Чары Клеопатры - Головнёв Леонид Петрович - Страница 13

Все было бы не так страшно — Дыка ведь и посылали для прикрытия. Но, учитывая опыт предыдущих, вполне благополучных рейсов, Клеопатра настояла на том, чтобы и в «лендровер» загрузили товар. Об этом ее решении знал только Черный Беркут. И провала не должно было быть…

Сейчас ее беспокоило одно: засветился ли другой джип, в котором перевозился героин. По сообщению Ильина, «чероки» должен был прибыть в пункт назначения в 14.00.

Клеопатра утром побывала на главной базе, выставила дополнительную охрану на объекте и на подступах к нему. Разработала новый маршрут движения груза. Проинструктировала Лысого и Чеку, которые на белых «жигулях» пятой и шестой модели должны были сопровождать ее белый «мерседес».

В полдень кавалькада из трех машин выехала с Волгоградского проспекта на Московскую кольцевую автодорогу. Все шло по графику, и Клеопатра несколько успокоилась, хотя время от времени душу ее охватывал неприятный холодок. Ей ведь предстояло держать ответ перед Баритоном: за потерю товара на границе Краснодарского края и гибель его телохранителя Нэ-Нэ. Но прежде всего она хотела допросить водителей джипа «Чероки».

Неожиданно зазвонил мобильник.

— Алло. — Она притормозила «мерседес» у обочины.

— Вот что, дорогая, — услышала она холодный голос Баритона, и сердце ее тревожно забилось. — Где бы ты ни находилась, что бы ты ни делала, бросай все и ко мне. Срочно!

— Но я встречаю груз.

— Я сказал — срочно. И захвати финансовые отчеты за последние месяцы. Туда, где ты находишься сейчас, выедет «москвич».

Баритон ругнулся и отключил сотовый.

Клеопатра запсиховала. Значит, кто-то настучал Баритону на нее. Этот кто-то, скорее всего «москвич», то есть Москаль, — фигура темная и опасная. Он со своей ищейкой Ямщиком мог докопаться до финансовых дел, в нужном ему свете доложить о задержании «лендровера» с «экстази», о гибели Равиля и захвате Дыка. Да мало ли чего могли наговорить на нее! «Неужели это все», — подумала она, и на глаза ее навернулись слезы: такого с ней давно не случалось.

Клеопатра посмотрела в зеркало заднего вида. За «мерседесом» стояло двое «жигулей». Из первого вылез Лысый и направился к ней.

«А если провал и с „чероки“?» — этот вопрос постоянно сидел у нее в мозгу, но сейчас вышел на первый план. Она ясно осознала, что для нее это будет приговор.

— В чем дело, шеф? — спросил осипшим голосом Лысый.

— Зови Чеку, надо уточнить план, — велела Клеопатра.

Пока тот ходил за вторым водителем, ее мозг лихорадочно искал выход. И она нашла решение, которое должно было обезопасить ее и дать время на анализ.

— Вот что, орлы, — сказала им Клеопатра. — Встречать «чероки» едете вы одни. Поведете машину с грузом по намеченному маршруту. Возле бензоколонки, перед поворотом на базу стройматериалов, замедлите движение. Понятно?

— Понятно. А зачем? — спросил Лысый.

— Поясняю для непонятливых. — Она с укоризной посмотрела на обоих. — На заправке я буду сидеть в «мерседесе» и наблюдать за вашими машинами. Если замечу слежку или еще что-либо подозрительное, сообщу вам по телефону, и мы найдем решение проблемы. Если все чисто — вы ведете «чероки» на базу, а я мчусь к Баритону. Он вызывает меня. Срочно.

— Теперь ясно, — кивнул Лысый.

— Вот и хорошо. По коням! — Она помахала им рукой и дала по газам.

На место Клеопатра приехала раньше намеченного. Машин было мало. Она заправила свой «мерседес», зашла в магазин, купила плитку шоколада и бутылку нарзана. Отъехала недалеко, порылась в багажнике автомобиля.

По ее расчетам, машины должны были подойти минут через пятнадцать. Клеопатра не совсем четко сознавала, для чего она все это делает. Скорее, действовала по интуиции, которая никогда еще ее не подводила.

Откусив пару долек шоколада, Клеопатра положила плитку в сумочку. Взгляд ее остановился на заграничном паспорте с открытой шенгенской визой. Она собиралась слетать на несколько дней в Испанию, где тайком купила небольшую виллу с клочком земли у моря.

