Н 4 (СИ) - Ильин Владимир Леонидович - Страница 69

из   которых  те   самые   Романовы   происходили.   Вместе   с  влиянием,   стали   уходить прибыли и число желающих служить некогда могучей семье – а значит и с многих промыслов род начали потихоньку оттеснять, вырисовывая перспективу полного угасания рода за пару-тройку поколений.

Будучи   выходцами   из   Пруссии,   Романовы   постарались   усилиться   за   счет тамошних   корней,   зазывая   на   службу   дальнюю   родню.   Когда   и   этого   стало   не хватать, стали искать союзников западнее, обнаружив искомую поддержку в землях герцога Брауншвейгского. Романовым было, что им предложить: русские зерно, меха и   лес   во   все   времена   пользовались   высоким   спросом,   а   титул   князя   позволял изрядно   экономить   на   сборах   и   налогах   при   транспортировке.   Торговый   союз подкрепили браком, забрав в семью Романовых одну из дочерей герцога. Разумеется,

на   это   дело   другие   столичные   семьи   смотрели   безо   всякого   энтузиазма,   и   попрежнему   теснили   Романовых   с   занятых   позиций.   Делать   это   удавалось   куда сложнее – новые союзники предоставили не только стабильный канал поступления серебра, но и военную силу. Однако же конечный исход противостояния все равно был очевиден – Романовым не собирались прощать ни их интриг, которые некогда должны были привести к семейному союзу с Рюриковичами, ни спеси и розданных угроз с обещаниями, которыми эти интриги сопровождались, а вливания свежих сил только   переносили   печальный   конец   чуть   подальше   в   будущее,   не   отменяя   его неизбежности.   Все-таки,   финансовый   вопрос   тут   был   вторичен   –   попытка прорваться к власти воспринималась гораздо болезненней.

В   начале   восемнадцатого   века   род   Романовых   посчитал,   что   стоит   углубить сотрудничество   с   западом,   и   породнился   с   еще   одной   герцогской   семьей   –

Гольштейн-Готторпскими. А потом с герцогами Лейхтенбергскими. И с герцогами

Ольденбургскими, а затем и Мекленбургскими. От всех этих значительных и важных экономических   и   политических   союзов   обе   стороны,   безусловно,   получили значительные   бенефиты.   Только   вот   русской   крови   в   Романовых   после   этого осталось совсем чуть-чуть. И даже Сила Крови, поговаривают, стала совсем иная, чем была   у   Захарьиных-Юрьевых   –   но   куда   более   уместная   Гольштейн-Готторпским,

привычно черпающим силы в стихии Земли. Да и манера ведения дел тоже куда более подходила западным захватчикам, чем рачительному хозяину на собственной земле…

Словом, когда Романовых вышибли с их вотчины силой, ни князья Захарьины,

ни князья Юрьевы, ни Кошкины, что тоже были им близкой родней, не пришли им на помощь, наглядно показав, что родного с Романовыми у них более нет ничего. Да и зваться Романовыми этим басурманам не особо и вместно. Была кровь родная – да размылась   вся,   и   нет  у   них  более   таких  родичей.   Тем   не  менее,   клочок   земли   у границы, а значит и княжеский титул Романовы с помощью западных союзников отстояли, но жить переехали в Европу, полагая империю более не родным домом, а местом   зарабатывания   денег.   В   общем-то,   с   тех   времен   их   промысел   особо   не изменился   –   скупают   зерно   у   свободных   фермеров,   да   гонят   его   через   морские терминалы   щедрым   покупателям.   Местами   ведут   дела   нечисто,   отваживая   иных скупщиков и выдавая ростовщические ссуды под весь урожай еще зимой; местами –

откровенно   грязно,   угрожая   недородом   зерна.   В   общем,   обычные   торговцы   с титулом, которые не считают эти земли родиной, но тем не менее – принудительно отправляют   своих   наследников   учиться   в   центральные   университеты   страны.

Потому что их бизнес, все же, тут - да и в Европе все давным-давно уже занято.

