Н 4 (СИ) - Ильин Владимир Леонидович - Страница 131

Руки тоже целы, и даже все пальцы на месте. Поразительное везение для того, кто уцелел под последим «приветом» природного князя.

Как это было – сложно сказать. Вон, в интернетах тоже нет видеозаписей техник ранга   «виртуоз»,   а   свидетели   обычно   молчаливы   и   не   спешат   делиться впечатлениями.   Это   было   страшно   –   равно   как   и   то,   что   Черниговский   в   один момент просто шагнул в особо черную тень, чтобы швырнуть что-то убийственное и исчезнуть. Место битвы осталось без победителя. Хотя если скурпулезно просчитать загаданные цели и выполненные пункты, то мы в немалом плюсе, господа.

Теперь можно с торжеством открыть глаза и взглянуть на серое небо, полное крошечных снежинок.

Согретые   жаром,   шедшим   от   мертвой   земли,   снежинки   таяли   на   подлете   и падали на щеки и лоб мелкими каплями воды. Падали они и на ворот серого пальто,

чтобы тут же заиндеветь под порывами холодного ветра.

-   Он   очнулся!   –   Донеслось   заполошное   глуховато   через   высокую   ноту,

звучавшую в голове.

Сколько   проигравших   и   победителей   вот   так   смотрело   на   небо?   И   только улыбка отличала победителя.

-   А   я   говорила,   давайте   добьем,   пока   тихо   лежит.   –   Где-то   рядом   нервно отреагировала на мою улыбку Инка.

Над головой головой показалось лицо Артема.

- Нам бы отступить, - склонился он надо мной. – Идти можешь?

- Где Ника? – Спросил я в ответ.

-   Я   здесь,   -   ворохнулись   под   головой   теплые   коленки,   а   сверху   на   меня посмотрели тревожные глаза невесты. – Голова не кружится? Не тошнит?

- Это я тебя должен был спасать, - ворчливо принялся я подниматься, игнорируя возмущение и попытки удержать меня за плечи.

- Куда! А ну лежи тихо! Сейчас в больницу поедем.

–   Это   ты   лежи   тихо,   сейчас   поедем   в   больницу.   –   возмутился   уже   в   голос,

осторожно убирая ее руки с плеч, поворачиваясь в движении, чтобы присесть рядом и с силой обнять.

Огляделся, отметив целых и живых Инку, Го Дейю и Артема в одной футболке и брюках, с перебинтованной и прижатой к груди рукой. Выглядел мой друг неважно –

сероватая кожа лица, широкие пластыри по всему телу, зацепленные наспех поверх запекшихся ран на коже. Ботинок не было, но холод на нем всегда слабо сказывался.

Сказался   кризис   одежды   -   не   мультяшный   супергерой,   что   поделать:   габариты второй формы легко рвут любую тряпку, а карманов в медвежьей шкуре как-то не предусмотрено.

За   спиной   Артем   работали   на   холостом   ходу   наши   машины,   перегнанные поближе к месту боя.

- Где Федор? – не нашел я брата.

- Ушел переходом в Румынию. Вместе с князем Виидом.

Что-то Федор говорил по этому поводу… Вроде как, если станет выгорать одна защита за другой – вмешается его покровитель. Я думал, через свиту. Оказалось,

способен прибыть лично.

Но   если  бы   этого   не  было  – брата  я  бы  с  собой   брать   не  стал,  равно   как  и подвергать опасности. Он, в общем-то, должен был улететь вместе с Никой, но раз не сложилось…

- А этот что тут тогда делает? – Приняв к сведению, заметил я стоявшего за

Никой одного из лысых свитских Федора.

- Теперь он охраняет Нику. – Сухо пояснил Артем. – Навсегда.

А невеста, смутившись, отвернулась.

- Что тут вообще происходило? – Потер я занывшую от движения шею.

- Черниговский сбежал, - был друг весьма мрачен.

После чего отвернулся и направился к нашей машине. Некоторые вопросы ему хотелось решать сразу, не откладывая на потом. Хотя еще половиной часа желалось просто жить.

- Так. – Задержал я на равнодушном лысом свой взгляд. – Если у меня будут лысые дети, я его грохну.

- Все дети рождаются лысыми! – Задохнувшись от возмущения, произнесла моя девушка.

- А я о чем. – Принялся я подниматься и помог с этим Нике.

