Заветное желание (СИ) - Власова Яна Юрьевна "Kayda Haru" - Страница 23

— Там развалины, — прикусила губу, стараясь не позволить новому потоку слез прорваться наружу. — И Ма там нет.

— Так, — Наджара усадила дрожащую девушку за стол. — Тебе нужно выпить крепкого чаю с сахаром. Может, ты просто перепутала в таком настроении? Поворот, например, пропустила или еще что-то?

— Нет. Но я не сумасшедшая, Наджара. И… — Сагора подскочила, охваченная мгновенным озарением, — фотографии! Я ведь делала снимки и в его доме!

— Пей. Медленно, глотками. Я сейчас принесу компьютер, и ты подключишь к нему фотоаппарат. Я правильно поняла, что он без экрана и просмотреть кадры, мы можем только таким способом?

— Да, — Сагора достала из сумки маленький фотоаппарат, который в тот день чудом не украли вместе с остальными вещами. Когда женщина вернулась, вспомнив, обратилась к ней. — Наджара, у тебя случайно нет вот такой зарядки?

— Есть, — забрала телефон и подключила его к зарядному устройству в другом углу помещения, после чего вернулась за стол. Пока компьютер загружался, Сагора нервно вертела карту памяти из фотоаппарата в руках. Наконец, с трудом подсоединив ее трясущимися руками к компьютеру, она открыла папку с фото.

Сердце пропустило несколько ударов и провалилось вниз.

Все фотографии, сделанные в доме Ма, изображали просто поле или лес. Последняя надежда найти ответы разбилась. От срыва ее остановил негромкий сигнал включившегося телефона. Когда Наджара подала его, Сагора удивленно моргнула, читая полученное сообщение.

— Что-то случилось?

— Это Катора. Та девочка, у которой я должна была остановиться. Они извиняется, за ошибку в адресе, которую случайно допустила под влиянием эмоций.

— Ну, вот видишь!.. — довольно начал мальчик, но замолчал, глядя за стеклянные двери. Из остановившегося около пекарни автомобиля вышел мужчина. Сиро побледнел, в удивлении молча открыл рот и так же молча его закрыл, а потом с радостным криком бросился на улицу. — Папа!

— Это?..

— Мой брат и его жена. Удивительно. Вот они и нашлись. А мы так переживали.

— Наджара, — ровным голосом позвала ее Сагора, — я сегодня уезжаю домой.

— Что? — теперь настала очередь женщины пораженно замолчать.

— Я уже купила билет. Не смогу оставаться в этом городе. Зная… Зная, что здесь жил Ма. Ты, наверное, думаешь, что я ненормальная…

— Нет, Сагора. Я верю тебе. Иллюзии так людей не меняют. А то, как расцвела твоя душа, доказывает существование Ма лучше любых фотографий. И не важно, в нашем мире или другом, а может, и просто в твоем подсознании. Это не имеет значения. Мне жаль расставаться с тобой, но ты права. В родном городе ты вернешься к прежней жизни, и постепенно эта боль начнет угасать.

— Спасибо тебе за все, Наджара. Я счастлива, что познакомилась с тобой. Воспоминания о лете, проведенном здесь, с вами, я сохраню в своем сердце навсегда. Знаешь, мне лучше уйти сейчас, чтобы Сиро не видел. Незачем омрачать ему такой чудесный день. А ты теперь уедешь к Михаилу?

— Я обязательно ему передам твои слова, — женщина задумалась на долю секунды. — Наверное, да. Мне бы не хотелось бросать пекарню, но чувства они важнее какого-то здания… Сагора, люди появляются в нашей жизни не просто так, а чтобы чему-то научить. После они уходят. Вы с Ма сделали друг для друга очень много. Не мучай себя напрасными терзаниями. Улыбнись. Вы стали лучше благодаря друг другу. Весь мир стал лучше, благодаря вам.

Сагора еле сдержала подступившие слезы.

— Прощай, Наджара…

* * *

Раздался последний гудок, прощаясь со станцией, и поезд отправился в путь. Еще долго стук его колес был слышен на перроне, пока не растворился где-то вдали за горизонтом. Лучи солнца скользнули по кронам деревьев, отразились в окнах домов, озарив мир оранжевым огнем. Вспыхнув алым пламенем, солнце скрылось за домами.

