Курсантка с фермы. Адаптация к хитрости (СИ) - Грин Агата - Страница 46

— Артем — фермер, который половину школьного курса прогулял. У него нет своих денег.

— Я его пристрою к какому-нибудь мастеру, он получит профессию.

— Милу, ты сделала ему гражданство, обеспечила о всем, он живет у тебя в доме… А Тема быстро привыкает к хорошему. Если ты возьмешь его сейчас, всю жизнь придется о нем заботиться.

— Я понимаю это. Тема делает мою жизнь ярче, с ним я как будто подбираюсь ближе к своим корням. Мне с ним комфортнее, чем с любым другим мужчиной из старших. Даже если наш брак не продлится долго, я никогда не брошу его с пустыми карманами, не избавлюсь, как от надоевшей игрушки. Мне доставит удовольствие помогать ему развиваться, расти, взрослеть…

Милу привезла меня сюда, чтобы заручиться поддержкой, и для этого расслабила, выбрала красивое платье — не Темка же выбирал? — начала говорить очень славные слова про пробуждающуюся в ней жизнь. И, кажется, я понимаю, на что она ставила. Я ведь тоже крошка по сравнению с ней. Уболтать меня и очаровать гораздо легче, чем Кешу с Агапом. Подсознательно она в себе не уверена, не уверена в желании стать женой Темки, и для того ей нужны те, кто будут ее поддерживать, скажут: «Правильно, живи по максимуму, бросай Род, выходи за юного фермера!»

— Значит, ты против?

— Нет, — солгала я и улыбнулась. — Я просто предупреждаю, что такое Тема Ветров. Вообще-то нам даже выгодно, если заберешь этого непутевого и вырастишь…

Милу рассмеялась, уверилась в мысли, что права. Я рассмеялась тоже, и начала разглядывать метиску, без зависти признавая ее красоту.

Идеально черные волосы идеально лежат, яркие губы не нуждаются в помаде, фигурка — загляденье, несмотря на рост. Такая эффектная девушка, такая образованная, из такого Рода… и наш Артем. Парень, которого мы еле-еле приручили не выражаться нецензурно при случае и без, который вечно ввязывается в драки и творит удивительно глупые вещи. Да, он красавчик, и на редкость обаятельный, но… Ему еще взрослеть и взрослеть. И на ферме, с Кешкой и Агапом, он скорее бы стал мужчиной, чем станет рядом с Милу.

«Они друзья. Балующиеся флиртом, очень близкие друзья», — поняла я.

К нам подошли парни; Тема сразу же потянул метиску в другой зал, чтобы потанцевать. Милу еще раз мне улыбнулась, как бы говоря «как хорошо, что мы друг друга поняли».

Они удалились танцевать, а Гаррисон опустился на стул рядом со мной.

И снова я заметила, что он странно смотрит на девушку. Ничего бы такого не было в его взгляде — Милу красива, и попа у нее «опа», не будь он вороватым.

— Хорошая девушка.

— Да, — ответил Тони.

— Сложно поверить, что росла среди центавриан.

— Это точно.

— Тебе она нравится?

Гаррисон, который в это время тянулся к вазе с фруктами, чуть не сбил мой бокал, так как его рука дрогнула. Ага! Нервничает!

— Она мой друг, Нина.

— Интересно, ты на всех своих друзей смотришь так?

— Как?

— Мне тебя табуретом приложить хочется, Тони, — раздраженно сказала я. — Милу тебе нравится? Как женщина нравится?

— С чего ты взяла? — Тони аж попятился от меня.

— Во всех своих разговорах упоминаешь ее, все темы постепенно сводятся к ней, ты даже га-ан бросил в заповеднике и на другую работу перешел, чтобы Милу соответствовать. Чтобы быть рядом с ней. И меня ты привел, чтобы ее поддержать. И когда ты думаешь, что никто не видит, смотришь на нее тоскливо и жадно.

— Ты точно свихнулась в этой своей академии.

— Да, Гаррисон, свихнулась. Я знаю, что такое — ревновать. Быть рядом с тем, кто нравится, и… неважно.

— Нина влюбилась? Чудо какое…

— Не увиливай! — строго сказала я. — Помнишь, как мы чуть не совершили ту же ошибку? Встретились и обнаружили, что очень похожи и прямо-таки родственные души. И нам так удобно и приятно было рядом находиться, что это можно было легко спутать с любовью.

— У нас все по-другому было… И мы вовремя разобрались.

