Дом Эмбер (ЛП) - Мур Келли - Страница 40

Он снова фыркнул. И я поняла, что меня простили за все ужасные вещи, которые я выкрикивала на кухне.

— Прости меня, — всё же произнесла я. — Я не имела в виду то, что я сказала моей матери. Иногда она сводит меня с ума. Мы с тобой друзья.

— Нет, — торжественно сказал он, — мы больше, чем друзья.

— Ты о чем?

Он улыбнулся.

— Мы родственники, помнишь?

— Точно, — я улыбнулась в ответ. — Мы кузены.

— Я провожу тебя назад, — сказал он. Он взял меня за руку и повел по тропинке. Я позволила себе насладиться чувством, которое давала его рука, твердая, безопасная, после моего почти что падения. Когда мы выбрались из леса, было не так уж темно.

— Как ты думаешь, сможешь добраться отсюда и не свернуть себе шею, сестренка?

— Обещать не могу, — сказала я, — но я постараюсь.

— Ну да, ты постараешься, — улыбаясь, сказал он. — Сегодня будет охота за сокровищами?

— Завтра, — ответила я. — Мне кажется, мне лучше пойти лечь.

— Убедись, что сначала ты поешь немного крабов. — Его голос долетел до меня из темноты деревьев. — Спокойной ночи, Сара.

Мой папа снова приехал на ужин.

— Звонил Сэмми. Сказал, что он поймал крабов, которые мне нужно приготовить, — пояснил папа.

Отличная работа, Сэмми. Я слегка беспокоилась о том, что мне придется готовить, с чем в основном справлялся папа. Я не слишком любила крабов в плане готовки.

Где-то минут через двадцать мы вчетвером уселись за стол и занялись серьезной работой по извлечению мяса. Мама разбила панцирь для Сэма, но он самостоятельно всё вынимал. Мы с ним оба ели крабов с того момента, как мы начали жевать.

После ужина папа пошел укладывать Сэма, а я начала уборку. Мама пошла в столовую, чтобы поработать над вечеринкой, всё для которой она разложила по всему столу.

Папа собирался вернуться и помочь мне, но он добрался только до столовой. Его приглушенный голос долетал до меня.

— Я не могу понять, почему ты используешь Сару как повод для этой вечеринки, Анна.

Я не расслышала ответ мамы, но её голос был грубым и защищающимся. Я выключила воду и подошла ближе к двери в столовую.

— Ты собираешься так или иначе получить кучу денег с этого места, — продолжал папа. — Тебе не обязательно смущать твою дочь ради лишних пары сотен.

— А как насчет лишних нескольких тысяч? Или пары миллионов, которые добавятся на аукционе. Но давай исключим из уравнения деньги, Том. Может быть, я просто думаю, что когда-нибудь это будет важно для Сары, вспоминать об этой вечеринке в доме её семьи. Почему тебе никогда не приходит в голову, что я могу думать о ком-нибудь кроме себя?

— Может быть, исходя из опыта совместной жизни.

— О, чудно, — мама набросилась на него. — Давай просто вскроем все старые раны, да? Снова переворошим прошлое. Потому что не я была той, кто предал наш брак.

Я услышала достаточно. Я вышла за двери в задний коридор.

Мужчина, которого я не узнавала, прошел через арку в западном крыле. Моя бабушка следовала за ним, её лицо скривилось от злости.

— Если ты уйдешь, то больше не возвращайся, — прорычала она. — Не звони, не пиши и не показывайся здесь больше.

Мужчина продолжал идти через арку к передней.

— Я скажу девочке, что ты умер, — кричала ему вдогонку Ида. — Я больше не хочу видеть твое лицо… Она исчезла в арке позади него, и её голос выключился, как свет.

Я побежала по тому же маршруту, что и они. Мне необходимо добраться до лестницы до того, как мои родители закончат ругаться, до того, как мой папа пройдет через передний зал, я не хотела, чтобы они знали, что я слышала. Почему-то это было даже хуже, чем если бы их видел кто-то ещё.

Я закрыла дверь в свою комнату и свалила за ней одежду. Это заглушит свет и будет сложнее открыть дверь снаружи.

Но мне нужна была компания. Мне нужно было быть с кем-то, кто прошел через похожую ситуацию. Я не хотела чувства одиночества.