Лысый   совершенно   индифферентно   отнесся   к  моим  комментариям   и   тут   же встал чуть позади и по левую руку от девушки.

– И ждать девять месяцев я не буду. – Оценил я мрачно его маневры.

После чего махнул рукой на неловкие комментарии о том, что «Веня хороший» и вообще   «нам   сейчас   пригодится   любая   помощь»,   и   направился   за   Артемом.

Следовало уточнить детали.

С дороги посторонились Го Дейю и Инка, завороженно наблюдавшие за нашей перепалкой.

Разве что китаянка негромко отметила, что за нами пристально смотрят, указав на   край   перепаханного   поля.   В   том   направлении   обнаружился   княжич

Мстиславский,   то   ли   не   желавший   пачкать   безукоризненный   облик   попыткой прошагать   через   месиво,   в   которое   постепенно   обращалась   земля   под   таявшим снегом. То ли вполне довольный своей позицией наблюдателя.

- Давно стоит? – Чуть задержался я.

Го Дейю неопределенно пожала плечами.

-   Ника,   -  обратился   я   к  девушке   и   указал   на   Мстиславского.   –  Этот   человек поклялся забрать тебя и целой доставить в Москву. Если не сдержит клятву, ему придется весьма скверно.

Будем думать, что явился он именно за этим.

-   Его   проблемы,   -   равнодушно   отметила   невеста,   так   же   направившись   к машинам. – Я тебя больше одного не оставлю.

Последствия   такого   решения   были   вполне   банальны   –   в   Москву   мы направились на самолете с гербом Мстиславских, а место второго пилота занял сам

Иван Семенович. Крайне удобно с точки зрения безопасности – можно не опасаться «случайных срабатываний» средств ПВО и прочих воздушных неприятностей. Свита же   владельца   отправилась   в   столицу   грузовым   вертолетом   –   чтобы   спешно доставить   раненных   и   кости.   Впрочем,   это   уже   их   хлопоты   –   Ника   добилась стабильности   состояния   освобожденных   пленников,   а   для   полного   исцеления   у могущественного рода найдутся свои люди.

Салон   личного   «Эбраера»,   выполненный   под   пятнадцать   весьма комфортабельных мест, обладал кроме всего прочего полноформатной постелью –

для   отдыха   уставшей   и   не   спавшей   двое   суток   Ники.   До   того   подали   поздний завтрак, и разморенная от еды и усталости девушка задремала прямо в кресле… В

этой связи, иных присутствующих просили не шуметь – равно как и мы с Артемом,

отсевшие подальше, вели беседы негромким голосом.

-   Я   не   совсем   понимаю   твоего   спокойствия,   -   размеренным   голосом   начал

Шуйский,   поглядывая   в   иллюминатор   на   проплывающие   внизу   пейзажи,   слегка обезличенные первым снегом.

Ему, как и всем нам, предоставили новые одежды – и теперь на его широких плечах   был   серый,   однотонный   и   чуть   растянутый   свитер   вместе   с   широкими брюками максимального размера, который удалось отыскать. У меня же пострадало только   пальто,   которое   в   самолете   было   без   необходимости,   поэтому   я   все   еще оставался в собственном костюме.

- Как я должен себя вести? – Чуть устало прикрыл я глаза.

- Например, как я. Сообщить родным, что началась война.

-   Мои   родные   уже   два   месяца   на   военном   положении.   Мало   что   изменится,

кроме дополнительной тревоги и лишнего страха.

-  Это   недостаточно.   Ты   хоть   понимаешь,  что   он  будет  мстить?   Он   остался   в живых, и все начнется еще раз, и он уже будет не один.

- Я и не собирался его убивать. – Пожал я плечами. – Сбежал – и демон с ним. Так бы пришлось отпускать специально.

Но пару клятв было бы взять неплохо, под угрозой смерти… Но что получилось,

то получилось.

- Шутишь? – Фыркнул Шуйский.

- Отнюдь. Он мне кучу денег должен. Сдохнет раньше времени – кто вернет? –

Скупо и практично выразил я свою точку зрения.

- Знаешь, ты был весьма убедителен в своей попытке его убить. – Все же слегка эмоционально завелся Артем. – Я бы сказал, ты почти добился успеха. И никакой такой бережливости я отчего-то не наблюдал!