Между двух огней (СИ) - Багира Энди - Страница 64

Я посмотрела на Сьюзан. Как я и ожидала, слов ей не потребовалось. Она мягко коснулась моих воспоминаний, а я услужливо подавала ей слайд за слайдом. В конце концов, я показала ей все, что знала.

— Спасибо, Эл, — волчица кивнула мне. За одно мгновение все уже знали план. Вынужденное бездействие убивало. Меня грело лишь то, что я хоть чем-то помогла моей семье.

— Сью, где близнецы? — спросила я, на этот раз аккуратно поднимаясь с кресла.

— Они в детской. Я их только что покормила, и они заснули, — отлично, значит, мне не придется разрываться между двумя концами поместья.

— Я сейчас отнесу туда Джули и останусь с ними.

— Тебе нужно лечь, — снова попыталась образумить меня Элизабет.

— Это очень рискованно, я не оставлю их одних, — я упрямо покачала головой.

— Кто-то должен остаться с тобой, — Роберт смотрел на меня с жалостью, и это было невыносимо. Я огненная, в конце концов.

— Я справлюсь сама, вам нельзя разделяться. Их и так больше, чем нас. Зачем навлекать на себя еще большую опасность? — видимо что-то особенное было в моем голосе, что заставило оборотней послушать меня. Лишь Лиз мысленно протестовала, но ничего не сказала вслух.

— Лорейн, убери щит. Я буду прислушиваться к твоим мыслям. Если что — мы рядом, — Сьюзан буквально на мгновение вклинилась в мои мысли, и, тут же исчезла.

— Ага, как же, — вслух хмыкнула я. Не обращая внимание на мерзко скалящегося Штара, я вышла в коридор и направилась в спальню малышей.

— Мое пророчество начинает сбываться… — весело пропел он.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я лишь для того, чтобы поскорее избавиться от его навязчивой компании.

— Ты думаешь я не нашел себе достойной замены? — теперь уже он говорил серьезно, — Шпионская сеть до сих пор работает, это отлаженный механизм. Братья уже знают, что юная принцесса появилась на свет.

— Ты хочешь сказать, что они пришли за ней? — я насторожено посмотрела на бету.

— Я ничего не хочу сказать, — он только улыбнулся и растаял в воздухе. Чеширский кот, блин.

Тихонько отворив двери, я вошла в детскую. Близнецы спали, и я не хотела их будить. Аккуратно положив дочь в кроватку, я взяла с полки толстенный томик старых шотландских сказок. Когда-то я любила эти легенды. Будучи ребенком, я мечтала, как буду читать любимые истории своей дочери. Я всегда хотела родить девочку. Но жизнь и тут сыграла со мной злую шутку. Она постоянно отбирает у меня тех, кого я люблю больше всего. Я глотала страницу за страницей, не замечая, как течет время. Волшебные истории не давали мне окончательно впасть в панику и отчаяние. Я настойчиво прогоняла от себя мысли о том, что огненные могут и не вернуться.

В сознание меня вернул плач Криса. Спустя такое количество времени, проведенное рядом с ним, я могла на слух различить, кто именно из близнецов плачет. Истерики Аби были какими-то жеманными и требовательными, плач Джули иногда переходил на волчий вой или скулеж. А Кристиан плакал по-другому. Мелодичнее, что ли. Отложив томик, я подошла к кроватке.

— Ну и почему мы плачем, мой славный? — улыбнулась я, беря его на руки. Сухой, значит переодевать не надо. Я бросила взгляд на часы и все поняла. — Мой мальчик голоден? Сейчас тетя Эл покормит тебя, — я поднесла палец к носику малыша, а он схватил его своей крошечной ручкой и настойчиво потянул на себя. — Э, нет, дорогой, этот пальчик мне еще нужен, — я мягко высвободила руку, и в качестве компенсации скорчила племяннику рожу. Он заливисто рассмеялся. От его смеха проснулась Абигейл, а за ней и Джулиет.

— Мисс Лорейн, — в детскую вбежала чем-то взволнованная мамочка Пай, — внизу кто-то есть. А совсем близко к поместью я видела волчьи следы. Чужие, не похожие на следы остальных господ, — женщина смотрела на меня своими перепуганными глазами и ждала от меня помощи.

— Оставайтесь с детьми, я спущусь и проверю. Сейчас я пришлю к вам Харта, на всякий случай, — стараясь не обращать внимания на боль, я вышла из комнаты. Дворецкого долго искать не пришлось. С одного взгляда он понял, что от него требуется, и поднялся наверх. Я же поспешила на первый этаж.

