Папина дочка (СИ) - Кострова Валентина - Страница 24

— Медленно опускаешь руки и делаешь три шага назад, потом кладешь пистолет на землю и поднимаешь руки вверх! — холодно, без каких-либо эмоций раздался голос папы. Я вздрогнула. Вздрогнул и Ричард. Мы повернулись к папе лицами. Я впервые видела отца таким отстраненным, таким собранным. Я впервые видела, как он держал пистолет, и слова Ричарда о том, что он убийца, осадком оседали на кончике языка придавая слюням вкус металла. Я впервые видела, как голубые глаза смотрели жестко, в них не было сомнений, в случае чего, пистолет выстрелит прямо в цель. А целью был Ричард, дуло пистолета было направлено прямо в область сердца. Все было, как в кино. Ричард схватил меня за горло, выставил перед собою, как щит, свой пистолет направил на папу. Я видела, как дернулся уголок губ отца, как потемнели его глаза, став почти черными. Мне хотелось кричать, вырваться, но из горла и звука не вылетело, а тело перестало мне подчиняться. Захват немного душил, попыталась вывернуться, но Ричард сильнее меня сжал. И тут все во мне оборвалось, когда услышала выстрел, когда увидел, как темно-синий пиджак папы стал темнеть в области груди. Я во все глаза смотрела на отца, он все-так же стоял на месте, слегка поморщился, прищурил глаза, смотря прямо на меня, словно гипнотизируя. Я перестала шевелиться, просто смотрела на папу, он держал меня взглядом. Еще выстрел. Захват на горле ослаб. Тепло от тела Ричарда внезапно исчезло. Хотела обернуться и посмотреть, что случилось.

— Не оборачивайся! — приказал папа. — Иди ко мне!

Послушно подошла к нему, смотрела на темное пятно, как зачарованная. К нам бежали. Меня обняли одной рукой, прижили к груди. Я слышала, как сильно бьется его сердце, как оно не хотелось успокаиваться. Как было рванным его дыхание, как руки оказываются у него подрагивали. Я чувствовала, как пальцы больно впивались в мое плечи, а объятия были все сильнее и сильнее. Осмелилась поднять голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Сглотнула. Там ужас боролся с сознанием, там прошлое боролось с настоящим, там мысль о том, что он мог меня потерять боролась с мыслью о том, что все хорошо.

— Я люблю тебя, папа! — прошептала, касаясь кончиками пальцев его щеки. Борьба в глазах прекратилась, уступая место спокойствию, губы дрогнули в улыбке. Он поцеловал меня в лоб, прижал голову к плечу, уткнувшись лицом в мою макушку. Ответных слов не было, но я в нем не сомневалась, если потребуется он за меня и жизнь свою отдаст.

Саид (29.07.2018)

— Папа! — кричала дочь, протягивая ко мне свои маленькие ручки, смотря на меня глазами полные надежды и доверия. Выстрел. И глаза, смотревшие на меня без сомнений, медленно угасали.

— Нет! — вырвалось из груди. Я ринулся к дочери, но боль в плече пронзило все тело, я сделал пару шагов и чувствовал, что теряю ощущение реальности.

— Нет!!! — заорал, распахивая глаза. В комнате было тихо, рядом спала Анна, свернувшись калачиком и посапывала. Выдохнул, поднял руку и потер лицо. Этот кошмар мне снится с того самого дня, когда я застрелил Стоуна. С того самого дня Анна молча легла на мою кровать и на отрез отказалась спать в своей комнате. Я не протестовал. Образ Аиши преследовал меня каждую ночь, ощущение своей беспомощности из сна переходило в реальность. Я просыпался в холодном поту, лихорадочно соображая, где Аня, пока не натыкался на нее возле себя. Сразу же облегченно выдыхал, понимая, что прошлый ужас не повторился, что в этот раз моя пуля не задела мою дочь, что рана в груди — это сущий пустяк, главное она дышит, она смотрит на меня каждый день, она рядом.

Осторожно, чтобы не разбудить Анну, вылез из кровати, бесшумно подошел к двери и направился на первый этаж, на кухню. Хотелось выпить чаю. Травяного, чтоб напряжение последних дней отпустило.

— Тоже не спится? — на кухне оказался Азамат и Али. Я удивленно замер в дверях, не зная, как поступить дальше. После убийства Стоуна, Азамат с нами сблизился, теперь его глаза с каждым днем становились все холоднее и холоднее, а взрывной темперамент все чаще брался под контроль. Я не ошибся в своем сыне.

