Мой мир начинается и заканчивается тобой (СИ) - Шевченко Юлия - Страница 36

— Не будь ты мне подругой. — присвистнула и подмигнула. — вылизала бы досуха твою бритую киску. Несколько раз.

— Господи! Моник. — качаю головой уже во второй раз. — Оделась как шлюшка. Так еще и ведешь себя соответствующее.

Наряд Моник был, мягко говоря, откровенным. Соблазнительным. Как бы намекающим «трахни меня немедленно». Черное. Супер-короткое платье. Едва прикрывающее ее задницу в кружевных трусиках. И чуть полностью ни оголяющее ее грудь без лифчика. Кружевные оборки на подоле и сверху декольте. Откуда в любой момент могли вывалиться ее сиськи. Накаченные силиконом кстати. Ведь эта отвязная девица легла на операционный стол полгода назад. Захотелось ей поменять второй размер на четвертый. Такие парням больше нравится в руках мять. Да и родители ее смело позволили ей такое совершить. Также, как и последующую за этим очередную татушку.

Светлые волосы она заплела в косичку. Хоть она и красиво получилась. Все же растреплется совсем скоро. С ее-то аппетитами. Макияж самый яркий, какой вообще можно представить в ее арсенале. В отличие от меня, она нанесла еще румяна и обвела губы еще и блеском в купе с помадой. На ногах красные туфли на высоком каблуке.

— Не будь такой ханжой, Рина. — машет на меня рукой. — Если ты никому не даешь из-за какой-то внеземной любви. — делает в воздухе кавычки. — то это не значит, что и я должна вести себя подобно тебе.

— Ну и сучка же ты, Видаль. — усмехаюсь собственным словам. — А еще самая настоящая шлюшка. — показывает мне средний палец, от чего меня смех буквально распирает. — Защитная реакция в виде него сработала?

Я считала Моник своей подругой. Конечно не такой, как уехавшая в Прагу Вида. Но все же с ней было чертовски весело в Париже. Правда сначала я предпочитала тишину. Книги. Туристические места города. То после некоторого с ней общения решила немного раскрепоститься. К тому же ситуация с Артемом сыграла тут не маловажную роль. Лучший друг не поехал со мной к моим родителям, хоть его и приглашала. Остался в России со своей новой девушкой. Карина с филологического факультета. Теперь она отнимает у него все свободное время. Если эта девица не привлекала его в сексуальном плане, то он по-любому бы поехал со мной. Без всяких разговоров.

— Такси нас уже ждет. — Моник проверяет что-то в телефоне. Засовывает его в сумочку на тонком ремешке. Перекидывает ее через плечо. — Сегодня за него платишь ты.

Квартира Амели Дюкре представляет из себя четырехэтажное здание темно-синего цвета. Где на входе тебя встречает дворецкий, забирающий верхнюю одежду в огромную гардеробную под величественной лестницей светло-коричневого цвета. После чего провожает к лифту. Специально находящийся там человек везет тебя на самый последний этаж, где и происходит все торжество.

Огромный бассейн с небольшими перегородками занимает половину пространства помещения. Несколько столиков с закусками. Барные стойки с симпатичными парнями. Решившими подзаработать у знаменитой богачки. Мягкие диванчики и кресла для всех гостей. Точнее для успевших на них сесть. Место для танцев тоже здесь предусмотрено. Ведь весь этот народ надо чем-то занять.

Едва мы выходим из лифта, к нам навстречу буквально бежит Амели. И как она только не упала на своих каблучищах красного цвета? Идеально ей подходящих к платью. Короткое с расклешенной юбкой. Спина немного открывает позвоночник. Верхняя часть наряда расшита кружевными цветами. Даже рукава в три четверти их имеют. Длинные черные волосы собраны в высокую прическу, из которой свисают два локона. Темно-карие глаза уж слишком толсто подведены. Как будто она хочет сойти за рабыню из султанского гарема. Девушки оттуда так сильно красили глаза, чтобы они выделялись из-под паранджи. Да только вот ей это особо не идет. При ее немного полноватом теле. Прокуренном голосе. Длиннющим острым ногтям она сойдет скорее за путану из подворотни. Чем за очередную наложницу падишаха.

— Думала, вы совсем не придете. — белозубая улыбка так и сверкает на ее губах. Хотя и проглядывается некоторое пренебрежение. Направленное исключительно в мою сторону.