В поместье было тихо. Я давно не слышала такой хрустальной тишины. Она пугала и давила на сознание. Каждый шорох заставлял вздрагивать. Для начала, я решила осмотреть комнаты и только потом выйти во двор. Интуиция меня не подвела.

Я уже собиралась выйти в коридор, как по поместью разнесся женский визг.

— Попалась, — Штар даже не стал появляться.

Мы угодили в ловушку серых, как неразумные мыши.

— Сьюзан! — изо всех сил прокричала я, дублируя зов мысленно. Надеясь, что он будет услышан, я бросилась наверх. Я не чувствовала боли, только одна мысль пульсировала в голове — уберечь дочь. В считанные секунды я оказалась на пороге детской. Двое серых бросались на Харта и мамочку Пай, а те отбивались, тем, что только подвернулось под руку. Двое немолодых людей защищали чужих детей так, как будто это были их собственные внуки. У Харта был оборван рукав, а выше кисти алым пятном растекалась кровь.

— Немедленно остановитесь! — злобно зарычала я. Мой голос изменился. Лорейн Драй снова превратилась в королеву Лориэн. — Пошли вон, щенки, пока я не пустила в ход свои клыки и когти! Никто не причинит вреда моим детям! — я знала, что передо мной молодняк. Опытному серому не составило бы труда отбиться от обычных людей.

Чертовы недоноски сделали шаг назад, но не сбежали. Видимо, даже им известно, что я больше не королева.

— У них приказ, малышка, они не уйдут, — услышала я объяснение, которое было мне необходимо, чтобы выпустить злость наружу.

— Значит, они умрут! — я резко бросилась вперед, обращаясь в прыжке, как и раньше.

— Мисс, сзади! — донеслось до меня, и я почувствовала, как мне на спину вот-вот приземлится серый. Но не тут-то было. Я резко ушла в сторону, опрокидывая мебель. Сейчас мне определенно чуть не хватало ловкости кошачьего тела, но и так сойдет. Молодняк, воспользовавшись тем, что меня отвлекли, снова кинулся на Харта и Пай. Ну нет, я не дам им исполнить то, для чего они пришли сюда. Здесь больше не прольется ничьей крови, кроме их собственной.

До шеи первого из них я добралась относительно легко. Шейные позвонки хрустнули под моими зубами, и оборотень обмяк. Матушка Пай благодарно кивнула мне, и, схватив близнецов на руки, выбежала из спальни. А вот с оставшимися двумя пришлось повозиться. Тот, который кинулся на меня со спины, оказался явно опытнее этих двух щенков. Он отрезал мне путь к своему, теперь уже, напарнику, и не давал мне пробиться на помощь Харту и дочери. Он еще пожалеет, что посмел стать у меня на пути. У меня, огненной волчицы, коронованной альфы серых. И пусть пумы уже нет, я готова занять ее место ради защиты собственной дочери. Откуда-то из глубин сознания стали появляться забытые образы. Я вспомнила, как убивать, сохраняя холодность мыслей и безжалостность. Я вспомнила, как это быть серой. Эти твари не хотят по-хорошему, значит, будет по-плохому.

— Я ошибался в тебе, моя королева, — услышала я голос беты, когда, наконец, смогла достать горло серого когтями. Он захрипел и безвольной куклой сполз ко мне под ноги. Остался всего один.

Но я слишком замешкалась. На моих глазах серый бросился на Харта и сбил его с ног. Старику просто не хватило сил, чтобы отбиться.

— Ах ты тварь! — не сдерживая себя, я бросилась на того, кто отнял жизнь у человека, заменившего мне отца. Харт всегда был рядом со мной, а теперь его не стало. Но мой гнев сыграл со мной злую шутку — я раскрылась, и щенок смог полоснуть когтями по моему боку. Кровь закапала на светлый паркет. Боль прошила сознание, но алая пелена не дала мне отвлечься и отступись. Один укус, и я отплатила за смерть друга. Не обращая внимания на предсмертные стоны серого, я обратилась и бросилась к дворецкому. Его глаза по-прежнему смотрели на мир, только уже не видели ничего. Я снова опоздала, и не смогла помочь близкому человеку.

Слезы потекли сами собой, и истерика накрыла меня. Я плакала навзрыд, прощаясь с человеком, который был моей семьей долгие годы. Даже у Лориэн не поднялась бы рука на него, а ей же было все равно, кого убивать. Я сжимала все еще теплую, морщинистую руку, и не верила, что Харт ушел. Не верила в то, что он больше не улыбнется мне своей добродушной улыбкой, не склонит голову в элегантном поклоне и не скажет: «Доброе утро, мисс Драй». И снова во всем виновата я.