Секрет Ведьмы (СИ) - Серганова Татьяна - Страница 48

Но мужчина уже тянул меня в сторону, за яблоню. И сопротивляться ему не было сил.

— Пусти, — прошептала я, опираясь спиной о шершавый ствол и обнимая себя за плечи.

Неожиданно стало зябко. Несмотря на жару летнего дня.

— На меня посмотри!

Опять этот командный тон!

Взглянула, с вызовом задрав подбородок, который Грин тут же схватил, не давая дёрнуться.

— Не глупи, Карин.

— Уже не буду, — выпалила в ответ.

— Я не подстраивал нашу встречу у Ульяны. Да, сигналку повесил, но хотел найти позже и поговорить.

— Конечно, у тебя же там были дела с этой вампиршей.

Чувственная улыбка, от которой засосало под ложечкой.

— Мне нравится, когда ты ревнуешь.

— Отвали! — вспыхнула в ответ.

А он всё продолжал удерживать мой подбородок, приближаясь всё ближе.

— Такая чувственная, страстная… Почему я не могу насытиться тобой? Почему хочу снова и снова? — хриплый шепот у моих губ, и так сложно сдержаться.

— Ненавижу тебя…

— Знаю… и тоже хочешь.

Если бы проблема была только в этом.

Поцелуй — злой, полный неконтролируемой ярости и обжигающей страсти. Мы сразу начали задыхаться, болезненно вцепившись друг друга.

Боль и сладость в одном флаконе.

Я внезапно поняла, что с ним так будет всегда. Горечь, безумие и яд наслаждения. Отравляющий тело и душу. Наркотик, от которого невозможно отказаться.

— Кара…

Этот шепот пронизывает до самых костей, затягивает нервы в узел и эхом звучит в опустевшей голове.

Не знаю, каких сил стоило отвернуться и отступить, цепляясь за ствол яблони.

— Надо идти.

— Надо…

Мы вернулись в тишине, и каждый сел на своё место, старательно избегая прикосновений и даже взгляда. Губы горели, щеки пылали, а у горла стоял ком. Этот поцелуй лишь всё усложнил.

— Выяснили? — холодно поинтересовался Антон. — Можем продолжать?

Я кивнула, чувствуя встревоженный взгляд Родиона, который чуть придвинулся ко мне. Послала мелкому улыбку, чтобы успокоился.

— Теперь многое стало понятным. Выходит, если бы я с самого начала всё рассказала, этого всего можно было избежать.

— Не вини себя, — возразил Грин. — Ты не могла знать. Но вернёмся к твоей просьбе и приказу отца.

Демон снова взял в руки брошенный листок бумаги и чуть сжал.

— Моё решение не изменится. Карина с нами не поедет. Тем более если в этом замешан Коваль. А если это ловушка?

— А моё мнение ты выслушать не хочешь? — поинтересовалась я тихо, вертя в руках пустую кружку.

— Карин, ты не понимаешь всю степень опасности.

— А ты не имеешь права мной распоряжаться, — напомнила ему. — Наше соглашение…

— Я помню, — перебил он меня. — Просто поверь мне, пожалуйста. Мы с Беловым всё разведаем, узнаем. Если там безопасно, то я сам лично привезу тебя в дом. А сейчас побудь хорошей девочкой и не лезь в пекло.

— Хорошо.

— Умница.

— Ты тоже… будь осторожен.

Новости о взрыве бытового газа в городе, в ходе которого был практически полностью разрушен особняк Шварц, поступили через пять часов после их отъезда.

Я помнила, как сидела в кресле, щелкая по каналам. Помнила, как смотрела новости, изучая видео с места трагедии. Журналистов не пускали близко, но кое-что можно было разглядеть: покорёженные стены, закоптевшие колонны, разрушенную и обвалившуюся крышу, стекло, которое сверкало под лучами солнца.

А дальше…

Кажется, там был мелкий. Он подскочил ко мне и тряс за плечи, пытаясь достучаться. Но больно не было. Я вообще ничего не чувствовала. Лишь холод у сердца, он сковал все мысли и чувства.

— Мам! У неё шок. Мам!

Мне подсовывали к лицу стакан с водой, пихали таблетки, но я отказалась.

Не хочу, не могу.

Слёз не было.

— Он жив, — сообщила я, поднимаясь. — Он жив, я точно знаю.

— Карин.

Это мама. Она смотрит на меня так сочувствующе, что хочется кричать.

