Принц под Новый год (СИ) - Обская Ольга - Страница 20

Эх, знала бы Дашка, как она недалека от истины.

– И кстати, – подруга полезла в свою сумку, – я же вчера из клуба ещё кое-что захватила.

Даша вложила в руки Кристины плюшевого медвежонка, которого Фердинанд для Кристи в конкурсе выиграл. Она прижала медведя к себе, и сердце заныло с новой силой. Так захотелось увидеть своего тропического принца, как никогда ничего в жизни не хотелось. Ощутить тепло его ладоней. Услышать какую-нибудь нагло-галантную фразочку. И это желание совершенно нестерпимо пекло грудь и норовило прорваться наружу горючими слезами.

– Крис, ну что с тобой? – обеспокоено спросила подруга.

– Даш, я его больше никогда не увижу. Он был моим принцем на 24 часа.

И Кристя собрала всё своё мужество, чтобы не расплакаться, потому что плакать было нельзя – в квартиру позвонили. Это наверняка родители – они обещали первого после обеда заскочить.

Она открыла дверь… и чуть не рухнула прямо на пороге. Не дал коленям подкоситься бешеный выброс адреналина, эндорфинов и что там ещё выбрасывается в кровь, когда человек испытывает дикое неконтролируемое счастье?

– Фёдор, – произнесла почёму-то шёпотом. Наверно боялась спугнуть это своё счастье, в которое не верилось.

– Да. Я опять наказан, – он расплылся в довольной улыбке, которой позавидовал бы Чеширский кот.

Она смотрела на него, боясь, что вдруг он сейчас возьмёт и исчезнет. Но он не исчезал. Стоял себе в белом спортивном костюме. Это наверно и есть Атиландский костюм для фехтования? С короной на голове. Куда ж без неё? И почему-то мокрый с головы до ног. С волос даже стекали струйки воды.

Дверь соседской квартиры, где проживала бдительная пенсионерка, начала распахиваться, и Кристя быстро втянула принца внутрь, чтобы избежать допроса. И как только они оказались в прихожей, он прижал Кристину к себе. Крепко-крепко, будто тоже боялся, что она возьмёт и исчезнет.

– Ты опять что-то сорвал? – она впитывала его тепло. Как ему удаётся даже мокрым быть тёплым?

– Да. Турнир по фехтованию.

– Как?

– Загнал своего соперника по поединку в фонтан.

Кристина рассмеялась. Бесконечно счастливо и опять почему-то шёпотом.

– Ты лучший срывальщик мероприятий в мире! У нас снова есть 24 часа? – спросила с надеждой.

– Думаю, даже немного больше. В этот раз дядя рассердился по-настоящему. Сказал, не заберёт меня отсюда, пока не растает снег – у него ревматизм, чтобы туда-сюда по морозу таскаться.

И Кристина снова рассмеялась.

– Обалдеть, какая ты красивая, когда улыбаешься, – он поймал её губы.

Это был совершенно срывающий крышу поцелуй. Как будто они не виделись вечность. До жжения под ложечкой. До цветных кругов перед глазами. До острого удовольствия, когда забываешь дышать…

– Кх-кх. Я… это… уже пойду, – Дашка с довольной физиономией пробиралась по стеночке к выходу.

Она стремглав нацепила пальто и сапоги.

– Крис, я пока не стала Толины вещи забирать, – иронично-ошалелым взглядом она указала на мокрый костюм принца, – мало ли? –  и, послав воздушный поцелуй, выскочила за дверь.

И вот после этих Дашкиных слов про вещи, до Кристины дошло, что неплохо было бы заставить Фёдора переодеться. А то она таки простудит своего тропического принца. В голове, правда, крутилась одна крамольная мысль - может, сделать это не прямо сейчас, а чуть позже, чтобы ещё немного полюбоваться рельефными мышцами, которые так соблазнительно подчёркивал мокрый костюм для фехтования.

И может, Кристя ещё бы долго тянула, но по закону жанра опять раздался звонок в дверь. Вот это уже точно родители. Упс. Дежавю. У Кристины принц опять в странном прикиде. Нет, костючик-то ему идёт, но как объяснить, почему мокрый?

- Федь, это мама с папой. Быстро переодевайся.

Она впихнула Фердинанда в комнату и пошла открывать.

Глава 24. Счастливый пельмень, или Сбывшееся желание

– Кристиночка, с наступившим! – бросилась обниматься мама и остолбенела: – Ой, а ты почему такая сырая?

