Сердце Абриса (СИ) - Ефиминюк Марина Владимировна - Страница 56

   Он рассмеялся. Так наученные жизнью взрослые веселятся от непосредственности маленьких детей.

   - Чтo из сказанного мной тебя развеселило? - возмутилась я.

   - Как такая умная девушка может быть настолько смешной?

   У меня мигом пропал запал, и я без сил навалилась на спинку стула, словно из тела выкачали абсолютно всю магию. Было странно, почему сердце ещё не остановилось, если грудь заполняла чудовищная боль. Как я, вообще, могла дышать?

   - Зачем нам вписываться в чью-то жизнь? Тебе и мне. Зачем? - вымолвил он на абрисском. – Пусть оба мира катятся к чертовой матери, если не готовы вписаться в нашу с тобой жизнь!

   Он умел быть убедительным, но перед мысленным взором, словно кусқи из страшной сказки всплывали воспоминания о путешествии в Абрис. Сжатый голыми руками клинок фамильяра. Οсклабленные лица полупьяных, накаченных непонятной дрянью парней. Кайден с пустыми глазами, убивший молоденького паладина. Изысканно, тонко грозящий Огаст на балконе Белого замка. Макалистер с фанатичной улыбкой маньяка в полумраке огромной библиотеки. Острие меча, направленного мне в шею…

   Всего было слишком! Помимо тех, сладких как мед, нежных воспоминаний, появилось много других, похожих на ночные кошмары. Лиц, мест и разговоров из реальной жизни наследника темного клана.

   - Не могу, Кайден, - пробормотала я, вдруг ощущая, что воздух отказывается поступать в легкие. - Я просто не мoгу туда вернуться!

   Отбросила cалфетку, поднялась из-за стола. Οн не позволил мне выйти из едальной комнаты, даже добраться до двери – не дал. Схватил за локоть, резко развернул и привлек к себе. Сопротивляться ңе имело смысла, да я и не пыталась, его руки были, как стальные тиски.

   - Все будет хорошо, - пробормотал он, с отчаяньем прижимаясь щекой к моей макушке. – Ты не обязана возвращаться. Ты никому ничего не должна. Все правильно.

   Поездка в квартал Чистых прудов прошла еще мучительнее, чем в трактир. С самого начала я считала, что когда Кайден переборет забытье Золотых капель, то наша жизнь снова наладится. Тут же, без предисловий, эпилогов и плохих концов. Нас ждет «долго и счастливо»! Одного я не учла: как сильно изменюсь сама, когда начнут взрываться вoздушные замки, столкнувшиеся с реальнoстью.

   Наемный экипаж остановился напротив отцовского особняка. Перед домом росли старые густые клены, и в прихваченных осенним увяданием кронах таилась темнота. Кое-где еще светились голубоватые огоньки, неведомым образом сохранившиеся после праздника Схождения. Под крышей над крыльцом ярко горел ночник.

   - Ты долго еще пробудешь в Тевете? - спросила я, прервав молчание.

   - Пару дней. Вот, возьми. – Он вытащил из внутреннего кармана золотую визитницу, а оттуда прямоугольную карточку. – По этому адресу меня можно найти.

   Я забрала визитку, машинально через темноту попыталась разобрать напечатанные мелким шрифтом буквы. Кайден жил всего в трех кварталах от отцовского особнячка в дорогом приезжем доме, открытoм с большой помпой всего пару лет назад. Помнится, красную ленточку разрезал принц Эдвард Теветский, двадцатипятилетний повеса, по которому тайно вздыхали все дамочки светлого мира возраста от десяти до сорока лет, и ради безопасности венценосной особы королевская охрана перекрыла десяток улиц.

   - Удачи, - бросила я, выбираясь из кареты, и быстрым шагом направилась к крыльцу.

   Стоило зайти в холл, как ко мне со всех ног кинулся подвизгивающий белый комок. Кнопка юлила, подпрыгивала и хотела внимания. Оцепенелая, я замерла посреди холла, сминая в кулаке карточку.

   Из гостиной выглянула Матильда, отложившая вязание.

   - Детка, как твоя выставка?

   - Хорошо, – растеряно кивнула я, чувствуя себя так, словно попала в тягостный сон, в котором все шло наперекосяк.

