Мрачный Вампир (ЛП) - Бакстер Кейт - Страница 50

— Брия, — он с таким благоговением произнес ее имя, что от этого у неё в животе запорхали бабочки. — Боги, это так хорошо.

Его слова и жар голоса сделали ее наглой. Брия спускалась по телу Дженнер, вела ногтями вниз по его прессу. Он резко вдохнул и намотал волосы на кулак. Он еще не оттолкнул ее. Не отнесся к ней грубо или без заботы. Дженнер, возможно, не доверял себе, но Брия полностью доверяла ему. Он бы никогда ей не навредил.

Она погладила длину его эрекции, и он ткнулся в ладонь. Брия опустилась, глянцевая головка оказалась перед губами. Атласно-гладкая и горячая, она обхватила губами набухшую плоть и издала тихий стон. Удивительно. Она скользила ртом по длине, нежно посасывая, когда приняла его так глубоко, как могла. Он наполнил ее рот, ее губы натянулись. Она легко часами могла оставаться между его ног. Пробовать его, лизать, сосать, упиваться твердым скольжении его против ее губ, языка и зубов. Он хотел трахнуть ее в рот? Прижаться к горлу? Дрожь пронзила ее от этих мыслей. Она не могла дождаться, чтобы испытать это с ним.

Дженнер дрожал и делал неглубокие толчки бедрами. Его рык наслаждения возбудил Брию, и она пробежала язычком от основания до головки. Она повращала языком по головке, и Дженнер выдохнул.

— Так хорошо. Брия. Соси сильнее, Виатон. Дай мне почувствовать твои клыки на моем члене.

Слова вызвали электрический ажиотаж в ее жилах. Брия сделала, как он просил, работая ртом над ним, глубоко беря его и с силой посасывая, она увеличила давление челюстей, пока клыки не стали царапать его нежную кожу.

— Да. Вот так. Не останавливайся.

Брия не собиралась останавливаться до тех пор, пока Дженнер не заставит ее. Это было самое эротическое, что она когда-либо делала. Реальность намного превзошла любые фантазии, что у нее имелись, выполняя этот самый акт. Ублажение Дженнера возбудило ее почти до точки отвлечения. Киска стала такой мокрой, что влага стекала по бедрам, а клитор так набух, что любое легкое движение ног создавало импульс, проходящий до самого нутра.

Начиная с сегодняшнего дня, Брия планировала компенсировать каждую минуту, которую они потеряли из-за упрямой неуверенности Дженнера. Он был ее, и она не собиралась его отпускать.

***

Дженнер запрокинул голову с низким рыком, когда продолжал толкаться мимо мягких губ Брии. Он хотел этого так долго, каждую минуту его бодрствования занимали мысли о Брии, желающей и обнаженной на коленях перед ним, распятой на кровати для него, под ним, пока он вгонял член глубоко внутри нее, и ее сверху, верхом, пока он сжимал идеальные груди в ладонях.

Рана на спине дергала, но боль была ничто по сравнению с ослепляющим удовольствием, которое пробивало свой путь через него. Отзывчивость Брии, ее беззастенчивое желание разогревали кровь и заставляли его хотеть ее даже больше, чем он думал. Она была его спасением и разрушением.

— Укуси, — рыкнул он. Дженнер любил немного боли в удовольствии, и Брия не уклонилась от его желания. Клыки пронзили плоть, и тело Дженнера задрожало от такого сильного ощущения, что он испугался, что он кончит еще до того, как он получит шанс правильно трахнуть ее. Она жадно сосала, нежные щеки впали, когда она работала ртом по его длине. С тех пор, как Дженнер оказался связанным, он отказывался от того, что хотел больше всего на свете: от Брии. Она преклонила перед ним колени, мягкая, красивая, но свирепая и дикая. Она действительно была создана для него. Она была всем, что ему было нужно, идеальным балансом для всего, чем он являлся. Как он мог быть настолько глуп, чтобы отрицать то, что они должны были быть единым целым? Друг с другом.

Дженнер схватил Брию за руки и осторожно поднял на ноги. Она ошеломленно встретила его взгляд, и Дженнер не терял ни секунды, чтобы поднять ее и положить на кровать. Ее губы были опухшими и темно-розовыми. Приглашающими. Дженнер наклонился над ней и прижался своими губами к ее. Она застонала, и член дернулся от звука, будто ревнуя, что она больше не дарила ему свое полное и безраздельное внимание.