Но я сдержалась, сжав кулаки.

Жив. Я знала, чувствовала, верила. Этот демон не мог так бездарно погибнуть. Не мог.

Звонок мобильного, за который я схватилась, как за спасательный круг.

— Да? — выдохнула в трубку, отворачиваясь.

— Карина? Карина, это ты? — пропищал знакомый голос.

Разочарование…

— Да. Здравствуй, Ульяна, — ответила я сирене, потирая виски.

Всхлип.

— Я… я видела репортаж. Испугалась за тебя… А Грин рядом?

— Нет. А что случилось?

— Мне нужна помощь. Я… у меня неприятности, — снова всхлип. — Серьёзные. А я… я не могу его вызвать… Он что, был там? Грин был в том доме?

— С чего ты взяла?

— Этот обряд. Ну ты помнишь. Он всегда вызывает демона. Всегда…. Если тот жив. А Грин… он сейчас не отвечает… и свечка потухла… он мёртв, да? Карин, он мёртв?

Сирена зарыдала еще громче.

— Жив! — процедила я. — Он жив!

И отключила телефон, бросив его на диван.

Меня трясло.

— Карин!

Ко мне подскочил Родион и пытался снова усадить, но я отмахнулась. Побежала в коридор, хватая сумочку. Брат за мной. Мамы нет — наверное, вышла за лекарством или отцу позвонить.

— Ты куда?

— В город.

— Грин сказал не выходить.

— Грин там… под этими чёртовыми завалами! И ты думаешь, я останусь в стороне?

— Ты ничего не сможешь сделать.

— Ошибаешься. Смогу!

— Карина! Я тебя не пущу!

Отшвырнуть его было легко. Сила давно просилась на свободу и быстро отозвалась.

— Прости, — прошептала я и поспешила на улицу, игнорируя крики мамы, которая выбежала в коридор.

Быстрее, быстрее.

На воздух. Здесь так трудно дышать.

Я выскочила за калитку и поспешила вверх к автобусной остановке. Прошла буквально десять шагов, когда меня внезапно окликнули.

Замерла, прижимая сумочку к груди, и медленно обернулась.

Он стоял рядом. Нас разделяли лишь полтора метра.

— Здравствуй, Карина.

Глава двадцать третья. Карты на стол

А ведь я, глупая, до последнего отказывалась верить, что Коваль замешан в этих неприятностях. Ну что ж, еще один щелчок мне по носу и балл в карму Грина, который вновь оказался прав.

Я, конечно, наивная барышня, но не до такой степени, чтобы поверить, что этот демон оказался тут случайно.

— Вы, — прошептала и попятилась назад.

В голове лишь одна мысль: «Бежать! Бежать! Бежать!»

Вот только куда и как?

— Не стоит, — покачал головой Коваль, продолжая дружелюбно улыбаться, и подошёл ближе. — Не надо кричать, бежать и сопротивляться. Это ведь не поможет, сама понимаешь… Умная ведь девочка и не хочешь, чтобы кто-нибудь пострадал из-за твоей ошибки.

Заскрипела калитка через дорогу, и на улицу вышла Инна Самохина. Мы учились в параллельных классах и в детстве играли вместе в куклы. Она вела за ручку старшего, мальчишку лет четырёх, а другой рукой подталкивала вперёд коляску с младенцем. Увидев меня, она приветливо улыбнулась и перевела настороженный взгляд на Коваля, который продолжал сверлить меня взглядом.

Ну да, такой лысый амбал всегда привлекает внимание и внушает подозрение.

Я тут же улыбнулась в ответ и махнула рукой.

У меня, мол, всё отлично. Просто стоим. Просто разговариваем. Только уходи отсюда скорее. Уходи и детей забери.

— Умная девочка, — прошипел он, подходя еще ближе, и в глубине глаз полыхнуло алое пламя.

— Так значит, это вы.

— А ты как думаешь?

— Что с Грином? — вместо этого поинтересовалась я.

— Уже неважно. Тебе стоит о себе думать, а не об этом демоне.

— Это ваших рук дело?

— Моих. А теперь будь умной девочкой, дай мне руку, и мы пойдём… прогуляемся.

— Далеко?

— Туда, где нас никто не увидит. Ты же не думаешь, что я буду переносить тебя у всех на виду.

Логично. Улица пусть не очень оживлённая, но народ ходил. Кто в магазин, кто просто гулял у себя во дворе, а кто-то глазел в окна. Наш разговор точно не останется без внимания.