Эссенция пустоты (СИ) - Харт Хелег - Страница 10

«Так-так, чего это он?»

Так же бесшумно поднявшись, Эхел последовал за ним, краем глаза он заметил рядом с лежаком Тхенды дикарский дротик — его кончик был испачкан красным. Всё это выглядело настолько странно, что пират даже не решился строить предположений — просто нырнул в чащу вслед за вором.

Он понимал, что следовать за таким чутким лазутчиком, как Тхенда, придётся вдвойне осторожно, поэтому старался держаться на максимально возможном расстоянии — лишь бы не потерять из виду. И он ничуть не удивился, когда вор без труда миновал засевшего в кустах дозорного. Ещё бы, воришку даже толпа папуасов не заметила, куда уж этому тупоголовому увальню! Несколько раз пират терял ловкача из виду, но каждый раз вновь его находил — и слежка продолжалась.

Чем дальше, тем становилось интереснее. Сначала Эхел склонился-таки к своему предположению о сговоре вора с дикарями, но тот, миновав всё расстояние до деревни, взял правее, и едва сформировавшаяся версия пирата снова отпала. К этому времени уже почти рассвело — пришлось прятаться ещё тщательнее. Как от оглядывающегося Тхенды, так и от дикарей, которые уже начали выползать из своей деревни. Движение замедлилось, но ненадолго.

А ненадолго, потому что вскоре к деревне нагрянули остальные пираты. Они бросились в атаку сходу, надеясь лишь на эффект неожиданности, и Эхел понял, почему — именно для этого вор оставил возле своей постели дротик. Он спал на краю лагеря, рядом с джунглями, так что пираты, обнаружив его пропажу и дикарскую окровавленную иглу, подумали, что аборигены попросту умыкнули того посреди ночи. Селах не мог потерять единственную ниточку к сокровищу, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как попытаться отбить вора, надеясь, что его ещё не успели приготовить на завтрак. План Тхенды сработал идеально — он практически отобрал преимущество у пиратов и столкнул две враждебных стороны лбами, а сам… Неужели решил забрать сокровище в одиночку?

Едва поднялась шумиха, хитрец воспользовался ей и побежал с такой скоростью, что бросившийся следом Эхел едва за ним поспевал. Направление угадывалось безошибочно — в обход деревни, к горе. Позади орали и улюлюкали сражающиеся, бой шёл полным ходом, ох, и не сладко же придётся пиратам! Теперь Пархат вряд ли воспользуется своим коварством… Если вообще выживет.

«Даже хорошо, что я здесь, а не там, — думал Эхел на бегу. — Быть живым нищим всё же лучше, чем богатым мертвецом».

Добежав до скопления валунов, вор остановился, озираясь, запыхавшийся Эхел снова нырнул в кусты. Определив нужное направление, Тхенда побежал дальше — и не выглядел при этом хоть сколько-нибудь уставшим! «Да лошадью он был в прошлой жизни, что ли?!»

Через какое-то время след вора привёл Эхела на тропу, уходящую вверх по склону: сам ловкач уже успел так сильно оторваться, что его бегущая наверх фигурка была плохо различима. Спотыкаясь и с трудом сохраняя дыхание, пират бросился следом. Вскоре он снова упустил преследуемого из виду: тот скрылся за поворотом. «Вот же бегун!» Впрочем, теперь и деваться-то было больше некуда — ответвлений тропа, ведущая в гору, не имела.

Камни, трава, дикарские идолы, стоящие то там, то сям — в глазах окончательно выдохшегося Эхела всё сливалось в цветные кляксы. Он даже не заметил толком, как оказался у входа в пещеру — тут всё тело скалы было размалёвано творческими отрыжками папуасов. Рядом лежало несколько заготовленных факелов, вымоченных в какой-то очень вонючей, но, по всей видимости, не менее горючей жиже. Эхел схватил два из них и вбежал внутрь — он не сомневался, что Тхенда так торопился именно сюда.

Широкий грот вывел его в тесный каменный коридор, явно кем-то продолбленный. Здесь стало темно — пригодился факел. В его свете в серых стенах стали поблёскивать бледно-жёлтые вкрапления, оказавшиеся гелиодором, жёлтым бериллом, что окончательно сбило пирата с толку. За пуд этого минерала на континенте платили пуд золота, а здесь было, похоже, целое месторождение этих кристаллов. «Вот оно, Солнечное сокровище!» — обомлел Эхел, но тут же осёкся: «Тогда куда чешет этот полоумный?!»

