В поисках единственной (СИ) - Кострова Валентина - Страница 22

— Дим…

— Что Дим? — процедил сквозь зубы, сверля его негодующим взглядом. — Я же просил тебя ничего не скрывать!!! Какого хера…..Какого хера, я тебя спрашиваю!!!! — заорал на него, боясь даже думать, что могло тут случиться без меня.

— Я попробую объяснить….

— Да пошел ты со своими объяснениями! — неаккуратно намазал зеленкой разбитые костяшки, швырнул карандаш в коробку. Все еще кипя от гнева, ушел в свою комнату, боясь, что не справлюсь со своими эмоциями, врежу брату за молчание. Олег не последовал за мной. И, слава богу. В комнате раскрыл настежь окно, закурил. Было морозно, но безветренно. Чувствовал, как холод пробирался под футболку, кожа покрывалась мурашками. Смотрел в одну точку. Скрыли. Промолчали. А если б…Глаза защипало.

— Закрой окно, еще не хватало, чтобы ты подхватил воспаление! — Олег подошел, закрыл окно, я отвернулся от него, вытирая глаза. — Не сердись. Сейчас уже все хорошо.

Сжав зубы, сел перед ноутбуком, бесцельно щелкая мышкой по каждой папке, открывал разные документы. Я ощущал вкус горечи от разочарования. У меня было стойкое ощущение, что меня игнорировали, обходили стороной. Сам виноват. Надо было вернуться после завершения годичного контракта. А вместо этого хватался за работу, как утопающий за соломинку, а они все принимали без возмущения. И никто слова не сказал против.

— У меня складывается впечатление, что я зря вернулся…

— Дим…

— Я есть, но меня нет. Для вас.

— Ты не правильно все воспринимаешь!

— Да? — порывисто повернулся к Олегу, еле сдерживая свой гнев, свою обиду. — А как понимать? Что мне еще предстоит узнать? Вы все молчали. Даже слова не сказали… — голос дрогнул. — Если б она умерла, тоже промолчали? Я не понимаю смысла этого утаивания!!! — смахнул со щеки скатившуюся слезу. — Я получается чужой… Далекий родственник, которому и не стоит знать о таких вещах!

— Дима! Не говорил чепухи! — брат сел на кровать рядом со столом. — Я понимаю твою обиду, но поверь, если бы не ты, как раз самое худшее и сбылось. А так она еще лет двадцать-тридцать проживет. Еще твоих детей подержит на руках.

— Но год назад, все было хорошо….Наташка приезжала, ничего не сказала…

— Она и не знала. Это случилось после ее отъезда к тебе. Сначала было недомогание, общая усталость. И вместо того, чтобы пойти сразу к врачу, махнула рукой, продолжала работать, заниматься домом, отцом, а потом инсульт. Честно, первую неделю было не до тебя, да и ты, судя по обрывочным фразам подруги своей, не скучал, — он усмехнулся. А мне стало стыдно. — Когда встал вопрос, где брать деньги на операцию, на последующее восстановление, на лекарства, я и помыслить не мог, что мой младший братишка, своими рисунками зарабатывает, чуть ли не как депутат в нашем правительстве.

— Не преувеличивай.

— Я сначала не въехал, откуда у Алены столько денег. Грешным делом подумал, что она продала почку или себя какому-то богатому Буратино. И тут отец признался, что деньги присылал ты, а они с матерью отдавали моей жене для погашения ипотеки.

— И сколько тебе еще надо, чтоб закрыть эту кабалу?

— Я с тебя денег не возьму!

— Я, конечно, не Крез, но что-то есть. Почему бы не помочь брату?

— Лучше тачку себе купи, а то ездишь на метро, как бедный студент.

— Тачка успеется, через пару лет смогу позволить себе как минимум «мерс», если не прогорю.

— Дим, — Олег замялся, неуверенно как-то поглядывал на меня, — Неужели, за свои эти линии, расчеты ты получаешь такие бабки? Может я в свое время ошибся профессией…

— У нас не ценят качественный труд, — задумчиво посмотрел на брата, взяв карандаш. — В Америке любят профессионалов. Врачи там еще больше получают, чем архитекторы. Я слишком одержим своей работой, чтобы довольствоваться малым. В остальном, мне чертовски везет.

— Это я уже понял, судя по последней пассии. Ты теперь «звезда», твоя смазливая мордашка мелькает в журналах! Когда медсестрички подсунули журнал со светской хроникой, я опешил от увиденного, братик на пляже с моделью, страстно целующие друг друга. Итальянские каникулы Кэти с новым избранником. «— Олег Александрович, а это правда, что избранник модели ваш брат? — А почему ваш брат никогда не приходил к вам на работу, он такой милашка?» — Олег последние фразы передразнивал женскими интонациями. — Мне оставалось лишь загадочно улыбаться, потому что блять, я сам не в курсе личной жизни брата!

