Ваант (ЛП) - Нэш Лайла - Страница 23

Глава 17

ИСЛА

Усталость давила на Ислу, но острая пища помогла взбодриться. Было мило, что Ваант заказал земную еду и огненные ксаравианские блюда, но она предпочитала специи его народной кухни, которые заставляли глаза слезиться. Исла чуть не задохнулась, выпив спиртного, но ей было необходимо набраться смелости, особенно после дикой скачки мыслей во время душа. Ваант выглядел еще более привлекательным в своей повседневной одежде — свободные брюки и рубашка, босые ноги и волосы, стянутые сзади и открывающие лицо. Каждый раз, когда он говорил, его хриплый голос посылал сквозь нее дрожь.

У нее не было возможности поговорить с Джесслин о культуре Ксарав и о том, что значат разные цвета кожи, но с тех пор как она вошла в каюту, Ваант был сине-фиолетовым. Периодически его чешуйки шуршали и двигались, и Исла отчаянно хотела прикоснуться к нему, почувствовать твердость и тепло его кожи. Ей было интересно, как он выглядит под одеждой, была ли физиология ксаравианцев похожа на человеческую. Исла видела, как он смотрел на нее, и видела некоторые универсальные знаки внимания. Она заметила, как Ваант уставился на ее грудь и попытался сесть удобней. По мере того, как они пили этот ужасный ликер по глотку за раз, вокруг становилось все жарче, а очертания стали терять четкость. Исла хотела чувствовать себя в безопасности и любимой. Весь мир и реальность вокруг нее рухнули. Больше не было ничего реального. А Ваант говорил ей правду даже тогда, когда она не хотела ее слышать. Он стоял рядом с ними и делал то, что было правильно. Исле нужен был кто-то вроде него в ее жизни, даже если это будет только временно.

Она не знала, сколько времени провела в его комнатах, — может часы, — к тому времени, как блюда опустели и осталось только спиртное. Ваант усмехался, пока Исла рассказывала историю о том, в какие неприятности они с Григгс попадали в академии, и как из-за этого их чуть не исключили. Кампус был в кинетической пене несколько недель, прежде чем они познакомились с Роуэной, придумавшей машину, которая смогла убрать всю пену.

Исла улыбнулась в стакан, сквозь нее прошла волна жара, когда она увидела, что Ваант смотрит на нее с очевидным голодом, несмотря на всю ту еду, что они съели.

— Я все еще обязана Роуэне за это. Я думаю, моя карьера закончилась бы очень быстро, если бы она не смогла избавиться от беспорядка на той статуе Ньютона.

Ваант улыбнулся, в тусклом свете его зубы сверкнули белым, а кости и бусины щелкнули, столкнувшись в его волосах, когда он качнул головой.

— Я не могу представить тебя устраивающей такие беспорядки. Григгс — другое дело. Но ты выглядишь слишком мило. Ты выглядишь как сторонница правил, до мозга костей.

— Сторонница правил? Слишком мило? — Исла приподняла брови и решительно выпрямилась. — Вы, сэр, многого обо мне не знаете. Я — та причина, по которой Григгс пришлось выучить столько боевых искусств.

— Верится с трудом, — его улыбка стала шире, когда он, откинувшись на диван, положил руки на подушки, заняв почти все свободное место. Исла и забыла, каким большим может быть ксаравианец, когда захочет. — Наверняка ты была идеальным ребенком. Никогда не капризничала. Всегда убирала свою комнату и заправляла кровать.

— Все это лишь оболочка, — сказала Исла, рассмеявшись. Она очень старалась соответствовать образу ответственного офицера Альянса, а теперь…. Вот оно. Все это было напрасно. Она могла бы начать наслаждаться тем, чтобы быть самой собой. Что означало напиться и соблазнить капитана инопланетного корабля. Исла поставила свой стакан и подалась вперед, позволяя вырезу позаимствованной рубашки в лучшем виде продемонстрировать ее ложбинку. — Ты даже представить не можешь.

— Я с нетерпением жду возможности узнать о тебе побольше, — сказал Ваант, слова звучали приглушенно из-за стакана, из которого он допил спиртное.

Исла подняла бутылку с ликером, которая стала значительно легче, чем была вначале, и поднялась на ноги. Брови Ваанта поползли вверх. Наблюдая за женщиной, он вытянул ноги, а руками сжал подушки рядом с собой. Исла должна была сосредоточиться на том, чтобы поддерживать штаны, пока обходила стол, держа бутылку.