«Москаль и другие думают, что я отстегивала значительную сумму Ильину, — улыбнулась она своей догадке. — Нетушки. Алексей не выдержал испытания. И как любого наркомана его ждет, в конечном счете, незавидная участь. Жаль, конечно. Подавал такие надежды…»

Вдали показалась кавалькада машин. Первой шла пятерка Лысого, затем «чероки» и замыкающей — «шестерка» Чеки. Больше на дороге никого не наблюдалось. Если бы она подняла голову наверх, то увидела бы вдали вертолет, который неотступно следовал за автомобилями.

Первый жигуль сбавил скорость и не спеша повернул направо. Лысый, зная что за ним наблюдают, улыбнулся и подмигнул Клеопатре. «Чероки» вел Климчук. Клеопатра несколько раз видела его издалека. А рядом с ним?! Рядом с ним сидел… Чернов. Живой и невредимый.

Кровь ударила Клеопатре в голову. Это провал! Она откинула голову на спинку сиденья, закрыла глаза и мысленно произнесла: «Вот и все». Потом встрепенулась: «Бежать, немедленно бежать».

Машина завелась с пол-оборота.

— К черту все! — заорала она и сама испугалась своего голоса. — Хочу в Испанию!

Группа захвата и отряд СОБРа окружили базу стройматериалов загодя. Руководил операцией заместитель начальника УБНОН полковник милиции Пушкарев.

Предварительная разведка объекта показала, что база тщательно охраняется. За кирпичным забором стояло два каменных здания. Одно оборудовано под склад, в другом, двухэтажном, — канцелярия и жилые помещения. Между строениями высилась водонапорная башня. На самой вершине ее, за стеклом, сидел наблюдатель с автоматом. У ворот в небольшом кирпичном домике постоянно находились три человека. По периметру территории базы бегали на поводках две овчарки.

Пушкарев и Ковалев заранее определили место для двух снайперов. Первый еще до рассвета занял позицию на копне сена, стоявшей в двухстах метрах от базы. Другой — на разлапистом дубе, который еще не сбросил листву. У них были две главные цели. Цель номер один — наблюдатель на водонапорной башне. Цель номер два — часовые у ворот и зданий.

Оперативники с минуты на минуту ожидали машины из Сочи, но вместо них к строительной базе подъехал видавший виды джип «Ниссан». Из сторожевого домика выскочили трое охранников, но прежде чем они успели открыть ворота, из джипа вышли двое мужчин — плотный сутуловатый брюнет и щеголеватый парень. Судя по тому, как их встретила охрана, почтительно и даже подобострастно, это были не простые бандиты. Старший охранник доложил о чем-то брюнету, а потом оба сверили часы.

В это время из двухэтажного здания вышли двое молодых парней. Они были без оружия, в темных свитерах и черных вязаных шапочках.

— Ну вот. Теперь мы, товарищ полковник, знаем численность бандитского гарнизона, — сказал Ковалев. — Восемь человек.

— Но мы не знаем, сколько бандитов приедет еще, — хмыкнул тот.

— Зато знаем, что среди них будут и наши — два штыка.

— Посмотрим, посмотрим, — неопределенно проговорил полковник. — Что-то здесь сейчас произойдет.

Ковалев тоже понял, что неожиданное появление этих двоих мужчин с чем-то связано. Может, они приехали для контроля и помощи? А если нет? Значит — разбираться в случившемся на границе Краснодарского края. Тогда они сразу повяжут Чернова и Климчука. Но этого нельзя допустить. А что, если прямо сейчас начать захват бандитов?

— Не успеем, — сказал полковник, и Ковалев усмехнулся: заместитель начальника УБНОНа подумал о том же.

Москаль и Ямщик действительно прибыли на главную базу, чтобы опередить Клеопатру, лично допросить водителей джипа «Чероки». Но и не только для этого. Москаль получил от Баритона приказ, как можно быстрее доставить к нему Клеопатру, «живую или мертвую». Главарь московских мафиози предпочитал привезти ее мертвой. На всякий случай он обговорил это с Ямщиком. Но Москаль понимал, что Клеопатра — крепкий орешек и с ней два ее верных нукера — Лысый и Чека. С руководителем службы безопасности так просто не разделаешься. А вот убрать ее в поезде, когда она будет возвращаться в Москву и окажется одна, не составит труда.