Древний род: Сотый Богомир (СИ) - Погонин Евгений Юрьевич - Страница 76

- Стой, - встрепенулся тот, устремляясь за мной - мы же, вроде как, в дозоре?

- Если выгорит то, что я задумал, дозор здесь больше не понадобится - скороговоркой ответил я и ускорил шаг, а мой мозг принялся за работу с удвоенной скоростью.

Но, прежде чем сообщать коллегам о посетившем меня прозрении, я хотел побольше разузнать про левобережье и про самих кабанов, особенно про то, насколько они терпеливы к людям.

На пути назад, у пеньковой делянки, мы повстречали нашу смену, в лице Васи Зимы и двух освобожденных, один из которых был кентавр белоснежного окраса, прямо не конь... то есть полу-конь, а красавец, по имени Вовка. Его то мы у Васи и конфисковали, отправив галопом к Пороховщикову с поручением, чтобы тот, в темпе вальса, возвращал Николая из дозора. Как он будет это делать, его проблемы.

Николай обладатель руны ветра и если он не захочет чтобы его нашли, то все потуги отыскать его, будут бесполезны. А пока Дима занимался этим вопросом, мы с Кузьмой, среди освобожденных которые словно муравьи, таскали на склон всякие нужности, по одному и тому же маршруту, нашли двух бывших рабов из геологов, которые, по поручению бывших хозяев, бывали в стойбище кабанов, выискивая признаки залежей железа, а еще лучше серебра или золота.

Один из геологов был человеком лет эдак пятьдесяти, по имени Александр, а вот возраст второго, я определить не смог, так как первый раз увидел обращенного в белого полу-медведя.

- Значить Борис - повторил я имя беляка (белый полу-медведь), 'возвращая свою челюсть на место' и протягивая руку.

Но Борис не стал ее жать, он вообще всем своим видом показывал свое пренебрежение к людям, к расе которых принадлежали мы с Кузьмой. Эту причину, минутой ранее, нам рассказал Вовка, которого Дима оставил при нас в роли посыльного и который посоветовал мне, обратится к Боре.

До того, как попасть сюда, Боря с семьей был в рабстве у людей и в условиях гораздо худших, чем у перевала. И пока он там был, его жена и две дочери умерли от побоев и измывательств хозяев, после чего, его с сыном продали военным. Когда же я увидел самого беляка, который из одежды имел лишь безразмерные штаны из лоскутных тканей, я воочию увидел, как в Евро-Америке обращаются с рабами.

Шрам Маэстро, по сравнению с отметинами на теле Бори, выглядел обычной царапиной. Его меховая шкура не могла скрыть глубоких, широких, косых, прямых - размером от нескольких сантиметров до полуметра - рубцов. И это только спереди, на руках и на морде, спина же, вообще была практически лишена шерстяного покрова и выглядела как один большой синюшный шрам.

Как можно после этого относиться к нашим 'партнерам' по старой Земле? Как говаривал один из моих наставников, прошедший через тюрьму, 'как не старайся сделать из суки кобеля, сукой он и останется'.

Кузьма после увиденного, оставил меня одного и отправился помогать Маэстро с допросом и я понял, что его тактика допроса, теперь точно не будет состоять лишь в запугивании. Скорее всего, к вечеру, охрана не досчитается нескольких пленных среди живых.

Останавливать и отговаривать Кузьму от этого, я не стал, бесполезно. Он хоть и грозный снаружи, но очень впечатлительный и ранимый внутри.

- Ладно, - убрал я руку - мне с тобой не жить, детей не крестить.

- Еще чего не хватало - набычился Боря, как будто собрался не говорить, а драться.

Отвечать на колкость я не стал, а обратился к Александру, возможно Боря, в процессе, подключится к разговору. Как он будет говорить, вежливо или по хамски, мене 'по барабану', главное добиться от них ответов на свои вопросы.

- Как же так, человек с такой нужной, в этом мире, профессией и раб? - заходя из-за угла, спросил я Александра.

- Я из Харькова и моя Фамилия Иванов, - просто ответил геолог, но видя непонимание с моей стороны пояснил - нас считают ватниками и колорадами.

