Мой мир начинается и заканчивается тобой (СИ) - Шевченко Юлия - Страница 29

— Может все-таки слезешь с меня. От твоего веса мне совсем нечем дышать. — конечно, это все не правда. Его тело не создает никакого дискомфорта. Даже, наоборот, очень мне нравится. Но говорить ему об этом я не собираюсь.

Даже не взглянув на меня, как тогда в подсобке (или где мы там были) клуба, Денис резко отпускает мои руки, поднятые над головой, и поднимается на ноги. Давая мне перевести дух. Только вот из комнаты моей не выходит. Стоит, сложив руки на груди, около открытого окна. Я значит лежу на постели, с раздвинутыми ногами. В задранной по самое не балуй майке. Так еще, наверное, волосы все растрепанные. Нужно себя немного в порядок привести. Но только не в присутствии рядом парня.

Поднявшись с кровати, сразу подхожу к встроенному в дверь гардеробной зеркалу. Чтобы оценить свой внешний вид. Черт! Несколько прядей выбились из хвоста и торчат в разные стороны. Губы искусаны. Когда я только успела? Не помню вот ничего. Соски четко вырисовываются сквозь майку. А на шортах между ног виднеется мокрое пятно от моих соков возбуждения.

Блядь! Провожу рукой по лицу, стыдясь чего-то. Будто это простое движение поможет мне изгнать из комнаты беса, именуемого Денисом Соболевым. После чего как по волшебству моя память сотрется. Будь у меня палочка как у Гарри Поттера, я бы точно кое-что подправила в своей жизни. Некоторых бы людей оттуда исключила.

— Выйди, я переоденусь. — поворачиваюсь к Соболеву, застав его за курением из моего-мать-его-окошка. — Совсем охуел что ли? — подлетаю к нему как фурия. Выхватываю тлеющую сигарету. Выкидываю на улицу и захлопываю окно. — Ты, похоже, домами ошибся, урод. Здесь не твой…

Секунда. Мое лицо оказывается прижато прямо к стеклу. Точнее его правая сторона. Щека и глаз представляют из себя какую-то размазню. Да еще и чертовски больно. Даже сказать ничего не могу. Рот-то тоже попал в плен. Спустя мгновение и грудь удостаивается такой «чести». Ноги же разъезжаются в разные стороны. И теперь я вся в плену у этого маньяка с темно-каштановыми волосами. Которые надо было выдрать у него, пока была возможность.

— Еще хоть раз. — одна рука обхватывает шею. — обматеришь меня, Рапунцель. — сжимает с ощутимой болью. — я займусь твоей прелестной шейкой. — надавливает на горло еще сильнее, от чего в горле у меня встает ком.

Горячее дыхание парня на моем затылке. Нос в моих волосах. Он словно обнюхивает меня. Вдыхает запах моего шампуня с ванилью. Уже давно им пользуюсь. Заказывая у одной знакомой в магазине косметики. Один раз попробовала. Теперь отказаться о него просто невозможно. Даже вон, похоже, Соболеву он пришелся по душе. Раз он начинает облизывать своим языком мой затылок.

Так… Стоп! Какого это он черта творит? Что за резкая перемена в его характере? Сначала смеется от моих движений. Потом соблазняет на кровати, от чего я чуть сама на него не накидываюсь. Позже в порыве злости или ярости готов меня размазать по стеклу, словно муху. Сейчас же опять в нем какая-то игривость появилась. Надо срочно все это прекратить.

Уже собираюсь начать вырываться. Как Соболев прекращает все свои попытки то ли соблазнить меня, то ли покарать за матерные слова в его адрес. Просто разворачивается на пятках и выходит из моей комнаты, громко хлопнув дверью. Должно быть Вида от такого звука еду из рук выронила или подавилась от неожиданности. Но это я проверю потом. Сейчас главное переодеться во что-то более… приличное. В джинсовые шорты и серую майку с изображением главных героев из мультфильма «Красавица и чудовище» на два размера больше моего собственного. В ней очень легко и свободно.

Вида к такой моей одежде уже привыкла. Частенько предстаю перед ней такая. «Леди, превратившаяся в служанку». Так иногда любит говорить подруга, загибаясь со смеху. Держась за живот, когда доходит до крайней степени ржача. Лишь ей выпала такая возможность — узреть Александрину Догелеву в домашней одежде. Летом это шорты и безразмерные майки. Порой свисающей с одного плеча. Ближе к зиме же я переодеваюсь в растянутые и застиранные штаны со свитером черного цвета. Выгляжу как девушка, сидящая дома. А не как тусовщица, готовая к любым приключениям в своей жизни. Как Вида. Которая умудряется даже в нашем коттедже расхаживать в дизайнерских шмотках. Или вообще без всего. Шокируя пришедших к нам людей. То внешним видом, то поступками.

