Ты придёшь ко мне во сне (СИ) - Серганова Татьяна - Страница 74

– Я встретил Ирину на второй день пребывания на Земле. Она меня поймала с поличным, – грустно улыбнулся мужчина и продолжил: – Я был совершенно уверен, что контролирую ситуацию. Ушёл в лес и решил попробовать поколдовать. Получалось не очень хорошо. А тут вдруг из кустов выскочила она с фотоаппаратом и заявила, что всегда верила в пришельцев и готова пойти на контакт.

Я не смогла сдержаться и улыбнулась в ответ. В этом была вся мама – мечтательница и фантазерка.

– Ей было всего шестнадцать.

– Выглядела она значительно старше своего возраста, а истинный я тогда не спрашивал. Мать не говорила тебе, что не я был у неё первым мужчиной?

Я открыла рот и закрыла. История пошла совершенно по иному сценарию. Я знала, что мама далеко не ангел, но не думала, что настолько. Может, я действительно никогда её не знала. Или Тирен лжет.

– Нет, это мы не обсуждали. Мне было всего одиннадцать, когда она умерла.

– Мне жаль.

– Вы не любили её.

На этот раз это был не вопрос, а утверждение.

– Я позволил ей любить себя, – признался Тирен. – Моя жизнь в Келии не была идеальной. Я всего лишь выродок, Лея, проклятье могущественного отца и общий изгой для всех. Даже способности артефактора не сделали меня в глазах общества кем-то значимым. Даже собственная жена считала меня неудачником. А Ирина… Она смотрела на меня как на бога, восхищалась и любила.

– И вы бросили её, – глухо произнесла я.

– Твоя мать украла у меня амулет. Она знала, что лишь с его помощью я смогу вернуться на «свою планету», и стащила, чтобы помешать мне это сделать. Я понял, как только за мной пришли и не смогли его обнаружить.

– И почему вы не сдали её?

– Потому что знал: существует всего две причины, почему амулет не могли найти. Первая – её я и сказал моим стражникам – что он просто иссяк и стал обычной безделушкой. А это было неправдой, потому что я точно знал, магия в нём оставалась. Вторая заключалась в том, что амулет огненных драконов нашел себе нового хозяина. Истинного хозяина.

Я тяжело сглотнула и сжала кулаки.

– Вы знали, что она беременна?

– Понял, когда меня схватили.

– И всё равно бросили?

– Для её и твоей безопасности.

Звучало слишком пафосно, картонно и наиграно.

– Мама всю жизнь считала, что вы её предали и бросили. Она сломалась от насмешек, от такой жизни и стала искать утешение в выпивке, а потом и в наркотиках.

– Лея, – тихо ответил отец. – Я знаю, что виноват. Но разве это я дал ей наркотики? Разве я довёл её до смерти? Да, признаю, мой поступок стал косвенной причиной. Но разве мы не сами выбираем свой путь?

– Ей было всего шестнадцать. Она заканчивала школу с огромным животом и не могла пойти на выпускной и быть как все остальные. Вы бросили её беременной и никому не нужной.

– Ты бы тоже стала такой? Если бы Шейн вдруг оставил тебя одну с ребёнком?

Я поджала губы и промолчала.

– Ты сильнее её. Мать-одиночка в вашем мире — это не приговор. Ирина просто не захотела бороться, а предпочла роль жертвы.

– Она была моей матерью, – процедила я, чувствуя, как гнев вновь вспыхивает в груди. Он был прав. Отчасти. И от этого я злилась еще больше. Потому что не хотела менять своё отношение к нему и к этой истории. Так было гораздо привычнее и проще.

– Я знаю.

– А вы её бросили!

– Я хотел вернуться, но мне не дали. Может, это и к лучшему? Ты росла на Земле, а не под крылышком Искрема. А потом и Стаут понял, что дело совсем не в том, что амулет иссяк. Затем об этом догадался и Финор.

– А причём тут он?

Отец вздохнул:

– Это он наслал на тебя аангов.

– Что?!

– Во время одного из визитов он пробрался ко мне в кабинет. Взломал защиту и нашел информацию.

– Это Финор наслал на меня тех монстров?

– Да, Лея. Я знаю, что ты меня не простишь. Я бросил вас, и прощения этому нет. Я просто прошу дать нам шанс. Не сейчас, не завтра, не через месяц. Когда-нибудь. Маркус с Гаретом – не лишай их общения с тобой лишь потому, что зла на меня. Они хорошие ребята. На них любовь моего отца не распространялась, и они смогли вырасти нормальными.

