Путешествие на Запад. Том 4 - Чэн-энь (Чэнъэнь) У - Страница 85

85

На другой день правитель округа распорядился вновь устроить пир, на котором все чины разных рангов, больших и малых, благодарили монахов за великие милости. Сунь У-кун предложил позвать мясников, чтобы убить шестерых львов, содрать с них шкуры, как с Желтого льва, а из мяса приготовить угощение. Правителю уезда понравилось это предложение, и он тотчас повелел убить львов: одного из них оставить для дворцовых чинов внутренней и внешней служб, второго – для старших чинов, а четырех разрубить на куски, весом по одному и по два ляна, и отрядить всех военачальников в чине сяовэй, чтобы они роздали мясо всем жителям города и предместий, пусть все попробуют, каково оно на вкус и, кроме того, избавятся от страха и беспокойства.

Во всем городе не было ни одного дома и ни одного двора, в котором не благословляли бы правителя уезда.

Между тем выяснилось, что кузнецы уже выковали оружие. Отбивая перед Сунь У-куном земные поклоны, они сами явились с докладом.

– Отец, твои покорные слуги закончили работу, – сказали они. – Сколько же весит каждое оружие? – поинтересовался Сунь У-кун.

– Посох с золотыми обручами весит ровно тысячу цзиней, – ответили кузнецы, – грабли с девятью зубьями и посох, покоряющий оборотней, – по восьмисот цзиней.

– Ладно, и то хорошо! – похвалил их Сунь У-кун.

Затем он велел пригласить трех княжичей взять свое оружие.

Те обратились к отцу:

– Отец наш князь, наше оружие уже готово.

– Из-за этого оружия мы с вами чуть жизни не лишились, – проговорил старый князь недовольным тоном.

– Но, к счастью, наш волшебный наставник явил свою силу и всех нас спас, – сказал старший сын, – да к тому же он уничтожил оборотней и избавил нас от тревог на все последующие годы. Вот уж поистине для нас наступят теперь мирные и безмятежные времена, как говорят: «Моря станут зеркальными и реки прозрачными!».

Старый князь и его сыновья наградили мастеров за работу, а затем направились в беседку Белого шелка и, отбивая поклоны, благодарили наставников за все их милости.

Танский монах велел ученикам поскорее научить княжичей фехтовальному искусству, чтобы не задерживаться. И вот во дворе усадьбы правителя трое монахов, размахивая каждый своим оружием, по порядку показывали приемы боя. Не прошло и нескольких дней, как трое княжичей в совершенстве овладели всеми приемами фехтования, не осталось ни одного из способов нападения и обороны, которые они не усвоили бы, а этих способов насчитывалось до семидесяти двух. Во-первых, сами княжичи были преисполнены решимости выучиться, а во-вторых, надо отдать должное Великому Мудрецу Сунь У-куну, который прежде всего наделил их духовной силой, благодаря чему княжичи могли свободно поднимать и вращать посох весом в тысячу цзиней, а также грабли и палицу по восемьсот цзиней весом. Их прежнее искусство отличалось от настоящего, как небо от земли! По сему случаю сложены стихи, которые следует привести для доказательства:

Угодно было благостной судьбеЦветущий край избавить от печали,Вот почему три княжича в путиТрех праведных монахов повстречали.Учиться боевому мастерствуТе у отцов решили преподобных,Не думая в неведенье своем,Что потревожат оборотней злобных.Пошли походом оборотни-львы,Но нечисти был дан отпор великий,И снова всюду водворился мирВсе подчинилось одному Владыке,А старый бес – Девятиглавый левНаказан был согласно высших правил,Узнал о нем всю правду Сунь У-кунИ наконец на должный путь наставил.Пусть благородный подвиг мудрецовНавек для всех останется святыней,И пусть в уезде Яшмовых цветовМир и спокойствие царят отныне!

Княжичи тоже устроили торжественный пир, во время которого изъявили благодарность своим учителям и преподнесли им большой поднос с золотом и серебром.

– Унесите скорей! Унесите! – смеясь, отмахнулся Сунь У-кун. – Ведь мы монахи, отрешившиеся от мирской суеты, для чего же нам золото?

Однако тут вмешался Чжу Ба-цзе:

– Золота и серебра мы, конечно, не осмелимся принять, – сказал он, – но смотрите, как разодрали львы-оборотни всю мою одежду. Явите милость и дайте нам другую, этим вы выразите свою любовь к нам.

Княжичи тут же приказали портным сшить всем троим учителям новую одежду, одинакового покроя, из парчи трех цветов: темно-синей, красной и коричневой. Монахи с радостью приняли подарок, нарядились, а затем собрали свои пожитки и отправились в путь.

Жители округа, от мала до велика, в городе и за городом, чествовали монахов и величали их архатами, а также живыми Буддами, сошедшими на грешную землю.

На всех улицах и проулках гремели барабаны, играла музыка, висели разноцветные флаги и знамена.

Вот уж право.

В каждом доме сегодня и в каждом семействеАроматные свечи с утра зажжены,Над воротами вдоль разукрашенных улицФонари разноцветные всюду видны.

Шествие провожающих растянулось на довольно большое расстояние. Наконец всем четверым монахам удалось распрощаться со всеми и отправиться дальше на Запад.

Взойди, отбросив думы и заботы,В обитель Будды, в царственную высь,И с чистым сердцем, с искренним желаньемВ храм Громовых раскатов вознесись!

Далеко ли еще было до чудесной горы Линшань? Когда наши путники прибыли туда? Обо всем этом вы узнаете из следующих глав.

ГЛАВА ДЕВЯНОСТО ПЕРВАЯ,

повествующая о том, как в округе Золотой покой путника любовались новогодними фонарями и как Танский монах держал ответ в Черной пещереС чего начать духовный путьК вершинам созерцанья?Сперва тревоги изгониПрочь из души своей,Чтоб рой желаний не мелькал,Как стая обезьянья,Чтоб мысли не неслись в тебеСтремительней коней.Но если их ты не изгнал,А только взял на привязь,Пяти пороков[45] все равноТебе не удержать,И чуть задержишься в пути,Идти вперед противясь,Три непростительных грехаВ тебе взойдут опять.Свободу дашь своим страстям –Лишишься эликсира,Который лишь один душеБессмертие дает.Желаньям будешь потакать,Пустым соблазнам мира –Природный, изначальный духВ тебе не расцветет.Отвергни раз и навсегдаПорывы дум случайных,Пусть гнева, радости, заботБежит душа твоя,И лишь тогда узнаешь тыО сокровенных тайнахИ навсегда уйдешь душойВ покой небытия.вернуться

45

Пять пороков – бахвальство, кокетство, танцы, пение и стихотворство.

Три непростительных греха – поджог, грабеж и убийство.