Но, думаю, Соболева она ничем не удивила, пока я здесь размышляю. Так как парень уже покинул сие жилище. Наверняка, отправился по бабам своим. Придурок! Урод! И пообнимался, и потрахается чуть позже. Как будто больше заняться нечем, как членом своим… Черт! Прикрываю рот рукой от мыслей, что крутятся в голове. Неужели, я ревную этого мудака? Да быть такого не может. Не могла я до такого дойти! Это же просто глупо. Ревновать я могу лишь одного человека. И то, потому что люблю его безумно. К Соболеву же я испытываю лишь ненависть, презрение и отвращение. А еще мне хочется его прибить чем-нибудь тяжелым. Ведь говорила же себе, что надо разорвать этот наш договор. Словом же про него не обмолвилась. Млела только от, мать его, объятий. Придется еще немного поиграть роль влюбленной в него дуры перед людьми. Хотя этого…

Звонкий смех раздается со стороны кухни. При чем один принадлежит девушке, другой же чисто мужской. Заливистый такой. Громкий. Навряд ли Вида успела парня к нам привести. А значит это…

— Марафет ты столько времени точно не наносила. — оглядывает меня Вида с ног до головы, усмехаясь при виде моего удивленного лица.

Подруга смеется над шутками Дениса. Хотя раньше на дух не переносила ни его, ни его «дебильные и пошлые фразочки». Я что попала на передачу «Розыгрыш»? Мне наверное сейчас вручат цветы и скажут, что это всего лишь забава. Ловушка, в которую многие попадают. Или это просто сон. Да-да, именно так… Я сплю! А может это и явь?

— Впервые вижу, чтобы вы смеялись, сидя рядом. — упираюсь плечом в дверной косяк. — Обычно ссоритесь. Хуже, чем я с ним. — показываю пальцем на Дениса. — Не привычно как-то. — точнее вызывает чувство ревности. Опять! Идиотизм какой-то! Уже готова подруге претензии предъявить.

— В отличие от тебя, милочка. — от ее улыбки мне становится как-то не по себе. — Денис мне все рассказал.

Резко поворачиваю голову в сторону этого идиота, не способного держать язык за зубами. Решил все-таки проговориться насчет нашего вчерашнего времяпрепровождения в подсобке. Похвастаться вздумал? Я его точно убью сегодня. Надоел. Сил моих больше нет.

— Не слушай его. — присаживаюсь на стул рядом с ним, чтобы в любой момент треснуть как следует по голове. Жаль сковородка далеко находится. А то бы прямо сейчас избавила мир от такого говорливого человека.

— То есть про билеты в Париж от твоей мамы — это шутка?

Хорошо хоть не глотнула сока, что в руку взяла. Иначе бы точно подавилась. Не такого я ожидала из уст Виды. Хотела ведь ей позже обо всем рассказать. Но меня опередили. Все-таки Денис слышал весь наш разговор с мамой. А что не понял, домыслил сам. И ведь правильно все домыслил. Только про количество билетов не понял.

— Мама четыре билета предоставила. — вырывается из моего рта прежде, чем я успеваю подумать о словах. Черт! Со мной явно что-то не то. Раз лажаю в очередной раз.

— Это же здорово. — от радости подпрыгивает на стуле и хлопает в ладоши. Обычная такая реакция от Виданы Зотовой. Ладно хоть не визжит от радости как в прошлый раз. — Юху! Ура! — ошибочка вышла. — Давно не была в Париже. А так туда хотелось. — аж глаза закрывает от чистого блаженства, отразившегося на лице. — Сможем все поехать в «город любви». — А кто эти все по ее мнению интересно? — Артему только своему не забудь сказать об этом.

Блядь, Вида! Ну вот зачем ты вспомнила про него? Даже я и думать забыла про Тему. Что немного странно. Обычно с утра и до поздней ночи мечтала о своем лучшем друге. Как мы встречаемся, потом женимся. У нас рождается трое детей — Егор, Глеб и Вероника. Что рядом с нами не крутится Стефания, косящаяся в мою сторону время от времени. Не портит атмосферу Соболев со своими подколами. Даже Виды нет. Хотя она и пыталась вправить мне мозги. Говорила, что Тема никогда не заметит во мне девушку, ведь относится как к другу в юбке. Терпеть она его не может до сих пор. И предлагает его взять в поездку в Париж. Что за мысль ей в голову пришла?