Язык скользил по ней медленной лаской. Снова и снова их рты встречались и расставались. Размеренный, чувственный танец, который мучил его так же сильно, как пружина. Брия задела губу клыками и лизнула проколы, прежде чем укусить всерьез. Жало ощущения промчалось по позвоночнику и сжало мошонку. С каждой встречей губ их поцелуи становились все более страстными. Брия задыхалась, и тело дрожало под ним. Он схватил ее за запястья одной большой рукой и сжал их высоко над ее головой, когда он устроился между ее бедер.

— О да, — простонала Брия, когда извивалась под ним. — Да, Дженнер.

— Пока нет, Виатон. — Он скользнул длиной члена против скользкой киски, и Брия вскрикнула. — Я хочу убедиться, что ты готова для меня.

— Да, — выдохнула она. — Я готова.

— Пока нет. Но будешь.

Ее дыхание старо рваным. Плоский живот Брия дергался против него, маленькие спазмы от каждого неглубокого толчка его бедер, это заставляло член Дженнера пульсировать. Он держал ее запястья в руках, когда он прижимался ртом к ее виску, ушку, следуя по линии нежной челюсти и тонкому горлу. Его едва контролируемая сдержанность заставила тело Дженнера напрячься. Запах ее крови взывал к нему, пульсируя прямо под кожей. Он отказывал себе в удовольствии ее тела так долго, что потребовалась каждая унция его силы воли, чтобы не погрузиться в ее жар диким и сильным рывком. Возможно, он не заслуживал ее, но судьба соизволила подарить ему эту замечательную женщину. Дженнер больше не будет бороться с притяжением между ними, со связью, которая неразрывно соединила их. Брия была его. И боги… черт возьми, он будет контролировать свои животные позывы и не будет торопиться, даже если это убьет его.

Но сначала он должен был попробовать ее. Каждый ее дюйм. И Дженнер начал с горла. Он медленно погрузил клыки в ее плоть. Кожа уступила под давлением, и Брия выгнулась на кровати. Она хныкнула. Сладкая и теплая кровь текла по языку Дженнера, и он пил из нее чувственными движениями. Брия вздымала бедра в такт каждому нежному глотку, ублажая себя длиной его члена. Жесткий бутон клитора ласкал пенис, вверх и вниз, восхитительное трение почти больше, чем он мог вынести.

— Дженнер, — ахнула Брия. — Я уже почти.

Желание пронзить ее членом и вбиваться в нее, пока она будет кончать, было почти слишком сильным, чтобы сопротивляться. Ее кровь — самая сладкая вещь, которую он когда-либо пробовал. Она задерживалась на языке, и с каждый глотком он хотел только большего. Но Дженнер запер свое дерьмо. Он не позволил нетерпению накрыть его. Он не позволит своим побуждениям овладеть им. Он продолжал упираться в нее, наслаждаясь мягким скольжением по набухшим губам, пока пил из нее.

Брия высвободила руки и сжала их кулаки. Бедра дергались, когда она терлась о него, и она сладко всхлипывала от удовольствия, от этого кожа Дженнера покрывалась мурашками. Тело сжималось под ним, и жесткая дрожь накрыла ее тело, когда она кончила. Дженнер все также удерживал размеренный темп, медленно и устойчиво посасывая кровь… не беря слишком много… когда наслаждался ее оргазмом. Первым из многих, которые он планировал подарить ей сегодня вечером.

Такая интенсивность, а он еще даже не трахнул ее. Дженнер неделями беспокоился о своей неспособности держать себя в узде. Хотел отнестись к Брии так, как она заслуживала, чтобы ее не лечили в первый раз. Овладеть своей жаждой и не поддаться желанию выпить из нее больше, чем могло дать ее тело. По правде говоря, он никогда не чувствовал себя настолько удовлетворенным. Все держал под контролем. Просто доставляя ей удовольствие, он насыщал собственную потребность до такой степени, что он больше не чувствовал отчаянного и непреодолимого желания взять ее. Он знал, что никогда не сможет причинить ей боль и никогда не позволит себе поддаться кровожадности. Вместо этого он наслаждался тем, что видел ее желание. Делился с ней этим новым опытом. Ее удовольствие стало его удовольствием в этот момент. Это не было эгоистично и однобоко. Он никогда не ощущал ничего лучшего. Ничто не может сравниться с Брией.