И я тут же вспомнил новостные выпуски, которые каждые 20.00 всей роте, независимо от желания, приходилось смотреть. В них часто упоминались эти прозвища, которые использовали украинские националисты, по отношению не только к русским, но и к юго-восточному населению собственной страны. А то что у Александра была самая русская фамилия, лишь усугубило его положение. И вообще, очень прискорбно, что гражданская война из старого мира, перекачивала в новый и один народ продолжает резать друг дружку, из-за политических амбиций третьих стран.

Продолжать эту тему я не стал, а перешел к делу, раз не получилось 'зайти из-за угла' и попутно разузнать о руде, которую они искали.

- Что вы можете сказать по противоположному берегу, сани или повозка там сможет пройти, и насколько увенчались ваши поиски, есть там - я кивнул на противоположный берег - какая-нибудь руда?

- На предмет полезных ископаемых, мы там ничего не нашли, коротко и по существу отвечал Александр - а что касается повозки - он с сомнением покрутил головой - я очень сомневаюсь, что в местах зимовки гигантских кабанов можно хотя бы лошадь провести. Они всю округу так перерыли, что трактору до них как до неба.

'Да, новости не ахти какие, потому что если левый берег непроходим для лошадей, то с быстрым планом по захвату базы янки в устье, можно попрощаться'.

- А если дальше проехать по льду, а потом выбраться на берег, там проехать можно?

На этот раз я обратился к Боре, который только что не зевал, всем своим видом показывая как ему интересно.

И Боря ответил, рычащей речью, по-русски и вполне понятно.

- Что ты хочешь человек, чтобы я сказал.

Слово человек было сказано с такой ненавистью, что казалось, если дать этой 'машине' волю, он будет убивать любого человека, который окажется в зоне досягаемости его лап.

- Ты не любишь всех людей или тебе не нравлюсь конкретно я?

- Всех, у кого нет вот этого, - прорычал он, показывая на выжженное клеймо на своей мохнатой щеке.

- Нельзя ставить всех людей, кто не был рабом, под одну гребенку..

- Да мне плевать на то, что ты мне тут пытаешься 'втюхать', - перебил беляк - я останусь при своем мнении. Все люди одинаковые и рано или поздно придут к тому, что начнут истреблять всех, кто не похож на них, - медведь окинул меня брезгливым взглядом и буквально выплюнул последние слова - да кабы не твои железяки, я бы тебя сейчас же разорвал.

Ответить я не успел, из-за спины Бори послышался голос Николая, и стало понятно, что теперь-то уж точно, мирно ситуацию не разрулить.

- Ты че 'мля', возбудитель аллергии, ваще не нюхаешь на кого рычишь - буром 'попер' Николай, обходя беляка и вставая между ним и мной - чтобы добраться до него - кивок за спину, где стоял я - сперва пройди через меня, хорек переросток.

- Убивать и калечить запрещаю, иначе будешь дожидаться нас в обществе Салахмира - скороговоркой проговорил я, опережая обозленного Борю.

Беляк, в тумане злобы, не придал значения моим словам и ожидаемо 'попер' в ответ на маленького человечишку.

- Скинь свои побрякушки, и я покажу тебе свою силу.

Николай повернулся к медведю спиной, стал извлекать из ножен свои сабли и ножи и отдавать мне.

- Ты слышал, что я сказал, никакого веселья, вырубишь по-быстрому и все, понял?

- Да слышал я слышал - недовольно ответил Николай - вечно ты кайф портишь со своим человеколюбием.

- Коля, не зли меня - с сильным нажимом в голосе сказал я - сделаешь толь один удар, никаких выкрутасов, он геолог, а значить ценный кадр, на все про все тебе десять секунд.

Тот вздохнул - вроде как, согласился с моими доводами - и кивнул.

Александр и Вовка, слышавшие мой разговор с Николаем, выпучили глаза. Они не могли поверить, что такая 'букашка', как Николай, может уделать такого громилу как Боря, за десять секунд, к тому же еще и одним ударом.

- А давай на спор - повернувшись к Боре, предложил Николай - если я тебя уделаю одним ударом за десять секунд, ты перестанешь ненавидеть людей и станешь работать на благо общества, невзирая на расу.

- А если я тебя уделаю? - рыкнул беляк.