещё у других оружие глянем.

- Лучше товара вы не найдёте. Посмотрите какие клинки. Вы не сможете пройти мимо такого многообразия. У меня товара - за день не пересмотришь! Вас лично, что интересует?

- Не знаю даже, - издевался над торговцем равнодушный к металлическим штыкам Паныч, - может если только кистень для тренировки. Да у тебя его наверняка не сыщешь…

- Я могу достать всё, что угодно!

- Уж, прямо, всё что угодно? – выразил Паныч вслух то недоверие, которое возникло у нас обоих. Оружейник в ответ заверял, что и впрямь сможет любое оружие достать. И я решил его поднапрячь,

- Моргенштерн с шестнадцатью шипами и ребристым стержнем сделанный до закрытия трёх миров - можешь? – я налепил все свои неглубокие познания в холодном оружии в один вопрос, не сомневаясь что такого не существует.

- Могу! – ответил тот, даже не задумываясь.

«Точно брешет», - был мой вывод. Только торговец сразу сломал уверенность следующим предложением:

- Тебе точно это нужно? Записать бы, а то название больно заковыристое. Он наклонился к одной из нижних полок, уточняя: - Куда принести?

От неожиданности, я не знал, что ответить. Оружейник, видимо прочитал на лице мои сомнения.

- И не сомневайтесь. Куда скажете, туда и доставлю за два дня. – Уголёк и что-то похожее на нашу обёрточную бумагу свидетельствовало о серьёзности его обещаний. - Говорю же, любое оружие могу достать.

- И Разящее Копьё? – теперь уже Паныча понесло.

- Запросто!

- Дротики с ядом Василиска?! – почти выкрикнул Паныч.

- Завтра принесу. Чур, часть оплаты вперёд, за хлопоты, – распалялся, подзадоренный несговорчивым покупателем, продавец, - Для меня нет ничего невозможного, если дело касается оружия. Если надо, я даже тяньгора достану.

- Не бреши, кто это из ныне живущих тяньгора видел?

- А я говорю, что могу найти. У меня среди бесов знакомства имеются, для них в Навь попасть легче, чем назад вернуться. Купи этот топор, а я тебе на дротики скидку сделаю.

- Кому нужны твои дротики? – кочевряжился Паныч. Наконец-то, он сбавил напор, видимо, устал «получать удовольствие» от такого рода времяпрепровождения. - Не буду я ничего покупать! – сказал, как отрезал.

- Я вот этот нож возьму.

- Почему этот?

- Не знаю, просто нравиться, - как им сказать, что он в руке почти не ощущался, и выпускать из рук его не хотелось, я ничего так купить не торопился, как этот нож.

Для торговца мои слова послужили реваншем. Более того, он просёк насколько меня покупка взволновала, с довольным видом, прибрал помятый листок и чёрный огарок и назвал цену от которой у Паныча чуть глаза не выкатились. Я не колебался, отсчитал затребованное и получил клинок, завернутый в тряпку. Торговец хотел нарисовать ряд перспектив обладания таким чудесным оружием. Но Паныч был более чем категоричен, назвал его жмотом, за то, что несмотря на его уговоры, скидку тот так и не сделал.

- Говорил я тебе, давай ещё поищем. Столько деньжищ за ножик!

- А что такое тяньгор? – Мне было наплевать на цену, я бы даже не расстроился, если бы в следующем ряду увидел оружие, украшенное драгоценными камнями, предлагаемое за бесценок. Но дальше мы проходили одну лавку за другой, не останавливаясь.

- Тяньгор?

- Да. Что это?

- Может Что, а может и Кто.

- То есть?

- Сущность это. Из загробного мира. – Он махнул рукой, мол, пустяк и говорить не о чем, а сам продолжил, - Россказни это для простаков! Нет его в Чуди. Трепаться каждый может, что знает о тяньгоре. Уверен выдумка это полная.

- То есть, существо такое есть, но не здесь и поэтому его никто не видел?

- Есть или нет, точно не знаю. Как-то мужики при мне байки травили, будто Мара с собой, из Нави такого в рукаве принесла. Сам не больше ящерки, покрыт шерстью белой и мягкой. Ночью это было самое кроткое домашнее животное, утверждают, что из рук у неё кушал, а днём его вопли разрушали скалы. Ещё слышал, что тяньгора использовали при строительстве Храма Лады. А некоторые умники выдумывают, что Иван выкашивал травяные луга, используя вопящего тяньгора. Дескать, подходил к краю поля, в руках тяньгор, которого он опускал к самой земле, затем снимал с существа черную накидку; когда навиец видел солнце, то начинал вопить от боли, у них ведь солнца нет. В общем, издавал он такой звук, который резал всё находящееся впереди: траву, деревья и даже камни.

- Звуковая волна опускается вниз, что же она острая что-ли?

- Понятия не имею.

- Как же он траву косил?

- Может, набрехали мне, а я тебе. Значит: за что купил - за то и продаю. Михей, ты смотри какая нужная вещица, - Паныч вертел в руках что-то похожее на ножницы.

- Мне бы серьги сестре найти.

- Тогда в шестой ряд пойдём. – Вернув продавцу «нужную вещь» как уже не нужную, он повёл меня дальше.

Перед нами ярким строем красовались редванки ювелиров. Они отличалась от других ещё издали, большие телеги с несколькими рядами односторонних полок были покрыты красным бархатом. Желто-красные ленты на двух шестах привлекали внимание людей узорными виньетками слов, в которых я смог узнать «Драгоценные дары».