Ведь Амели до сих пор не может принять того факта, что я нахожусь в их компании. Хоть мои родители и богаты. И проживают в Париже уже несколько лет. Сама я так и не переехала сюда. А осталась в России. Которая вызывает у некоторых французов какую-то неприязнь. Одни до сих пор считаю ее холодной страной. С вечно пьющими людьми. И одевающимися в старомодные наряды.

— Это все Рина. — указывает на меня глазами. — Долго больно собирались. — крепко обнимает Амели, а потом осматривается по сторонам. — Мартина еще нету что ли? — кивает головой невысокой блондинке в синем платье. Которая от чего-то кажется мне смутно знакомой. Черты лица ее я уже где-то видела раньше. Но быть может сталкивалась с ней, идя по улице. Вот и запомнился мне образ. — Пойду поздороваюсь.

— С кем? — может по имени я ее все-таки узнаю.

— Ты в каком мире живешь, Рина? — голос Амели пропитан желчью. — Это же жена известного продюсера. Мари Фарси. Художница. К тому же близкая подруга моей матери. Они на показе мод в прошлом году чуть ли не драку устроили за одно платье. Смутно помню имя дизайнера. — морщит нос. — Но позже вместе в одном клубе зависали. Так и сдружились. — бросает взгляд на бассейн, где какой-то парень прижимает к бортику полуголую девицу. Верх от купальника плавает рядом с ними. — Алекс! Трахайся со Стеллой в свободной комнате. А не в моем бассейне. — покидает наше общество.

— Я бы с удовольствием трахнул вас обеих, детки. — слышится голос Алекса Сандерса. Американца из Лос-Анжелеса, перебравшегося в Париж из-за каких-то проблем с семьей.

Наверное, они просто прознали про его небольшой бизнес. Приторговывает парнишка наркотой в синих и красных таблетках. Матрица, твою мать. Особенно их разбирают на вечеринках, подобной этой. Одна молодежь, не считая Мари Фарси. Им можно без проблем предложить приятно провести вечер с помощью небольшого презента.

— Я покидаю тебя, Рина. — даже не оборачивается в мою сторону. Расправляет плечи, направляясь в сторону одного диванчика. На котором сидит незнакомый мне парень. Шатен тут же проводит рукой по ее голому бедру, задирая платье чуть повыше. Чуть ли не выставляя на всеобщее обозрение ее попку, обтянутую стрингами. Моник на это лишь смеется, после чего садится ему на колени.

Смотреть дальше на это шоу у меня нет никакого удовольствия. Мне надо просто выпить и срочно. Иначе делать на этой вечеринке нечего. Именно поэтому беру у проходящего мимо официанта стакан с какой-то красной жидкостью. Залпом выпиваю его, ощущая приятное тепло во всем теле. Вкус клубники с чем-то мне не знакомым. И вот тогда лампочка в моем мозгу будто отключается.

Просыпаюсь уже утром. Или днем. Не могу разобрать. Голова странным образом совсем не болит. Только вот воспоминаний каких-либо там не сохранилось. Даже самая малость. Лишь только отрезки. Как выпиваю еще несколько бокалом с чем-то. Танцую с кучей народа. Снимаю кофту перед каким-то парнем. Или двумя. Кричу на того, кто решает увести меня с вечеринки. А потом… полный провал.

Открываю глаза, чтобы тут же их закрыть из-за яркого света, льющегося из окна напротив кровати. Эти пару секунд дали мне понять, что нахожусь я у себя в комнате. В доме родителей. Совершенно одна. Все же решаюсь осмотреться еще раз. Так… на столике бутылка с водой и таблетка явно от похмелья. Которого у меня нет. Лишь отсутствие памяти в некоторых моментах.

Заглядываю под одеяло. На мне все та же одежда. Значит я ни с кем не переспала в пьяном угаре. Сумочка валяется на полу. Туфли вообще в руках у Артема, что держит их в руках. Стоп! Резко поворачиваю к нему голову. Глаза расширяются, а рот приоткрывается в безмолвном состоянии.

— Доброе утро, Александрина! — такой официальный тон у него бывает лишь когда он собирается меня за что-то поругать. — Хорошо вчера время провела на вечеринке?

— Вполне. — ехидно улыбаюсь ему. Хоть я и ощущаю вину за то, что натворила в доме у Амели, сразу признавать ее перед Темой не собираюсь. Он сам меня бросил. Вот я и пошла в отрыв.