Корона эльфийской империи (СИ) - Керн Максим "Sardo Numspa" - Страница 57

– Приказ Тиларина, – он только заглянул и сразу же вышел.

Перетягивая на ходу волосы кожаным шнурком, Ситана поспешила следом.

В противоположность отцу, который шагал, не оглядываясь, Глим оборачивался к Ситане чуть не на каждом повороте и вообще сиял, как начищенный медный котел. Вскоре, однако, ей стало и не до отца, и не до Глима.

Центральная галерея буквально гудела от множества приглушенных голосов. И сама она, и прилегающие к ней галереи поменьше были запружены любопытными. Не сумевшие попасть в Королевский зал, они толпились по обе стороны – взволнованные, в лучших своих одеждах. К распахнутым дверям Королевского зала вел лишь узкий проход. Да и тот оставался исключительно благодаря усилиям личной охраны короля Морхина.

Первым к дверям проследовал отец, за ним Глим – и уже за ними Ситана.

– Сюда, сюда, – зашептал рыжий.

Хорошо, что он это сказал, а то она так и пошла бы за отцом.

Едва они с Глимом заняли место в строю хирдманов, распахнулись двери, ведущие в королевские покои.

– Его величество…

По мере того, как перечисляли имена и титулы королевской семьи, Ситана чувствовала, как у нее начинает пересыхать в горле. Попыталась сглотнуть, но не получилось. Потом начала бить дрожь. Незаметно сжала пальцы на рукояти кинжала, но не помогло. В конце концов, начали дрожать коленки.

– …Повелитель Крылатых Владык, король эльфов Тиларин Риваэль из рода Лиоран!

Дрожь прекратилась сразу, но теперь Ситана не могла вздохнуть. Тиларин подошел к первому из строя хирдманов, потом к следующему. Он говорил каждому что-то ободряющее, шутил и одному за другим вешал на шею золотую звезду. Ближе, еще ближе…

– Дара Ситана…

Он говорил что-то еще, но Ситана поняла только свое имя. Тиларин был совсем рядом, живой и улыбающийся, и она сразу вспомнила ту ночь, когда, спасаясь от каменного призрака обняла его за шею… Гнома невольно вздрогнула, когда наяву его руки легко коснулись ее волос, и послушно наклонила голову, а когда подняла, увидела его глаза – желтые и с вертикальным зрачками.

Не отрывая взгляда, Тиларин подал какой-то знак, и к ним приблизился Нарви. Собравшиеся ахнули. Опомнившись, Ситана заглянула в раскрытую перед ней коробочку…

– Скоро праздник. И я приглашаю вас, дара Ситана, на королевский бал. Примите эти украшения как знак моего восхищения вашей доблестью и красотой. Вы придёте?

Нет, все это было на самом деле: и коробочка с изумрудами, и принцесса Ликена, почти свернувшая шею, силясь их разглядеть, и Тиларин…

– Да, – Ситана улыбнулась и мысленно показала Ликене язык.

***

Ситана почти не удивилась, обнаружив у себя в спальне принцессу.

– Покажи! – сидевшая напротив зеркала принцесса лениво протянула руку.

Злости, как в прошлый раз, после того званого обеда, у Ситаны не было: она все еще помнила улыбающегося Тиларина, мысленно слышала его голос; поэтому просто покачала головой.

– Ты отказываешь своей королеве?

– Королеве? – переспросила Ситана.

– Ну, конечно же, дурочка. Я буду королевой, а ты… Ах, мужчины, они такие… – Ликена закатила глаза. – У них тоже есть свои слабости. Просто умные жены делают вид, будто ничего не замечают. Давай, показывай! – уже с раздражением в голосе добавила принцесса.

– Нет!

Ликена покраснела от злости, но словно передумав, вдруг рассмеялась:

– Обожаю своих подданных, просто обожаю. А они такие неблагодарные. Вот хотела помочь: какое-нибудь мое старое платьице наверняка подошло бы к тем побрякушкам, которые подарил тебе мой дорогой Тиларин…

«А ведь я могла стать ее фрейлиной», – глядя, как принцесса достает из корсета кружевной платочек и промокает невидимую слезу, с отвращением подумала Ситана.

Когда она была еще совсем девчонкой, король Морхин предложил отцу взять ее в свиту принцессы. Но Ситана всегда тянулась к оружию и любила смотреть на поединки.

«Как хорошо, что я пошла учиться к мастеру Дугри…»

– Ох и посмеюсь же я на этом балу!

Ликена убрала платок и уже не сидела, а стояла – похоже, собиралась уходить.

«Слава Крылатым!»

Однако Ситана явно поторопилась воздавать хвалу Крылатым Владыкам, потому что перед тем, как уйти, принцесса обернулась и прошипела:

– Берегись!

И от души хлопнула дверью.