Надо отметить, род очень богат. Но самое важное – куда более спесив, истово полагая себя могущественными князьями с неслабой родословной. В военной мощи не   уступит   среднему   княжеству   –   наемники   сейчас   дешевы,   и   их   услуги   можно скупить оптом с профильных бирж. Главная же семья, при всем этом, по-прежнему управляет всем из-за рубежа, где у них немало родни и союзников как по герцогской крови, так и по финансовым интересам.

Станет ли наследник такой семьи требовать извинений от княжича Шуйского?

Безусловно.

Будет   ли   княжич   Шуйский   приносить   извинения   каким-то   заморским торгашам? Никогда.

В этом-то и главная проблема…

Столкнулись бы они так, будучи взрослее – и более мудрый Романов, который уже уяснил отличие рассказов родителей от реального к ним отношения на родине,

обязательно отшутился бы, не потеряв лицо. Мятое железо, испуганная барышня,

все живы – экие мелочи. Шуйский же, при всей нелюбви к Романовым, в ответ отдал бы пару-тройку контрактов, которые не жалко скинуть в прорубь и забыть. Но, увы,

Виктор Романов только на третьем курсе университета, и все еще полагает, что его титул, роскошный образ жизни и прием в тех благородных домах и салонах, что традиционно ориентированы на запад, означают его равенство с элитой страны.

По   личной   силе   –   ранг   «учитель»,   опять   же   вводящий   в   заблуждение относительно исхода дуэли. Пожалуй, он не побоится убить Артема – привык, что семья в безопасности в своих владениях, и по возвращению ему ничего не будет угрожать. Опять же, месть за гибель в дуэли не особо поощряется, если все прошло чисто и без урона чести. А вот победа над равным – всегда удостаивается записи в семейных хрониках. Только вот деду Артема станет как-то все равно на правила,

когда дело дойдет до родной крови… Равно, как и отцу.

Понятно, что Артем Романова прихлопнет, не особо напрягаясь. Но после этой победы, как в том счастливом конце фильма, обязательно придут последствия, о которых редко принято думать для собственного спокойствия. Романовы – очень богатый род, и на месть у них деньги найдутся, равно как и на небольшую войну силами наемников, нанятых через третьи руки. Определенные правила и отношение общества в их кругу не позволят оставить просто так смерть или увечье от руки русского   варвара.   Дуэльный   кодекс   и   негласные   правила   империи   им   точно   не интересны:   то,   что   они   тут   зарабатывают   –   совсем   не   значит,   что   хоть   как-то уважают проживающих на этой земле людей.

В общем, что так пойдет дело, что эдак – быть большой крови.

Заметив,   что   завозился   более,   чем   на   десяток   минут,   попрощался   с собеседником на том конце провода.

- Один момент, господин, - чуть замялся он. – Вы случайно не теряли банковскую карту?

- Не терял. Что-то не так?

- Просто служба безопасности фиксирует странные платежи. Тут и платья, и женская обувь, и ювелирные украшения. .

- Это нормально.

- …и покупки в салоне нижнего белья «Черная орхидея». – Чуть смутились на том конце провода.

- А вот это интересно.

- Суммы – бешеные!

- Когда была последняя транзакция? – Поднес я часы к лицу.

- Момент… Одиннадцать минут назад.

-   Значит,   успели,   -   удовлетворенно   отметил   я.   –   Карту   не   блокировать,   все нормально.

- Общая сумма…

- Дороже, чем аренда «Валькирии» до Америки и обратно?

- Почти…

- Значит, обратно полетит в экономе. Отбой. – Завершил я вызов. – Хотя… Может,

это того и стоит. Надо своими глазами смотреть. – Произнес я задумчиво.

Дожидались   меня   деятельно   –   девушки   окружили   Федора,   что-то   им демонстрировавшего.   Охрана,   разумеется,   своим   видом   отпугивала   праздно любопытствующих – да и стояла группа в стороне от выхода, уже на улице. Сумок и пакетов, что характерно, при них не было. Зато ряд обновок присутствовал: девушки предпочли   классические   платья   ниже   колен,   выбрав   разный   колер:   если   Ника остановилась на зеленом, а Го Дейю решила предпочесть красное с вышивкой из золота,   наверняка   привычное   ей   по   дому,   то   Аймара   остановилась   на   траурночерном с высоким воротом, что вместе с золотом тиары, сережек, диадемы, заколки,