Конец света. Русский вариант (СИ) - Афанасьева Вера - Страница 44

 Многие хеппиэндисты считали, что конец света является и значительным личным благом, счастьем для каждого, поскольку позволяет молодым умереть молодыми, здоровым – здоровыми, а старым и больным – мгновенно избавиться от старости и болезни. И сделать это интересно и весело – всем вместе, слившись в оргиастическом экстазе, в вакханалии смерти, в пафосе разрушения, в оргазме всемирного конца. Причем испытать все эти сверхсильные, ни с чем не сравнимые эмоции именно так, как и полагается художнику: ничего не разрушая, не нарушая законов человеческих, не посягая на законы Божеские, не впадая в грех самоубийства.

 Смерть есть величайшая тайна, а узнавать тайну – всегда наслаждение. И если рядовое сексуальное удовольствие, любой простенький половой акт – всякий раз маленькая смерть, то конец света – это всемирный оргазм, коллективная космическая поллюция, которой вот-вот завершится неимоверно затянувшееся групповое соитие, в которое Офион и Евринома, свившиеся воедино со времен создания мира, вовлекали и вовлекают всех когда-либо живших и всех ныне живущих на Земле. Такой акт не может не завершиться смертью, ибо все силы отданы, а наслаждение, пропорциональное числу участников, – беспредельно и абсолютно, оно разрывает мировое сердце. И смерть эта велика и прекрасна, ибо отправляет нас назад, в исходное космическое лоно, осуществляя заветную бессознательную мечту всякого – вернуться в материнскую утробу.

 Воспеваемая эстетика смерти обусловила и культурную деятельность арт-движения, которая вылилась не только в создание особых музыкальных, литературных и художественных направлений,  в самых разных стилях прославляющих конец света, но и привела к появлению  нового синтетического искусства – морт-арта.

 Что касается морт-картин, то они чрезвычайно нравились всем, кто считал Босха и Гойю весельчаками, шутниками и карикатуристами, и были очень популярны в интернете, а на специально организованных аукционах уходили за огромные деньги. Сюжеты этих живописных и графических полотен, как правило, соответствовали самым душераздирающим сценам из пророчеств Иоанна, Исайи, Иеремии и Даниэля, хотя морт-художники широко использовали и восточные эсхатологические мотивы. Особенно нравились публике жанровые сценки, на которых апокалиптические животные и чудовища, страшненько улыбаясь, расчленяли и пожирали перепуганных людишек, или дьявольские полчища занимались самым любимым своим делом: всеми мыслимыми способами мучили грешников.

 Морт-стихи тоже забавляли многих, но писать их было непросто. Мешал значительный, но не слишком лирический русский морт-фольклор, любимое всеми собрание стихов про маленьких мальчиков, девочек, пулеметы, лифты, шины, пилы и розетки.

 И романтичным морт-поэтам пришлось начать поиск оригинальных и по-настоящему трогательных смертельных форм и образов. В результате обращения к восточным и античным традициям появились концептуальные и стильные морт-стихи. В них воспевались иттан-момэн – прилетающая к людям японская удавка, меню ночных ужинов богини Кибелы, аппетит Молоха, кровавое оскопление нежного Урана, ослепление несчастного Киклопа, разрывание на мелкие части бедняжек Диониса и Осириса. Но образцом лирической смертельной поэзии считалось стихотворение одной маленькой девочки, тотчас же прославившейся. Талантливая крошка написала:

 Сдохли все собачки, крыски и котятки.

 Погасли все звездочки, солнце и луна.

 Умерли все взрослые, старики, ребятки.

 И хожу по миру я, грустная, одна.

 А вот морт-музыку выносили немногие, она была непривычна для европейского слуха и слегка напоминала музыкальные произведения, написанные для народных монгольских и бурятских инструментов, если, конечно, эти произведения хоть кто-то хоть когда-то хоть чем-то записывал. Но и она находила своих ценителей, и уже был создан радиоканал, день и ночь передававший музыкальные произведения, наводящие  немногочисленных слушателей на мысли о средневековых китайских камерах пыток или о нацистских лабораториях, разрабатывающих сводящее с ума акустическое оружие.