– Я подумаю.

– Спасибо и на этом.

После ухода отца силы практически полностью оставили меня. А еще напрягало то, что поговорить нам так и не удалось.

В кабинете мы остались одни. Огонь в камине практически полностью поглотил дрова, а подбросить свежие было некому. Я стояла у окна и рассматривала цветущий сад. Снова лето.

Я ведь так и не успела сегодня выйти на улицу и снова ощутить тепло летнего солнца, почувствовать запах цветов и травы. Не тот дурманящий и искусственный, как в оранжерее, а настоящий и такой простой.

Окно было приоткрыто, и ветер мягко трепал занавески, принося с улицы нежные ароматы летнего сада.

– Ты знаешь, мне кажется, твоя подруга положила глаз на нашего дворецкого, – вдруг произнёс Нейт.

– Это плохо? – не поворачиваясь, спросила у него.

Может, это и хорошо, что сейчас, впервые за долгое время оказавшись одни, мы говорим на такие отдалённые темы.

– Мне сложно судить, ты же знаешь свою подругу лучше. Иллариэль – истинный эльф, он не способен на пылкие чувства и страстные признания. Если её это не смущает, то не мне решать.

– У тебя странные работники. Эльф – дворецкий, тролль – повар, лекарь – гном, а управляющий – дракон. Как тебе удалось взять его на работу? Как глава рода его отпустил?

– Они от него отказались, Берт был слишком слабым и не мог обращаться. Каца никто не воспринимал всерьёз, он был единственным гномом на курсе целителей. Над ним все смеялись и отказывались брать на работу.

– А Иллариэль?

– Там долгая история. Я спас ему жизнь, а он в благодарность решил стать моим дворецким.

Я кивнула, чувствуя его приближение. Между нами осталась всего пара шагов.

– Ты знал, что это Финор наслал на меня аангов? – тихо просила у него, когда сил молчать больше не было.

– Они не выдали заказчика, несмотря на все мои доводы. Потом сам понял, после первого покушения. Я поставил Искрему ультиматум, чтобы он приструнил внука, иначе вмешаюсь я. Дракон не поверил. А после того случая с собаками у него просто не было возможности оправдаться.

Я промолчала, лишь крепче обхватила себя за плечи.

– Пойдём в нашу спальню? – предложил муж, становясь за спиной и нежно обнимая.

Горячее дыхание на шее вызвало мурашки по телу.

Я тихо вздохнула и повернулась к нему, утопая во взгляде таких родных светло-голубых глаз. Коснулась подушечками пальцев лица и неловко улыбнулась:

– Пойдём.

И позволила увести себя в уже знакомые покои, которые теперь были нашими. Наверное, Нейт почувствовал исходящее от меня напряжение и попытался разрядить обстановку.

– Прости, милая, но к исполнению супружеского долга я сегодня не готов, – простонал он, аккуратно откидываясь на подушки и устало закрывая глаза.

Об исполнении этого самого долга я сейчас думала меньше всего. Хотя щеки каждый раз вспыхивали, когда я вспоминала о том, что должно скоро произойти.

Я любила его, сильно любила, но это было так ново для меня, что никак не укладывалось в голове.

– Тебе не кажется, что нам надо поговорить? Или к разговору ты тоже не готов? – забираясь на кровать, спросила и прислонилась спиной к столбику, который удерживал балдахин над нашими головами.

Таким образом мы оказались друг напротив друга. На потолке ярко горела люстра, но из-за плотной ткани балдахина свет до нас не доходил, и создавалось ощущение какой-то интимности и полумрака.

– Я-то готов, а ты? Ты готова услышать ответы на свои вопросы? И принять правду? – открывая глаза, поинтересовался муж и сел поудобнее.

– Уже давно. Знаешь ли, очень сложно оставаться в темноте и плутать, как слепой котёнок, натыкаясь на углы и набивая шишки от неизвестности.

– Прости, – виновато вздохнул он. – Больше никаких тайн. Всё должно было сложиться иначе. В этом есть и моя вина, я слишком увлёкся закулисными играми и едва тебя не потерял. Задавай свои вопросы, Лея. Только не хочешь ли ты принять ванную и переодеться?