— Это издержки публичной личности. Я первое время напрягался от каждого щелчка, затем плюнул, свои нервы дороже. Без Кэти пресса и фотографы меня не трогают.

— У тебя с ней серьезно или так?

— Не знаю, мне с ней хорошо, как никогда.

— Тебе и с Леной было хорошо… — осторожно заметил брат, приглядываясь ко мне.

— Лена… — я задумался, действительно, в характере этих двух девушек была схожесть. Обе любили веселиться и секс. Во внешности они были полярны друг другу — Возможно, ты прав. Но я не хочу их даже сравнивать. Лена — это прошлое, а Кэти — настоящее.

— А будущее кто тогда?

— Время покажет.

— Ладно, поеду домой, а то Аленка будет волноваться, чего так долго, тем более после суток, — Олег встал, потянулся.

— Олег! — окликнул брата возле дверей. — С мамой теперь все в порядке?

— Да, контролировать надо, но опасности нет. Не переживай.

Когда он ушел, заглянул в родительскую спальню, мама спала. Подошел к кровати и долго стоял неподвижно. Лег на отцовскую половину и смотрел на нее. Всегда считал, что она самая красивая у меня. Даже сейчас с оттенком болезни, выглядела прекрасно для меня. Вспомнил, как тайно ревновал ее к Олегу или к отцу, когда казалось, что она меня не так часто целует, как их. От воспоминаний не заметил, как задремал. Проснулся, ощущая на себе взгляд. Открыл глаза.

— Ты во сне улыбался, — такие же, как у меня зеленые глаза ласково смотрели.

— Наверное, что-то хорошее снилось.

— Последний раз ты спал рядом, когда тебе было лет десять. И то болел, а я караулила температуру. С тех пор мой мальчик вырос…

— В душе я все тот же маленький мальчик.

— Поэтому тебе ничего не сказали. Ты бы сорвался, бросил все. И никому от этого не было б хорошо. Не всегда эмоциональные порывы правильные.

— Я теперь никуда не уеду… К черту этот бизнес, эти перелеты…Эта суета.

— Нет! — строго сказала мать, сурово смотря прямо в глаза. — Ты не посмеешь. Тебе дали шанс заниматься любимым делом! Ты так много для этого работал, что просто не имеешь право бросать. Иначе тогда не зачем было все начинать.

— Но мама, меня фактически не будет рядом. Это сейчас я в Москве, потому что идет этап документации, регистрации, а через пару месяцев опять Нью-Йорк…Я найду здесь нормальную работу…

— Ты сам в это веришь?

— Во что?

— В то, что найдешь нечто подобное, чем занимаешься сейчас? Тебе не дадут той воли, к которой уже привык. Либо ты самостоятельно взлетаешь, сам себе хозяин, либо подрезаешь себе крылья и делаешь то, что скажут, а не то, что захочешь. Улавливаешь разницу?

— Ты не до конца понимаешь, чем я занимаюсь. Мне и сейчас приходится делать то, что не хочу.

— Я не знаю, как правильно называется твоя деятельность, всю жизнь думала, что архитекторы только чертят планы квартир в БТИ. Но что-то мне подсказывает, если не поддашься порывам, однажды ты будешь выбирать, чем заниматься, а не тебя. Я не хочу чувствовать постоянную вину, в несбывшихся твоих мечтах. Поэтому не задвигай свои амбиции, как бы трудно не было.

Проснулся от какой-то возни за дверью. Поднял голову с подлокотника дивана. Взглянул на часы. Половина девятого. Через полчаса начнется рабочий день. И встреча с Андреем и его партнерами. От этой мысли подскочил с дивана. Черт! Домой не успею, чтобы переодеться, свежая рубашка висела в шкафу. На всякий случай. Надо хотя бы умыться. Открыв дверь своего кабинета, секретарша застыла с открытым ртом, стоя возле стола.

— Кофе. Покрепче. И побольше. Без сахара, — отчеканил. Ольга никак не запомнит мои привычки. Если бы это только касалось кофе. Ее томные взгляды дико раздражали и мешали работе. Она со своими обязанностями справлялась на троечку, руки так и чесались ее уволить, но времени, искать нового сотрудника, не было. Ровно в девять в кабинет заходил Андрей. Я его не видел с момента отлета с Наташкой из Америки, но постоянно созванивались, обсуждали рабочие моменты. Что было между ним и моей подругой, толком не знал. Его взгляд скользнул по моему виду, губы поджались. Я от волнения запустил руки в волосы, вороша без того неидеальную прическу. Следом появились партнеры, люди от которых зависит если не все, то многое в моем бизнесе. Если вначале испытывал смущение и какую-то робость перед финансовыми магнатами, с каждым словом, рассказывая, показывая свои расчеты, предложения, рисунки, ощущал дикую эйфорию, зажигая взгляды незнакомых мне людей. Через два часа, пожимая руки, чувствовал, что готов горы свернуть. Контракт с подписями лежал на столе.