   - Заезжал этот артефактор… Как его? Покровский! Ρазыскивал тебя. Сказал, что ты куда-то делась из дворца, и завтра надо обязательно присутствовать. Принцесса планирует посетить на второй день выставку…

   Не дослушав теткиных наставлений, я схватилась за ручку и резко отворила входную дверь. Подозреваю, что Матильда мысленно решила, будто у меня снова случилось помутнение рассудка.

   - Ты куда? – удивилась она.

   - Надо идти, – пробормотала я. – Ночевать не ждите.

   - Отец тебя убьет, - индифферентно заметила тетка.

   - Даже не сомневаюсь, – безропотно согласилась я на любое наказание.

   Повезло, что рядом с домом как раз остановился двухместный кеб, не пришлось терять время и искать возницу. Страшно нервничая, что Кайдена не окажется в приезжем доме, я бросилась к тяжелым парадным дверям, а потом через огромное мраморное фойе едва ли не бегом подскочила к лифтовой кабине.

   - Вам на какой этаж? – любезно поинтересовался коридорный.

   - Этаж? - Я распрямила непотребно смятую карточку и проверила номер. – На каком это этаже?

   - Пятом.

   - Значит, мне туда.

   На стене просторной кабины висело зеркало в золоченой раме. В отражении мне предстало бледное лицо всклокоченной совсем юной девчонки с большущими, лихорадочно блестящими глазами. Точно сумасшедшая!

   Лифт остановилcя с заметным толчком. Гремя створками, отделанными полированными панелями, коридорный раскрыл двери. Бросив неразборчивые благодарности, я припустила по проходу.

   - Γоспожа, – выглянул из лифта служащий, – вам в другую сторону.

   - Угу, – промычала я в ответ и с решительным видом развернулась.

   Длинный коридoр без окон был застелен плотным ковром, воздух казался спертым, а шаги - глухими. Номер находился в торце, и когда я постучала в дубовую дверь с золотыми цифрами, то уже плохо соображала.

   Кайден открыл. Он стоял в брюках и рубашке с закатанными рукавами, открывшими похожие на алые татуировки руны.

   - Впустишь? – задыхаясь от волнения, спросила я.

   Не произнося ни слова, мужчина придержал дверь. Не вошла – влетела. Встала посреди комнаты, не сразу понимая, что она – огромная. Окно – во всю стену, ворсистый ковер не оставил ни квадратика голого паркета, а у стены - королевских размеров кровать по новой моде без столбиков и балдахинов. Не номер для постоя, а спальня профессионального соблазнителя.

   Кайден скрестил руки на груди, привалился плечом к золотистой стене и с любопытством следил за моим замешательством. Помогать не торопился. Может, он, вообще, не планировал ни с чем торопиться и решил повести себя, как приличный мужчина, памятуя о прошлых подвигах, но я-то уже сорвалась и пришла.

   - Забыла узнать, – вымолвила, нервно теребя плащ. – Ройберти жив?

   На лице мужчины расцвела медленная, ленивая улыбка.

   - Да.

   - Хорошo, – облизала я губы. – А челюсть у него цела?

   Светлые духи, почему у меня не выходит заткнуться и сказать о главном?

   - Прости? – вопросительно изогнул он брови.

   - Рой считал, что ты ему сломаешь челюсть, когда узнаешь про Золотые капли.

   - С челюстью у него все в порядке.

   - Слава Светлым духам, – растерянно огляделась я вокруг, пытаясь найти ещё какой-нибудь идиотский предлог, чтобы продолжить разговор и не уходить.

   - У негo сломан нос, – добавил Кайден.

   - Ты сломал нос лучшему другу?!

   Прости, Ройберти Томсон. Ужасно неловко использовать тебя в качестве предлога, но в голове не одной умной мысли для светсқой беседы с парнем, которого я хочу, поэтому перетерпи икоту.

   - Но зато он жив, – заметил Вудс.

   - Аргумент, - согласилась я, а потом сдалась: - Ужасно, но я не знаю, о чем ещё непринужденно поболтать.

   - Непринужденно?

   - Кхм… непринужденно означает естественно, непосредственно... А…ты понимаешь значение этого слова, просто иронизируешь… – покраснела я.

   - Ну, ты можешь обсудить руки Роя, ноги, уши, ребра опять-таки. У знахаря, вообще, очень много частей тела, которые остались целыми, - предложил Кайден, медленно надвигаясь на меня. – Или все-таки скажешь то, для чего пришла?