Хроники Красного Литейщика (СИ) - Самсонов Владимир - Страница 8

На площадях уже чернели тела погибших, а высокие баррикады перекрывали улицы, на перекрёстках которых пылали БМП. Красный Литейщик слаженно окружали прибывшие на помощь внутренние войска. Но, как только солдаты вдохнули отравленный воздух, попробовали отравленной воды, с ними случилось тоже, что и с жителями города.

Туннельщик вёл троицу к безопасному выходу по заваленному хламом коллектору. Проходя мимо заваренных люков, они слышали стрельбу, крики и грохот взрывов.

— Что там, на хрен происходит? — спросил сам себя Захар, копаясь в новостях интернета. — Беспорядки? Как кстати….

В это мгновение он ощутил прилив беспричинной ярости, требовавшей выхода. Покрасневшими глазами обвёл сообщников, прочтя на их лицах гнев. Это заставило его взять себя в руки.

— Чё встали?! — зарычал он. — Вперёд!

Они двинулись дальше. Пройдя несколько кварталов, Тунельщик остановился, прислушался.

— Люди, — прошептал он. — Дышат странно, молчат. Надо обойти.

В других обстоятельствах они бы сразу повернули назад, но дурманящая мозг злоба, требовала крови. Как только лазерный луч целеуказателя Захара прорезал тьму, оттуда раздалась автоматная очередь, размозжившая ему голову. Визжащий от страха Туннельщик нырнул в затопленное ответвление коллектора, скрывшись под водой.

Пират рванул на себя зазевавшегося Художника и, прикрываясь его изрешечённым телом, прыгнул вслед за проводником. Коллектор осветился подствольными фонарями бойцов спецподразделения.

— А ну вылезай падла! — через противогаз крикнул капитан, барахтающемуся в воде Пирату. — Поднимите его!

Два бойца схватили Пирата под руки и бросили к ногам капитана. Пират свернулся в позу эмбриона, застыл.

— Встать! Руки в гору! — крикнул один из бойцов.

Пират медленно встал, поднял руки вверх, разжал кулак. На пол упали три чеки от самых мощных гранат из арсенала покойного Оружейника. Они предназначались для подрыва бронеавтомобилей.

Пышущая злобой толпа вооружённая чем бог послал, шла на полицейский заслон, вставший стеной у мэрии. Под землёй гулко ухнуло, и кусок проезжей части провалился вниз, прихватив с собой с десяток полицейских и участников беспорядков. Тут же из разорванной трубы ударил фонтан ледяной воды, которая на некоторое время привела в себя пышущих злобой человеческие массы. Опомнившись, люди бросились на помощь провалившимся, вытаскивали их наверх, приводили в чувство потерявших сознание.

Кто-то стал выбрасывать на асфальт части тел бойцов спецподразделения. Пробравшись в развороченный коллектор в поисках бедолаг, люди увидели, как тощий, шатающийся от контузии человек, с кошмарным ассиметричным лицом скрылся за поворотом туннеля, волоча за собой два ободранных баула.

— Туннельщик, — прокатилось по толпе.

«Главконтроль» выбивался из сил, ища противодействие неконтролируемой агрессии. Наконец исчерпав все возможности, решил просто закачать в пещеру несколько тонн военного пирогеля и сжечь опасную смесь к чёртовой матери. Командование военного округа, видя ужасные последствия влияния химических испарений на солдат, дало добро.

Целую неделю из всех подземных щелей валил чёрный дым. Водопровод был полностью отключён. Воду в город доставляли в цистернах, канистрах и больших бутылях. Постепенно беспорядки пошли на убыль, мёртвых похоронили, ничего не понимающих виновников препроводили в КПЗ, город вновь зажил обычной жизнью.

Полковник Яров сидел в кабинете, читал новости из интернета. На глаза попался баннер сайта посвящённого Туннельщику. Он перешёл по ссылке. В кабинет вплыла секретарша с подносом кофе и плюшками.

— Глянь-ка Аллочка, какую белиберду пишут наши желтушники, — возмутился он, начав читать заголовки статей. — «Туннельщик расправился со спецназом», «Таинственное исчезновение банды налётчиков в логове Хозяина Стоков», «Кто прибрал бандитские деньги или Туннельщик на охоте», «Обвал улицы — паранормальные способности Подземного Барона», «Беспорядки — месть Туннельщика» и прочее, прочее, прочее. Может прикрыть их? — поинтересовался он у секретарши.