— Ты сам мне говорил по ТПТ, что Милу — как Тема. Они действительно очень похожи, несмотря на возраст и расу, но пара ли они? Если поженятся, не совершат ли ошибку? И, в конце концов, Гаррисон, ты мужик или нет? Если она тебе нравится, какого черта ты так просто уступаешь ее Темке? Он же балбес!

— Он твой брат!

— И что, от этого он автоматически перестает быть балбесом? Да ему знаешь, какая нужна… как Круек, чтобы взяла да поставила на место! Чтобы мужика из него сделала, а не преподносила все на тарелочке с голубой каемочкой!

— Кто такая Круек?

— Курсантка одна, — выдохнула я и отпила уже из стакана друга — в горле пересохло. — В общем, Тони, если ты продолжишь отнекиваться — я с тобой перестану разговаривать. Знаешь, как мне надоели лицемеры?

— Я теперь еще и лицемер?

— Да нет, фетюк ты.

— Кто?

— Ладно, не фетюк. Эта вакансия уже занята. Ты простофиля.

Гаррисон забрал у меня свой коктейль и начал тянуть через соломинку. Психанув, он выбросил ее и выпил остатки залпом. Любопытно было наблюдать, как эмоции сменяются на его лице. Раздражение, возмущение, восхищение… Упомянутая парочка появилась в поле зрения.

Тема держал Милу за талию, и нахально улыбался. Так, как у него лучше всего получалось. Но я уверена — появись в зале еще одна столь же роскошная дама, он бы переключился на нее. Потому что дурачок еще, которому не качество важно, а количество.

— Они ж-у-у-утко друг в друге разочаруются, как только эйфория пройдет, — сказала я.

— И что делать? — глухо спросил Тони.

— Тебе — всегда быть рядом, помогать без единого намека на благодарность. И постараться не глазеть на нее так, как сегодня, — я передернула плечами. — Будешь смотреть с обожанием и мукой — она от тебя избавится, потому что заметит это и отдалит от себя. Отшучивайся, насмешничай, поддразнивай. Ни Тема, ни Милу заподозрить не должны, что ты неравнодушен к метиске.

— А что делать с Темой? Он говорит одно и то же: «Я всегда ждал ее, все мои предыдущие девчонки были только разминкой».

— А он сам себя обезвредит. Это ведь Артем, он и дня не может прожить, чтобы не напортачить.

Гаррисон все еще сомневался.

— А какое мы имеем право вмешиваться в их отношения? Не много ли мы берем на себя?

— Если бы Милу сказала честно, что Тема для нее временное развлечение, я бы не протестовала — братец заслужил, чтобы с ним поступили хоть разок так, как он обычно поступает с девушками. Но она и себя путает, и нас. К тому же она воспитывалась среди старших, она сама и есть старшая на пятьдесят процентов, и просто так выйти за младшего Род ей не позволит. В итоге, Тема может пострадать.

— Я знаю, что делать, — сказал Гаррисон, и — я была уверена — план он разработал уже давно и только ждал подходящего союзника. А воплотить его в жизнь мешали угрызения совести, потому как Тема — друг, и отбивать у него девушку просто аморально.

Но необходимо для его же блага.

Глава 17

Наверное, Звездами так нарочно устроено, чтобы в момент, когда расслаблен и не готов дать отпор, встречаются враги. Конечно, Ли Малейва сложно было назвать врагом, даже — с натяжкой — его можно было назвать другом…

«Не вини во всем Звезды, — одернула я себя после того, как удивление сменилось лихорадочным подбором вариантов, что делать. — Либо он следит за тобой, либо он следит за Милу, либо просто пришел сюда отдохнуть, что не такое уж невиданное совпадение».

Малейв пришел с интересной компанией — девушкой-центаврианкой и орионцами. Любопытно, я всегда считала, что он общается только с равными. Я непроизвольно задержала на нем взгляд. Черные брюки, белая футболка, темно-зеленый жилет… Странный выбор одежды для старшего. Слишком просто и слишком дешево для мужчины из центаврианского Рода. Но даже такие «плебейские» вещи ему шли.

Пока что он меня не видел, но это было дело времени. Да и не столь важно, что он заметит меня, важно — что он увидит Милу и Тему вместе! И если в академии его реакции бояться не стоило, то вне ее стен — еще как! Сделав зарубку на память о том, что нужно выяснить, совпадение наша встреча или нет, я пересела так, чтобы меня нельзя было заметить.