Зеркало надежды (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 61

– Антон Владимирович, я поступаю так от чистого сердца. А вы пытаетесь сейчас сравнять счет. Вам не кажется, что это немного неправильно?

Малена была сама искренность. Распахнутые глаза, чуть склоненная к плечу головка…

Антон даже чуть устыдился.

– Мама просила тебя привезти…

– Я им что – вещь, что ли? Возить они меня будут, блин! – вспыхнула Матильда, но мешать подруге не стала. Опять замолчала.

Малена отложила в сторону документ.

– Антон Владимирович, надеюсь, вы правильно все объясните матери. Как секретарь, я не могу пойти обедать с начальником, считая это недопустимым. Более того, с семьей начальника. Могут пойти разговоры, которые сильно подпортят мне дальнейшую жизнь и перспективы…

– К примеру? – заинтересовался Антон.

– Что я получила эту работу по блату. Или что-нибудь похуже – злые языки не регистрируются, как оружие, а убивают больше людей, чем пистолеты.

С последним утверждением Антон спорить не стал. С первым попробовал.

– Что плохого в блате?

– В моем случае – его отсутствие.

– Считай, он у тебя есть. С моей стороны…

– Антон Владимирович, на вашей компании свет клином не сошелся. Если я захочу уволиться рано или поздно… или вы меня уволите…

НЕ ДОЖДЕШЬСЯ!

Эти слова были крупным шрифтом написаны на физиономии шефа. Буквально-таки шестьдесят четвертым кеглем.

– Ваши друзья примут меня с радостью, но в мире есть и враги, и те, кто к вам будет безразличен…

Антон вздохнул.

– Малена, зачем все так усложнять? Мы ездили по делам, потом заехали перекусить, случайно встретились с моей матерью…

– Простите, Антон Владимирович, но поскольку это будет зависеть от меня, я против подобного сближения, – непреклонно отрезала Малена. И сунула в сканер еще один лист.

– Закажу обед сюда и мать вызову – припугнул шеф.

– Надеюсь, Ирина Петровна поймет меня правильно и не станет настаивать на продолжении знакомства, – не дрогнула Малена.

– У меня такое ощущение, что ты из прошлого века выпала, – огрызнулся Антон, понимая, что проигрывает.

Малена заменила лист в сканере, давая понять, что эта тема к рабочим не относится.

Может быть, Антон бы плюнул и вышел, но тут…

– Черти его принесли! – почти застонала Матильда, и Малена готова была к ней присоединиться.

В приемную, сияя белозубой улыбкой и пуговицами дорогого пиджака, заходил Давид.

Одного взгляда на лицо Антона Малене хватило, чтобы понять – тот полностью солидарен с Маленой. Именно, что черти…

– Тоха, привет. Малена, рад тебя видеть.

– Здоро́во, – кисло отозвался Антон, протягивая руку.

– Добрый день, Давид Эдуардович.

– Малена, пообедаешь со мной?

Малена и мяукнуть не успела. Антон отреагировал, как кошак, на территорию которого зашел другой уличный усатый-полосатый. Еще и на кошку покусился… Уаууууу! Мяуууууу!!!

– Малена сегодня не обедает.

– А что так? Тоха, брось начальника из себя строить, отпусти девушку.

Малена сунула в сканер еще один документ. Так спокойнее… не вмешиваться. Не надо…

Женщина, которая лезет в мужские разговоры, не просто выглядит дурой, она ей является. Пусть мужчины сами выясняют отношения, а она постоит в сторонке.

– И идет это из тех времен, когда стая волков грызлась за волчицу, а серохвостая стояла в сторонке и оценивала претендентов, – прокомментировала Матильда, вспомнив Джека Лондона.

– Вредина, – привычно отозвалась Малена.

– Зато я умная, красивая и обаятельная. И молчу.

Последнее было особенно ценно. Над головой секретарши разворачивались бури и ураганы.

– У девушки еще работы прорва!

– Работа не член, стояла и стоять будет.

– Это у тебя. А Матильде я не за то плачу, чтоб все стояло…

Антон осекся, поняв, что ляпнул, но было поздно. Малена подняла глаза от сканера и смерила спорщиков таким взглядом…

Аристократия. И больше тут ничего не добавишь.

Мужчины просто застыли на месте, вдруг осознав, что подобные выражения в присутствии девушки их не красят. И это еще мягко сказано.

Антон прокашлялся первым, но реабилитироваться не успел.

– Тошенька!

И в кабинет заявилась Ирина Петровна. Не одна.

– Песец пришел. И никого. Лишь я один – за всех,[23] – меланхолично процитировала Матильда.

Ирина Петровна была очаровательна.

Шикарный костюм, из тех, что выглядят просто, а стоят, как жигуленок-шестерка, туфли от кутюр, прическа и даже маникюр в этот раз. Она выглядела лет на пять моложе своего настоящего возраста и буквально лучилась дружелюбием. И было отчего.

В кильватере главного броненосца следовала девушка, которую Матильда охарактеризовала бы одним словом. Весьма нелестным.

Выдра.

Видимо, это и была та самая загадочная Ирочка. И ведь красивая, ничего не скажешь! Но – выдра!

Высокая, продуманно стройная, с округлостями в нужных местах, светловолосая, вроде бы даже натурально блондинистая, без помощи священной перекиси водорода, с большими голубыми глазами и правильными чертами красивого лица. И одета хорошо.

Скромный костюмчик голубого цвета, юбка приличной длины, чуть повыше колена, жакетик, кружево топа из-под него…

Красавица?

Да. Безоговорочно. И поставь ее рядом с Антоном – пара выиграет все конкурсы красоты. Все портил только взгляд, который ни капельки не компенсировала вежливая улыбка на розовых губках.

Взгляд был холодным, расчетливым и оценивающим. И – брезгливым. Ирочка явно не посчитала Малену своей соперницей. И то сказать – ни косметики, ни дорогой одежды, волосы – и те непритязательно стянуты в хвост.

Соперницу попытались стереть в порошок еще на первом этапе. В форме: «это что тут за чушка в дерюжке?»

Матильда почувствовала себе замарашкой.

Чувство это было весьма взрывоопасным, и Малена тут же перехватила контроль.

– Тихо, сестренка. Мы их сейчас всех сделаем! Только держись, не срывайся!

Матильда ощутила себя ежиком. Лучше бы бешеным дикобразом, и в атаку, но не стоит мешать Малене. Сестре Матильда верила. Так что сворачиваемся до поры, до времени в клубок – и колючки к бою!

– Молчу. Действуй…

Малена принялась сохранять все отсканированное. Мало ли кто тут шляется, работа важнее. И как-то так у нее это получилось…

Девушку словно аура спокойствия и безразличия окутала, почти физически ощутимая. Не внешнее выражение лица, нет.

Холоп отказывался подставлять свой чуб. Паны подраться решили – их проблема, а у него жатва, покос и вообще… тьфу на вас двенадцать раз. Сами разбирайтесь! Со стороны девушка выглядела полностью поглощенной работой так, что в голубых глазах Иришки промелькнуло недоумение.

Что происходит?

Она! Тут! Стоит такая вся из себя шикарная! А ее нагло не замечают!

Малена его не увидела, но догадывалась. Нетипичная реакция, не правда ли? Привыкайте, девушка, привыкайте. Это вам заняться нечем, а у меня дела, работа, забота…

А тем временем, над ее головой…

* * *

– Давид, солнышко! Ты тоже здесь?

– Ирина Петровна, не были б вы матерью моего друга – украл бы и увез. Такую красоту грех не украсть! – Давид широко улыбался, показывая даже зубы мудрости.

И в ответ получил такую же улыбку.

Понимаю, что льстишь, но так приятно… ври дальше.

– А мы вот хотели пообедать с Антошей и милой девочкой, – взгляд в сторону Малены был ну очень выразительным – и все равно пропал впустую, девушка как раз вытаскивала лист из сканера. – Я стою, жду сына, а тут меня окликает Иришка…

– Которая при полном параде аккурат в это время, в этом месте, совершенно случайно покупала тапочки…

Матильда выразила ту же мысль, что читалась на лицах присутствующих. В версию Ирины Петровны не поверил никто, но и возражать не стали. Вежливые.

Хорошо, что Матильду не слышал никто, кроме Малены. Иначе драки не избежать.