Я вытащила коробку с дневниками и фотографиями, спрятанную под кроватью. Затем вытащила написанные от руки записи Фионы.

Поздняя весна 1750? Я проследовала за бабушкой через туннель к Дому Сердца. Но когда я достигла двери, я случайно прикоснулась к ней и увидела прошлое. Маленькая девочка в светлом платье стояла в центре комнаты. Она чувствовала сожаление по поводу маленького дома. Она наблюдала, как рабы укладывали последние кирпичи, которые закрывали окна и не впускали свет. Она сказала своей компаньонке, подростку-негритянке:

— Дом Сердца будет таким одиноким. Кто придет навестить бабушку и дедушку, когда папа похоронил их?

Старшая девочка закрыла свои глаза и сконцентрировалась.

— Они найдут их путь, мисс Дейрдре. Все, кто захочет.

Я вернулась обратно в непроглядную ночь туннеля, который сейчас сиял, был погребен и завешен корнями из живой изгороди. Я задумалась о тех, кто может прийти и о ком я никогда не узнаю. О девочке, и о том, сможет ли она сделать то, чего я не смогла — спасти Персефону.

Опять Персефона. Эта потерявшаяся девочка. Мне стало интересно, искал ли её кто-нибудь. Кто знает? Кто-нибудь вообще знал о её существовании? Фиона какое-то время провела в лечебнице. Я вернулась к её записи, которая была не закончена:

Затем я зажгла фонарь, который взяла с собой и прошла обратно наверх через потайную дверь в самом сердце лабиринта.

Потайная дверь в центре лабиринта? Бог ты мой.

Я сжала книгу в объятиях, искренне радуясь. Туннель. И погребенный дом. И кто знает… потерянные алмазы Капитана? Азарт охотника за сокровищами снова охватил меня. Я не могла дождаться, чтобы рассказать обо всем Джексону.

Может быть, здесь было что-то ещё.

Я посмотрела на следующую запись, но она была датирована 1761, на год позднее. Без какой-либо последовательности в содержимом дневника не было никакой возможности найти продолжение истории, если оно вообще было.

Май, 1761. Эдвард снова был рядом со мной и снова, как обычно, заставил меня покраснеть, что, как я полагаю, и вызвало видение. Я оказалась в библиотеке и увидела молодого Капитана, который сопровождал Дейрдре, улыбаясь, когда придерживал для неё дверь. Её лицо было таким жаждущим, таким нежным, так хотевшим поцелуев. Но когда он наклонился и его пальцы лежали на янтаре, свисающем с её шеи, я не смогла избавиться от мысли, вспомнив фразу из сказки: «Какие большие у тебя зубы».

Я невольно вздрогнула. Те же самые слова. Она думала точно теми же словами. Можно ли унаследовать способ мышления — не так, — мысли твоей безумной прапрабабки?

Я прикоснулась к янтарю на своей шее. Казалось невероятным то, что он был в точности таким же, какой носила Дейрдре. Хотя почему нет? В конце концов, это ведь был Дом Эмбер, где с прошлым никогда невозможно распрощаться окончательно.

Я засунула дневники обратно. Затем разблокировала двери и выглянула наружу. В доме было темно. Папа, наверное, уехал, а мама отправилась спать. Я закрыла двери и отгородилась от темноты. Затем пошла спать с включенным светом.

Глава 15

Роза вернулась на кухню на следующее утро и любезно приготовила завтрак для Сэмми.

— Утро доброе, — поздоровалась она. Кажется, она была раздражена. Даже больше, чем обычно.

— Доброе утро, Роза. Как прошла поездка в Александрию?

— Хорошо, спасибо. Слышала, что вы с Джексоном хорошо проводили время, пока меня не было.

— Хм? Ах да. Мы выиграли на регате. Было здорово. Джексон рассказал вам об этом?

— Нет. И словом не обмолвился. Видимо, он догадался, что я это не одобрю.

Я была удивлена. Почему она этого не одобряла?

— Джексон говорил тебе что-нибудь? — спросила Роза. — О своей проблеме? Он должен был упоминать.

Я уставилась на неё, не желая уточнять, о чем речь. И не слишком уверенная в том, что хочу это услышать.