— Будешь еще?

Ваант кивнул, его кожа стала сверкающе фиолетовой, ряд шипов шуршал, приподнявшись из-под волос. Исла не позволила себе отвлечься на то, как притягательно шелестели его чешуйки, и вместо этого уперлась коленями в диван рядом с ним. Ваант глубоко вздохнул и потянулся за бутылкой, но остановился, когда Исла, оседлав его бедра, уселась верхом. Она прижала руку к его груди. Между мужчиной и женщиной вспыхнул жар, когда Ваант поправил бедра, и Исла почувствовала, как возрос его интерес. Она отпила из бутылки и, держа спиртное во рту, потянулась вперед и прижалась своим ртом к его.

Он раскрыл губы и прикоснулся языком к ее губам, Исла поделилась с ним ликером. Ваант издал глубокий гудящий звук и крепко обхватил ее за талию. Исла, качнув бедрами напротив него, улыбнулась ему в рот, когда Ваант проглотил ликер и попытался сделать то же самое с ее языком. Она застонала, когда его рука, скользнув по спине, погрузилась в ее волосы, а другая сжалась вокруг талии, чтобы прижать ближе.

Наконец Исла прервала поцелуй, хватая воздух ртом, и задаваясь вопросом, может у ксаравианцев были жабры, и они могли дышать, не используя рот. Она откинулась назад, чтобы лучше его рассмотреть.

Ваант рычал, пока тянулся к переду ее униформы.

— Ты такая вкусная.

Исла улыбнулась, скользнув пальцами вниз по его груди, стала играть с поясом его брюк.

— А ты очевидно в отличной форме.

— Ты заставляешь меня желать нарушить кодекс, — проурчал он низким голосом. Ваант загипнотизировано играл с ее волосами, пропуская сквозь пальцы длинные локоны. — Я не собираюсь соблазнять тебя, Исла Леннокс.

— Но что, если я хочу соблазнить тебя?

Усмехнувшись, он наклонился вперед и поцеловал ее шею, плечо и грудь.

— Это тоже противоречит кодексу.

Исла моргнула.

— Что?

На фиолетовой коже Ваанта сверкали светло-золотистые дугообразные вспышки, он потянул Ислу за униформу, раскрывая ту спереди.

— О да. Есть много вещей, которые я хочу сделать с тобой, Исла. Начиная с прикосновений к каждому дюйму твоей мягкой кожи и заканчивая исследованием этих привлекательных округлостей.

Он сжал ее грудь, и ей показалось, будто в ее теле не осталось ни одной косточки. Исла схватилась за его запястья, чтобы не разлететься на части. Грубые ладони потянули за соски сквозь тонкую ткань ее бюстгальтера, голова Ислы откинулась назад, пока она покачивала бедрами на коленях Ваанта напротив твердой возбужденной выпуклости. Ньютон ей помоги. Слова застряли у нее в горле, и Исла прикусила губу.

— Разве ты не нарушаешь кодекс? Я н-не против, но это было бы ужасно, если ты…

Она замолчала, когда его рот опустился туда, где были его руки. Исла забыла каждое слово на высшем диалекте Ксарав, которое только знала.

Зарычав, Ваант посмотрел на нее, его глаза сияли серебристым и дымчато-серым. Он потянул за бюстгальтер, натягивая его, и Исла попыталась выпутать руки из лямок, чтобы продолжить изучать ксаравианца без каких-либо препятствий между ними. Шипы приподнялись, словно корона вокруг его головы, когда он еще больше раскрыл униформу на женщине и от прохладного воздуха по телу Ислы побежали мурашки.

— Кодекс явно не был рассчитан на тебя, Исла.

Все, что она хотела сказать, оказалось забыто, как только рот Ваанта захватил ее грудь с голодом, заставившим ее сжать бедра и выгнуть спину. Исла, схватив его за голову, запустила пальцы в волосы, чтобы сдержать себя, и Ваант застонал. Исле нравились звуки, что он издавал и то, что она была той, что заставляла его издавать их. Она неуверенным дразнящим движением погладила один из его шипов, но, когда Ваант зарычал, и его руки и губы прижались к ней сильнее, Исла поняла, что ему это понравилось. Она погладила шип долгим плавным движением и бедра Ваанта толкнулись вверх, почти сбросив ее.