Ну вот, что ответить? Кристина давила улыбку, но она упорно прорывалась поднятым уголком рта. Мама ещё ничего, а вот папа явно ошалеет, если Кристя скажет правду: обнималась с принцем, который перед этим решил пофехтовать в фонтане.

– Мам, я это… пельмени хотела поставить вариться – и так неудачно вышло. Налила полную кастрюлю воды, и в этот момент как раз вы в дверь звоните, – начала придумывать длинную неправдоподобную историю Кристя. – Я от неожиданности вздрогнула, кастрюля покачнулась…

– Ясно-ясно, – чмокнула мама в макушку. Вполне удовлетворившись рассказом дочери. Оказывается, ещё не разучилась Кристя выкручиваться. – Беги, переодевайся – простынешь ведь. Я пельменями сама займусь.

Теперь главное, чтобы принц успел переодеться. А то придётся рассказывать, что он тоже кастрюлю с водой на себя нечаянно опрокинул. Но Фердинанд не подкачал. Пока родители крутились в прихожей, снимая верхнюю одежду и разуваясь, он благополучно справился с задачей и вышел поздороваться вполне себе солидный в Толиных брендовых свитере и джинсах.

– Фёдор! – обрадовалась мама. – Так вот для кого Кристиночка пельмени варить собралась. А ну, мужчины, быстренько раскладывайте стол. Будем пиршествовать!   

Это было почему-то так весело – накрывать на стол. Папа и Фердинанд чинно ходили из кухни в комнату, относя закуски, а Кристина с мамой варили пельмени. И через несколько минут всё к пиршествованию было готово.

Все уселись за стол. И мама в этот раз предоставила слово для тоста папе. Но папа – не большой любитель речей, отнёсся к почётной миссии с настороженностью. Наморщил лоб и выдал:

– Поднимем наши бокалы… – помолчал немного и посмотрел в поисках поддержки на Фердинанда, – …так за что бы мы поднимем наши бокалы, Фёдор?

– А давайте, Дмитрий Дмитриевич, поднимем бокалы за то, чтобы наши леди чаще улыбались. У Людмилы Игоревны и Кристины такие красивые улыбки.

И мама моментально расцвела. Прям лучиться начала. Но ещё больше просиял папа.

– Вот! – «красноречиво» поддержал он тост.

И когда бокалы были осушены, можно было, наконец-то, приступать к пельменям. Фёдор уплетал и нахваливал, заверяя, что так вкусно, как готовит мама, не готовят даже на королевской кухне. И мама немного смущалась.

– Это просто, наверно, вы сильно проголодались, Фёдор. Да, Кристиночка?

– Наверно, проголодался, – усмехнулась Кристя, – после турнира-то по фехтованию... э… на пересечённой местности.

– Занимаешься фехтованием? – одобрительно посмотрел папа.

Принц кивнул, и примерно в этот момент у него вдруг резко замедлилась интенсивность жевания и чуть-чуть глаза на лоб полезли.

– Слишком солёно? – хитро улыбнулась мама.

– Ещё и слишком остро, – довольно крякнул папа.

– Дим, ты что, опять в счастливый пельмень ещё и перца сыпанул? – возмутилась она.

Кое-что остаётся неизменным. Мама каждый год лепит один особый пельмень – пересоленный. Но папа считает, что для сюрприза просто соли мало и добавляет незаметно ещё и перца.

Фёдор мужественно, практически не поморщившись, расправился с «сюрпризом».

– Мужик! – рассмеялся папа и протянул пятерню, чтобы пожать руку. – Слушай, Фёдор, а ты биатлон любишь?

Если бы принц хотя бы знал, что это такое.

– Давай посмотрим чемпионат. Сегодня в повторе по спортивному каналу показывают.

– Дим, – мама незаметно толкнула локтём папу в бок, – в другой раз. Нам же уже идти пора. Мы же к Кузнецовым ещё хотели зайти.

– К Кузнецовым? – удивился папа.

Мама ещё раз ткнула его локтём.

– А, ну да. К Кузнецовым, – резко вернулась к отцу память. – Да, точно, – он потянулся к салфеткам. – Действительно, нам уже пора. 

Вот такая у Кристи догадливая мама.

Они с отцом начали быстренько собираться. А Кристина с Фердинандом вышли в прихожую проводить.

– В нашей семье есть примета, – по ходу объясняла Фёдору мама, – того, кому попадётся счастливый пельмень, в новом году ждёт счастье – сбудется его самое заветное желание.