— Зачем? — сказала Алла. — Пусть все верят в очередную легенду. Пусть обвиняют несуществующего урода. Эти домыслы нужно поддерживать, они помогут скрыть недостатки, замаскировать просчёты.

— А ведь верно, — задумался Яров. — Ну, пускай живут… пока.

В подпольной операционной доктора Кальценберга, расположенной за городом в уютном сосновом бору, было тихо, как на погосте. Бандиты не тащили корешей с огнестрелом, дочки высокопоставленных бонз не восстанавливали девственность после выпускных балов. Про левые аборты вообще можно было забыть, а отпечатки пальцев и уголовные татухи тоже давно никто не сводил. Беспорядки подорвали основу бизнеса. Доктор скучал над шахматной доской, коротая время за игрой с самим собой. Сегодня он явно проигрывал противнику….

В калитку позвонили. Доктор подошёл к видеодомофону. На экране показался тощий парень в бейсболке закрывающей верхнюю часть лица и медицинской маске скрывавшей нижнюю. В руке у него был большой пластиковый пакет.

— Слушаю Вас, — сказал доктор.

— Здесь дом Кальценберга? — спросил тот.

— Допустим.

Парень снял бейсболку, опустил вниз марлевую повязку. Доктор ахнул, такого экземпляра он ещё не встречал. Парень раскрыл пакет. Он был до отказа забит пачками денег. Кальценберг нажал на кнопку открытия калитки и выбежал радушно встретить дорогого гостя.

Парень сидел в небольшой приёмной, нервно теребя бейсболку. Перед ним был небольшой столик, заваленный глянцевыми журналами.

— Случаем не с Туннельщиком имею честь? — спросил доктор, заканчивая пересчитывать деньги. — Или лифтом прищемило?

— Лифтом, — кивнул парень.

— Что ж, — закончил подсчёт, обрадованный суммой Кальценберг. — Пластика до ластика? Выбирайте образ, — он указал на журналы, на обложках которых красовались женщины и мужчины модельной внешности, а так же известные киноактёры.

— Любой? — удивился Туннельщик.

— Любой, — подтвердил доктор. — А на сдачу таки справлю Вам реальный паспорт любого государства и диплом кандидата наук.

Туннельщик развернул первый попавшийся журнал. От будущих перспектив и возможностей у него помутнело в глазах. Наконец-то все его мучения закончены и теперь он сможет стать кем захочет.

— Это, — парень ткнул пальцем в фото брутального, мускулистого мужчины, облокотившегося на мачту белоснежной яхты.

ОРДА

Карьера — для одних это слово равносильно жизни, для других — приятное дополнение к работе, для третьих — пустой звук. Для Романа Брома она была смыслом существования. Ещё в школе, когда нормальные сверстники ухаживали за одноклассницами, он, насмотревшись шикарной жизни по телевизору, начал задумываться о богатстве, власти, статусе. Именно тогда слово «карьера» стало для него синонимом благосостояния. Теперь любое его действие строго соответствовало движению по карьерной лестнице. Рома начал со старосты класса. Он старался выделиться среди учащихся, стать на голову выше любого, быть замеченным учителями.

В институте стал старостой курса. Был в каждой бочке затычка, знал про всех и вся. Часто пользовался этими знаниями в корыстных целях, за что был неоднократно бит в подворотне, но это только укрепило его веру в волшебство карьеры.

На последнем курсе ВУЗа Рома решил вступить в местную ячейку ППКЛ (Партия Процветания Красного Литейщика). Он недолго находился на шестых ролях. Заметив рвение новичка, среди которого выделялось откровенное стукачество, старшие партийцы приподняли его до заместителя руководителя ячейки сразу по окончанию учёбы. Частые заседания не приносили никакого удовлетворения, они лишь отнимали драгоценное время, отведённое на движение к цели. Рома стал понимать, что угодил в настоящее партийное болото.

Однажды их посетил мэр, похваливший за оказанную помощь в переизбрании, то есть в агитации населения. И вот тут Рома понял, куда нужно держать путь — в областную думу, а оттуда в мэрию. Но чтобы попасть в депутаты нужно чем-то реально, а лучше не реально отличиться. Например, помочь населению с ремонтом дороги или ещё чем. Главное стать замеченным до участия в выборах, которые состоятся совсем скоро. Заручившись поддержкой старших по партии, Рома включился в предвыборную гонку.