Ситана покачала головой: Ликены она не боялась – гораздо больше пугало другое: где взять платье? Конечно, на бал можно пойти и в одежде хирдмана, но украшения! Тиларин ведь подарил ей изумруды не для того, чтобы они лежали в коробке или в шкатулке. Ситана раскрыла обитую красным бархатом коробочку и замерла. Там, в Королевском зале, она больше смотрела на Тиларина.

«Я даже его не поблагодарила…» – только сейчас со стыдом вспомнила Ситана.

Она повернула коробочку к свету: темно-зеленые камни блеснули льдисто-голубым. Полюбовавшись на игру камней, вытащила сережку и наклонилась к зеркалу примерить. Не тут-то было: похоже, мочка заросла намертво.

«Ну уж нет!» – Ситана закусила губу и с силой надавила на след от прокола.

Получилось. Как ни странно, со второй серьгой мучиться не пришлось: та вошла легко. Покрутив головой перед зеркалом, гнома надело кольцо – оно пришлось на безымянный палец; потом расстегнула куртку и, оттянув ворот рубахи, приложила колье.

«Неужели это я?» – подумала Ситана и улыбнулась, но тут же вспомнила про платье.

Помочь могла только тетушка Добира. Кстати, и бороду надо вернуть.

Сложив украшения обратно в коробочку, Ситана уже хотела оставить ее рядом со шкатулкой, но вспомнила про принцессу Ликену и положила подарок Тиларина в самый низ походного мешка.

***

Тетушка Добира жила на два яруса ниже. Сбегая вниз по лестнице, Ситана вспоминала, как в детстве, тоже очень торопилась и, перепрыгнув сразу через несколько ступенек, упала и разбила нос.

– Моя девочка! – всплеснула руками тетушка, и точно так же, как тогда, обняла Ситану. – А я жду-жду. Все думаю, когда же ты ко мне заглянешь!

Ситана покраснела: вроде бы собиралась чуть не каждый день, а дошла только сегодня, и то потому, что понадобилось. Она вытащила из кармана и протянула сверток с бородой.

– Пригодилась? – усмехнулась Добира.

– Еще как!

– Ты проходи, проходи, сейчас керта заварю…

До платья разговор дошел очень нескоро: Ситана подробно рассказала о своем побеге из эльфийского дворца, о первой стычке с орками, о драконьем огне и возвращении домой… О том, как Глим дергал ее за бороду, проверяя, крепко ли держится, тоже не забыла.

– Глим-то теперь важный стал! – отсмеявшись, сказала тетушка. – И женился, и большим командиром стал.

Наконец, добрались до подарка Тиларина и приглашения на бал.

– Не расстраивайся, дочка! У тебя есть твоя тетушка Добира. Так какого цвета камешки?

– Темно-зеленые… Чистой воды.

– Это же Драконьи слезы! – ахнула тетушка.

Ситана кивнула и опустила глаза от смущения. Ей никогда в жизни не делали такие дорогие подарки, и ей стало как-то неудобно, вроде как она хвастается. А когда подняла, тетушка уже рылась в сундуке:

– Это не годится… и это тоже… Вот! – она вытащила сверток шелка бежево-золотистого цвета. Ну-ка, давай прикинем!

Она развернула ткань и набросила на плечи Ситаны:

– И к камням подойдет, и к твоим волосам! Что с тобой, дочка?

Вместо ответа Ситана развязала шнурок и тряхнула головой.

– А-а-а… боишься, слишком короткие? – сразу же догадалась тетушка. – Да я тебе такую прическу сделаю – принцесса Ликена просто лопнет от зависти!

«Хотела бы я на это посмотреть», – усмехнулась про себя Ситана.

***

Хранители были в шоке, когда я продемонстрировал им свой новый окрас. Оказывается, золотой цвет очень редок среди драконов, за всю историю этой расы золотых драконов, не считая меня, было трое. И каждый раз золотой дракон появлялся в очень важный для всей расы крылатых властителей момент. И последним до меня золотым драконом был тот самый Алгот Марун, объединитель и первый король драконов. Хранители, кстати, именно так и стали меня называть. Я не препятствовал. Ну, не называться же мне эльфийским именем – Тиларин, или своим старым, человеческим, почти позабытым – Алексей Воронцов? Так что пусть их. А у меня сейчас хоть свободное время появилось. Дракончики были в надёжных руках – мои гвардейцы души в них не чаяли, возились с ними днями напролёт. Все остальные гномы смертельно им завидовали, но мой отряд посчитал "присутствие при родах" своей привилегией, и никого к детёнышам не допускал. Даже короля Морхина. Я их как-то в шутку назвал "сектой свидетелей дракона". Но мою шутку не поняли, и теперь моих гвардейцев именовали именно так. Мда, дошутился…