Парни пили пиво и ели чипсы с сухарями. С растрепанными волосами, в спортивных штанах и футболках выглядели как обыкновенные пацаны с соседнего двора. Усмехнувшись, взял чашку, насыпал себе зеленого чаю и залил кипятком.

— Как рана? — Азамат обеспокоенно рассматривал плечо сквозь футболку, задерживаясь взглядом на хвосте татуировке, которая выглядывала из-под рукавов, на грудь, которая была в очередной раз залатана, не смотрел. Мне повезло, что пуля не вылетела насквозь, что она не задела никакие важные органы. Я через неделю в больнице приказал себя выписать, врачи со скрежетом отпустили. В этот же день мы улетели домой. В холодной Англии остался Аман и я уже который день думаю, что стоит его перевести в другой университет лишь бы не приезжать больше в Лондон.

— Жить буду. Мне не привыкать, — присел за барный островок, отхлебнул чай.

— Пап, мы тут подумали, почему бы тебе с Анной не съездить в отпуск? — Али заставил меня подавиться чаем, пока я откашливался водой, которая попала не в то горло, сыновья сидели неподвижно.

— Что? — удивленно рассматривал двух похожих между собой парней, но в тоже время разных. Глаза Али смотрели изучающе, Азамат тушил в себе вспышки какой-то ярости. — Вы с дуба рухнули? Какой на хрен отпуск!

— Обыкновенный.

— Я живу в туристическом городе, куда многие стремятся попасть в свой отпуск, и вы мне предлагаете какой-то отпуск?

— А когда ты последний раз отдыхал, как обыкновенный человек? Именно как те, которые стремятся попасть сюда в свой отпуск? Сколько себя помню, ты никогда не отрывался от работы, если находил в своем графике один день для нас — считай, что это было отпуском! — Али закинул в рот желтую пластинку и захрустел. Я опешил. — Нет, ты хороший отец, по сей день стараешься для каждого по отдельности найти время, но когда ты вот отдыхал без телефона в руке, без планшета, без деловых встреч?

— Али, что ты хочешь от меня? — спокойно спросил, понимая, что эти двое уже что-то задумали, если уже не предприняли какие-то шаги. До конца вряд ли дошли, ведь никто из них не был в полной уверенности, что я готов был просто выслушать. И правда, когда я отдыхал? Ну, вот бездумно, расслаблено, без вечной спешки с одного места на другое.

— Мы тут подумали и решили, что вам нужно поехать в Испанию. Или в Португалию. Оттуда можно потом во Францию. И пляжный отдых, вряд ли тебе и Ане захочется толкаться среди туристов! — Азамат протянул мне планшет. — Мы нашли отель, который соответствует твоим вкусам. Абу едет так же с вами. Ну, что б ты не дергался каждый раз.

— А кто делами будет заниматься? — с любопытством спросил, листая странички сайта отеля, было мило, уютно и главное немноголюдно. Типичный пляжный отдых. И резко захотелось действительно все оставить и поехать со своей девочкой в… глянул на страну. В Испанию.

— Али возьмет на себя легальный бизнес, так как он уже всем знаком партнерам, а я стану и.о. в других делах, пока ты отдыхаешь! — поднял на Азамата глаза, долго на него смотрел, пытаясь понять насколько он все же готов взять на себя весь груз ответственности, взять на себя довольно нехорошие, неприятные вещи, сознательно переступить черту закона. Если мне в свое время выбора не предоставляли, то я присматривался к своим детям, пытаясь понять, кому чем бы хотелось заниматься. Судя по напряженному взгляду Азамата, по тому, как там то вспыхивают, то погасают искры, он станет тем, кем я и планировал. Улыбнулся.

— Хорошо. И правда нужно отдохнуть, сменить обстановку и отвлечься. Глядишь Анна расслабится и перестанет смотреть на мир тоскливым взглядом.

— Можем забронировать квартиру, если не хочешь отель! — Али склонил голову набок, забирая у меня планшет. — Мы все организуем, а тут все будем держать в своих руках. Если уже что-то из рук выходящее будет, телефон, скайп никто не отменял!

— Такое впечатление, что меня ненавязчиво пытаются отправить на пенсию! — со смешком произнес, обхватывая кружку руками. Азамат фыркнул, беря пиво.