Через какое-то время коридор расширился и дал ответвление — пират кинулся в него, сам не зная, почему. Вскоре он пожалел о таком поспешном решении: тоннель забрал кверху и значительно сузился. «А если он побежал не сюда? Как бы не уйти в другую сторону».

Но сомнения рассеялись, когда ход вывел его на небольшую площадку, с которой открылся самый незабываемый в жизни Эхела вид.

То, что он вначале принял за Солнечное сокровище, им не являлось. Вот настоящее сокровище. Целая пещера, целиком состоящая из жёлтого берилла. Большая, в форме неровной полусферы, вся блестящая и переливающаяся — свет факела превратил это место во что-то невероятное. Пол, купол, выступ под ногами у пирата — всё состояло из чудо-кристаллов. Эхел поймал себя на том, что распахнул рот — и поспешил его захлопнуть.

— Да чтоб мне до смерти посуху ходить, — пробормотал он, не веря собственным глазам.

Но ему так и не дали насладиться зрелищем и вдоволь поликовать. Отсвет с другой стороны сообщил пирату, что в зал — язык не поворачивался назвать это пещерой — имеется ещё один вход, и к нему кто-то идёт. Эхел тут же затоптал свой факел и лёг на живот, чтобы остаться незамеченным.

Вошедшего он узнал без труда. Тхенда. Но что это? У него нет факела. Зато рядом с ним летает странный светящийся сгусток. Этот проныра — ещё и чародей?!

Света от магической свечи не хватало, чтобы охватить всё пространство, поэтому Тхенда (если это вообще его имя) прибавил яркости, и едва не ослепший от неожиданности Эхел с удивлением понял, что в зале их не двое. И как он сразу не заметил?

В середине пещеры-сокровища кто-то сидел. «Дикарь? Нет, не похоже. Вроде, это женщина. Во всяком случае, волосы длинные, а бороды не видно. Что это у неё… Ба, да она голышом! Может, сумасшедшая отшельница какая? Стоп… Неужто это Страж из легенды о сокровище? Нет, тогда ерунда получается. В легенде он „неусыпный, смертоносный, бессмертный“, а тут просто какая-то полоумная».

— Эй, — тихо позвал Тхенда, не решаясь подходить ближе.

Ему не ответили. Женщина даже не пошевелилась, как будто была статуей. Вор-чародей помолчал несколько минут, видимо, обдумывая дальнейшие действия.

— Ты слышишь меня? — наконец обманщик снова подал голос. — Я пришёл просто поговорить.

Снова тишина. И снова на долгое время.

— Ты — Страж? — предпринял ещё одну попытку Тхенда, но ровно с тем же результатом.

Он ещё помялся на месте, а потом, резко обернувшись, шагнул вперёд:

— Послушай, сюда сейчас…

— Уходите, — прервал его бесполый голос. Громко, резко, безапелляционно.

Вора, казалось, удивило то, что к нему обращаются во множественном числе, а вот Эхел быстро смекнул, что Страж — теперь пират не сомневался, что это именно он — заметил и его. «Плохо!»

Через несколько секунд стало хуже. Из-за спины Тхенды послышались голоса и звон, вор немедленно повернулся ко входу, пятясь вдоль стены. Его магическая свеча мгновенно погасла.

В зал вбежали вооружённые пираты с факелами, да так и замерли на пороге, поражённые зрелищем. Их оказалось семеро, двое были легко ранены, остальные просто перемазаны чужой кровью. «Видно, стычка закончилась в нашу пользу» — подумал Эхел и тут же узнал в одном из пиратов Пархата.

— Якорь мне в… — протянул поражённый капитан, но тут заметил, наконец, стоящего справа Тхенду. — Сожри меня касатка, парень, ты всё же привёл нас к сокровищу!

— Слово держу, — отозвался вор, следя за каждым движением пиратов.

Пархат усмехнулся и вальяжно направился к молодому авантюристу, держа свой палаш на отлёте. Недвижимо сидящего Стража он словно и не заметил. «Ой, зря, — подумал Эхел. — Болван, встаёт между двух огней».

— Я, видишь ли, не дурак, — самонадеянно заявил Пархат. — Я вспомнил, как ты спрашивал про гору. Так что когда в деревне тебя не оказалось, я сразу понял, что к чему. Тебя не выкрали, ты сам свалил. Кинуть нас решил? А? — Клинок пирата будто пританцовывал, рисуя остриём маленькие восьмёрки. — Но теперь-то ты никуда не денешься! И раз уж ты выполнил что обещал, я даю тебе выбор. Как хочешь сдохнуть? Я могу убить тебя медленно, скормив тебе твои же глаза и пальцы. Или вырезать твоё сердце. Или просто вспороть брюхо…