Наступило самое чудесное время — сумерки.

Город окрасился мягкими серо-голубыми тонами. Провожающие расходились и, гомон разговоров потихоньку стихал. Спустя немного времени на перроне воцарилась умиротворенная тишина, тревожимая лишь тихим стрекотом кузнечиков, чарующий шелест листьев сливается в магическом шепоте с дыханием ветра. И, словно Душа мира пробуждается в эти мгновения. Уже чувствуется прохлада и трепет приближающейся ночи.

Сагора подняла взгляд, смотря на горизонт, где скрылся поезд. Мысленно ругая себя, она все же не нашла сил, чтобы встать со скамейки и подняться в поезд. И теперь неподвижно продолжала вглядываться в чарующую даль, где небо сливается с горизонтом. Но, не смотря на уехавший поезд, на душе стало легко, словно все волнения, боль, страдания растворились вместе с прощальным гудком. Вдохнув воздух с едва заметным запахом гари, Сагора поднялась на ноги, но тут же зажмурилась от сильного порыва ветра. Что-то нежное, как шелк, коснулось лица. Распахнула глаза и обескуражено замерла. Рядом с ней стояла Аюкара. Ласково проведя ладонью по щеке Сагоры, богиня мягкой поступью направилась в сторону выхода с вокзала.

В вечерней тишине тепло прозвучал ее голос:

— Идем, Сагора. Тебя ждут.

* * *

Брат сообщил, что из-за проблем на работе, они были вынуждены скрываться некоторое время. Но теперь все в порядке и они хотят забрать Сиро с собой. Мальчик витал в облаках от счастья. Наджара поставила кружку с давно остывшим чаем на стол, хмуро глядя в одну точку на стене. Размеренное течение жизни изменило свое направление в один миг. И вот теперь есть возможность собрать вещи и уехать к Михаилу. Он будет рад встрече. Но вот… Сделает ли это счастливой ее? Пекарня — это ее маленькое королевство. Волшебный дом, где каждый день превращается в удивительную и неповторимую сказку. Мечта, в один чудесный миг ставшая реальностью. Чувства важнее всего, но невозможно по-настоящему любить, отказавшись ради этих мгновений от мечты, желаний, от того, что делает дыхание свободнее. Привлеченная неясным светом из окна Наджара отвлеклась от своих мыслей и выглянула на улицу. Внизу, озаряя двор серебряным светом, раскрывались два нежно розовых лотоса, золотые прожилки которых, словно солнце, лучились во тьме.

Тепло разлилось в душе Наджары, трепетная улыбка тронула губы.

* * *

Сердце бешено стучало, отдаваясь неясным шумом в голове. Спеша за богиней, Сагора всеми силами старалась не думать о ее словах, ведь вновь пережить разочарование и горечь утраты, будет невыносимо. Когда перед ними показались главные ворота парка, зажглись фонари, мягким светом рассеивая тьму улиц, а гонимая безрассудной надеждой Сагора уже бежала. Где-то здесь то место, что показал ей тогда Ма. Следуя за Аюкарой, проскользнула сквозь листву в проход. Ветки хлестали по лицу и рукам, царапая кожу, но Сагора не обращала на это внимания, продолжая вслепую пробираться вперед. И вот, наконец, показался слабый свет луны, отраженный в озере.

Улыбнувшись, богиня исчезла в блеклом сиянии.

Сагора остановилась, тяжело дыша. В нескольких шагах от нее на траве, наблюдая звездное небо, сидел юноша. Сагора со смесью надежды и смятения, все еще боясь поверить в реальность происходящего, смотрела на столь любимые и родные черты. Юноша, заметив ее, поднялся на ноги, ласково улыбаясь. Сагора сорвалась с места, падая в его объятия и судорожно сжимая ткань его одежды. Точно с небес раздался раскатистый звон, и картинка перед глазами подернулась и стала растворяться во тьме. Сагора зажмурилась и снова открыла глаза, но чернота не исчезла, а шум заполнил собой пустоту…

История четырнадцатая

Прощание

Громогласная мелодия звонка заставила Сагору подскочить. Испуганно схватив телефон, нажала кнопку принятия вызова, и динамик ожил голосом Анро:

— Середина дня, а ты все спишь? — залился смехом. — Ну что ж. Прости за вторжение. Звони, как придешь в себя.