 Сам же морт-арт, или искусство смерти, был образом жизни, подчинённым желанному и долгожданному концу. Занимаясь морт-артом, следовало жить в особых жилищах, носить особые одежды, поддерживать особое убранство домов и налаживать особый быт. И уже совсем скоро на морт-выставках и в интернет-магазинах можно было увидеть кровати-гробы и диваны-саркофаги. Столы, напоминающие могильные плиты. Платья, мало чем отличающиеся от саванов. Туфли, как две капли воды похожие на белые тапки. Букеты и композиции из восковых цветов. Проекты и макеты домов, по виду неотличимых от гробниц и склепов.

  Морт-дизайнеры заламывали несусветные цены. И порой парусиновые тапочки цвета снятых сливок, исполненные каким-нибудь Пафнутием Собакиным, стоили куда дороже, чем алые туфли из кожи жирафа от Кристиана Лабутена. Платьице же из бумазеи с необработанными швами было чуть дешевле, чем дизайнерское свадебное платье ручной работы, сшитое на заказ для голливудской звезды.

 Спрос на морт-вещи  в очередной раз продемонстрировал вечную силу учения Маркса: в морт-дизайнеры тут же подались самые талантливые сотрудники похоронных агентств. А некоторые бюро ритуальных услуг и вовсе были преобразованы в модные дома. Это имело смысл: большинство старушечьих похоронных денег благополучно улетело на Луну, а приверженцами морт-арта были всё больше люди совсем молодые, и им родительских денег было не жалко.

 И теперь на улицах крупных городов можно было встретить набеленных до голубизны девушек и юношей с чёрными кругами вокруг глаз и бескровными губами, босых, одетых в дорогущие грязноватые саваны и держащих в тоненьких костлявых руках выпачканные землей чётки из полудрагоценных камней и эксклюзивные выцветшие букетики из восковых розочек. Последовательное создание морт-образов привело к появлению морт-бодиарта. На конкурсах мастера этого прикладного искусства соревновались друг с другом в исполнении на девичьих телах пятен тлена, ран, язв, ожогов и странгуляционных полос.

 Тут же обнаружилось и существенное препятствие: многие, примкнувшие к морт-арту, были до неприличия загорелыми. Но салоны красоты уже рекламировали антисолярии, бесследно убиравшие с лиц и тел всякие следы летнего балдения на солнце. И вскоре все желающие смогли стать не более румяными, чем персонажи «Семейки Адамс».

 Последователи морт-арта почудили совсем недолго. Выяснилось, что чудное это искусство сильно вредит карьере и учёбе. Словно сговорившись, администрация многих серьезных заведений, в том числе, школ и университетов, категорически запретила появляться в них в саванах и тряпичной обуви, поскольку это сильно портило настроение всем тем, кто в такой одежде-обуви в публичные места не ходит.

 Морт-артисты пытались протестовать. Но в непрекращающейся общественной суматохе их публичные акции, наводящие на мысли о том самом, алкаемом Николаем Федоровым массовом воскрешении из мёртвых, ни на администрацию несогласных заведений, ни на кого-либо ещё впечатления не произвели. К тому же и родители упакованных в смертное детишек пригрозили своим чадам лишить их привычного земного вспомоществования. После чего многие хэппиэндовцы допустили вполне оправданную душевную слабость и от дорогостоящего имиджа отказались. А поскольку при этом разрушалась концепция, пришлось переквалифицироваться в хипстеры и отправиться учиться и работать. Конец концом, а кушать хочется всегда.

 А восьмого  сентября было создано Народное Ополчение  – ведь когда Отчизне грозит опасность, на помощь к ней всегда приходят настоящие мужчины, и полки их непременно побеждают вражеские полчища. Ополченцы хотели называться «Единая Русь», но после некоторых ценных указаний и рекомендаций приняли осиянное историей имя  «Белая Тысяча».

 Защитники Отечества сразу заявили, что причиной всех грозящих Стране несчастий являются те чуждые национальному духу явления, та духовная катастрофа, которые связаны с тлетворным американским влиянием и оскверняющим засильем проклятых инородцев. Но они не позволят ни тлену, ни скверне пожрать Великую Державу, не пожалеют животов своих и призовут к ответу: