Корона эльфийской империи (СИ) - Керн Максим "Sardo Numspa" - Страница 34

– К элю надо иметь привычку, – Глим назидательно поднял указательный палец.

– Помолчи, – уже в который раз попросила Ситана.

Глим в очередной раз послушно смолк, но ненадолго: стоило пролететь птице или мелькнуть за деревьями какому-нибудь зверьку, как все начиналось сначала. Он болтал на ходу, болтал, разжигая костер, болтал, помешивая в котелке кашу, задавал вопросы и сам же на них отвечал… К вечеру Ситана, которая в основном кивала, уже привыкла и смирилась, да и голова прошла, правда настроения от этого лучше не стало.

Когда гнома представляла себе войну, то видела сплошные поединки, драки. Вот она, размахивая топором, врывается в самую гущу битвы. А вот пущенный ее рукой кинжал летит в глаз огромному орку… На деле оказалось, что большую часть времени занимают переходы, переезды, поиск подходящего места для ночлега, готовка ужина. Уже к середине первого дня ныло все тело, но еще хуже было то, что Ситана ничего не умела. Разве что собирать хворост. Без Глима она оказалась бы совершенно беспомощной – не смогла бы даже найти воды.

– Откуда ты знаешь?..

– В хирде научили, – пожимая плечами, на все вопросы отвечал Глим.

Утром третьего дня они выехали на опушку леса.

– Поедем по краешку.

– А почему не прямо? – удивилась Ситана.

Она помнила, что сразу за лесом начиналась широкая дорога – именно по ней они ехали сюда с отцом.

– Граница уже недалеко – опасно, – пояснил Глим.

У Ситаны первый раз за два с половиной дня загорелись глаза, она попыталась спорить, но Глим покачал головой и свернул с основной тропы на едва заметную, уходящую вправо тропинку, по которой можно было ехать только по одному.

Скоро лес поредел и сменился кустарником. Тропинка пошла на подъем – сначала довольно пологий, затем все более и более крутой. Усталые пони начали спотыкаться, но непривычно молчаливый Глим упорно ехал вперед.

Привал они устроили, только когда почти поднялись на холм. Съехав с тропинки, Глим спешился и отыскал на склоне небольшую пещерку – там и развели костер. Вернее, костер, как обычно, развел Глим. Пока он устанавливал котелок с водой, Ситана осматривала местность. С этого холма начиналась целая гряда точно таких же, поросших кустарником холмов, слева внизу раскинулась огромная зеленая равнина, по которой вилась та самая наезженная дорога.

– Правильно делаешь – наблюдать надо из-за кустов, – похвалил Глим, когда она вернулась в пещерку.

– Ты что, за мной следил?

– Присматривал, – Глим бросил в похлебку какие-то корешки.

Фыркнув, Ситана присела к огню. Пахло вкусно, но есть совершенно не хотелось, поэтому, когда трещавший без умолку Глим протянул миску, она начала есть только потому, что есть было надо.

– Так и будем прята… – начала Ситана и, не договорив, замерла.

Сейчас отдаленные крики и лязг металла услышал и Глим. Отложив миску с недоеденной похлебкой, он поднялся и скрылся в кустах. Через мгновение за ним последовала Ситана.

– Откуда здесь орки? – спросила она, осторожно раздвинув ветки.

У подножия холма пятеро гномов отбивались от отряда из двенадцати орков – тринадцатый с проломленным черепом валялся на земле.

– Разведчики, – прошептал Глим.

Ситана напряглась в ожидании, что он скажет еще, и с облегчением выдохнула, когда Глим довавил:

– Надо помочь.

***

Я ошибся. Карета оказалась весьма просторной и комфортабельной. Гномья работа, как-никак. У неё была пружинная подвеска! Благодаря этому ход кареты был достаточно мягким, и можно было не опасаться отбить себе задницу на выбоинах. До асфальта на дорогах здесь ещё не додумались, а мощёные мостовые были только в столице. Диваны, на которых сидели я, мастер Груммботт, и Нарви, были мягкими, и обтянуты красным бархатом. И, что меня убило, у стенки, под окном, оказался раздвижной столик, точь-в-точь, как в наших поездах! И откидные верхние полки тоже были. Не хватало только характерного перестука колёс, и проводницы, разносящей чай в гранёных стаканах с подстаканниками.

Мастер Грумм сидел возле окна, с мрачным видом озирая окрестные пейзажи.

– Наставник, что случилось? Вы боитесь, что мы не справимся с личем?

Гоблин тяжело вздохнул, и вытащил из кармашка своей хламиды маленький невзрачный камешек.

– Что это? – заинтересованно спросил я.

– Это камень, в котором Каменный Призрак попал во дворец. Я обнаружил его по остаточным эманациям силы. Заклинания, знаешь ли, сразу не развеиваются.

– Так это значит, что…

– Да, призрака во дворец подкинули.

– Но зачем? Кому это было нужно? Что за странное покушение? Я как раз хотел вас тогда об этом спросить, помните?

– Зачем? Включи голову, или что там у тебя вместо неё, и подумай! Каменный призрак не нападёт на эльфа, вы слишком сродни с деревьями, он привык охотиться на гномов. Нет, напасть он может, конечно, но только защищаясь.

– Но тогда, получается, его целью были гномы. О, дьявол…

– Что, дошло? – невесело усмехнулся гоблин, – Всё верно. Посол Фундин к тому моменту ещё не успел переехать в посольство, и жил в гостевом крыле, вместе с Нарви. Только представь, что было бы, если бы посол погиб?

– Но какой смысл было подкидывать один камешек во дворец? Ведь, если бы понакидать таких камешков в гномьем квартале, то жертв было бы куда больше.

– Понакидать? Ты думаешь, что загнать Каменного Призрака в этот камешек так просто? Нет, ученик, это совсем не просто, это может сделать только некромант большой силы. Да и призрака этого не так просто изловить.

Я обхватил руками голову. Это что же получается? Диверсия? Или саботаж? И опять некромант.

– Опять он? – вопросительно посмотрел я на наставника.

– Больше некому. Кому-то ты перешёл дорогу, ученик. И перешёл серьёзно. Все эти покушения исходят из одного источника, и начались они вскоре после того, как у тебя появилось вот это, – гоблин ткнул сухим пальцем в мой шрам. – Что-то ты недоговариваешь, и мне это не нравится.

Мастер прокурорским взглядом пытался просверлить во мне дыру, но меня этим не проймёшь, наш главред был покруче, и своим взглядом мог посрамить самого Мюллера.

– Я не помню, что тогда произошло, учитель. Абсолютно ничего.

Гоблин ещё немного посверлил меня своими глазками, пожевал губами, и наконец засунул камешек обратно.

– Верю. Тебе нет смысла лгать, на кону стоит твоя жизнь.

– Нарви, а ты не видел Глима и Ситану? – повернулся я к гному, решив сменить тему. – Что-то они пропали в последнее время.

– Глим исчез, ваше величество, – отвёл глаза Нарви. – Мы перерыли весь дворец, но так его и не нашли. Димбл обошёл весь гномий квартал, заглянул в каждую таверну, но он как в воду канул.

– Ситана тоже пропала, – произнёс наставник. – Вот что я нашёл в её комнате.

С этими словами мастер Грумм вытащил из очередного карманчика маленький амулет на кожаном шнурке.

– Как пропала?! – вскочил я. – Назад, немедленно! Её нужно найти!

– Сядь, не суетись! – рявкнул на меня гоблин. – Я догадываюсь, где она может быть.

Я рухнул обратно на диван, с надеждой смотря на мастера Груммботта.

– Ситана умная девочка. Этот амулет делал я лично. И она догадалась, что я смогу найти её, где угодно по этому амулету. Поисковое заклятье сотворить недолго. Поэтому она его и оставила, не хотела, чтобы я её нашёл.

– Но зачем?

– Она рвалась воевать с орками, – недовольно проворчал наставник. – У нас вышла размолвка по этому поводу. Вбила себе в голову, что может воевать наравне с мужчинами! Упёртая, как горная хмырза!

Нарви хрюкнул, но, когда мы посмотрели на гнома, сделал вид, что просто закашлялся.

– Димбл говорил, что она постоянно о чём-то шушукалась с Глимом, – прокашлявшись, сказал Нарви. – Его ведь тоже в хирд не взяли, так как у него договор не закончился. Он очень переживал по этому поводу.

– Так вот оно в чём дело. Вдвоём сбежать решили! Ну, поймаю я их, месяц на задницы сесть не смогут! – стукнул по колену гоблин.