Лаки бессмертный. Гексалогия (СИ) - Фирсов Алексей Сергеевич - Страница 164

Под стеклом и в витринах лежали предметы и фото, как в древних Терранские музеях. В одном из них в Милане Лаки побывал, когда вместе с Евой посетил родину человечества.

Василиса тараторила, обстреливая взглядами одного капитана Льюиса. Макияж на ней сегодня вполне умеренный и было ясно что девочка совсем юная.

Тут Лаки узнал много нового, если, конечно, стоило доверять экспонатам и словам.

Колония на северном острове Савы существовала почти сотню стандартолет. Основал ее еще дед Stepanа, по имени Петр. С тех пор численность населения выросла значительно, появились новые поселения.

— Наши предки пришли на Саву, оставив пораженную безверием и извращениями родную землю на Терре! Здесь наш народ обрел мир и покой!

На взгляд Лаки было довольно странно не увидеть в музее никаких следов жизни северян в зимний период. Все таки шесть лет зимы, со снегом, буранами и морозами, должны же оставлять какой-то след?

Дома северян с узкими окнами и тонкими стенами, вряд ли могли выдержать холод под пятьдесят градусов Цельсия.

— А как же вы переносите зиму? На поверхности же очень холодно.

Василиса запнулась, но быстро нашлась.

— Наш народ любит зиму и не боится морозов!

И девушка тут же торжественно продекламировала стихи:

И с каждой осенью я расцветаю вновь;

Здоровью моему полезен русский холод;

К привычкам бытия вновь чувствую любовь:

Чредой слетает сон, чредой находит голод;

Легко и радостно играет в сердце кровь,

Желания кипят — я снова счастлив, молод,

Я снова жизни полн — таков мой организм!

Лаки усмехнулся. Экая бравада! Шесть лет мерзнуть и заявлять что организму холод полезен! Безумное хвастовство. Человеку такие температуры ничего хорошего не сулят…

— Это ваши стихи?

— Нет, что вы! Это нашего великого поэта. Вы же знаете его имя?

Выслушав имя, Лаки кивнул, чтобы не обижать своего гида. Странные люди, с чего ему знать имя древнего поэта из несуществующей страны?

Василиса перешла к устройству колонии, рассказав о преимуществах управления способом народного совета, в который входили первые люди колонии, включая ее папашу. Только теперь Лаки узнал должность здоровяка-председатель народного совета колонии Савы. Колонисты избирали членов совета, прямым открытым волеизъявлением, а члены совета избирали своего председателя. По странному совпадению и отец и дед Stepanа тоже были председателями. Еще одна местная традиция?

Ужинал Лаки в семейном кругу. Сам председатель, его жена-румяная дородная дама, три дочери, причем две с мужьями-очень скромными мужчинами средних лет. Водку пили рюмочками, аккуратно, причем не простую, а настоянную на ягодах. Отживевшую Лаису поили чаем и откармливали странными жареными листиками из теста-blinami. Обильный стол: пять мясных блюд, салаты с различной заправкой и слабопосоленая рыба, которую северяне поглощали с огромным аппетитом, вместе с кольцами пахучего лука.

Плотная и вкусная кухня северян Лаки понравилась и пришлось расстегнуть тайком верхнюю пуговицу на брюках…

После ужина Stepan закурил трубку с ароматным табаком и повел гостя в кабинет, хвастаться коллекцией холодного оружия, изготовленного в колонии.

Никаких блондинок в постель на ночь больше не подкладывали. Лаки выспался и рано утром вылетел обратно. Не смотря на ранее время их опять провожало все население города.

— Мы очень любим гостей! — признался Stepan.-Прилетайте к нам когда пожелаете, дорогой Льюис! Вы теперь вот здесь!

Здоровяк ткнул кулаком в свою грудь и со слезами на глазах полез обниматься.

Двадцать четвертая глава

— Только мне это жирный тип кажется мерзким? — спросила Стефания. Она сидела на диване в своем кабинете, раздраженно перелистывала проект договора с северянами.

С экрана на стене вежливо улыбнулась Жаклин.

Они только что совместно просмотрели ролики записанные дронами и камерами смонтированными на фуражке и на пуговицах мундира, в котором разгуливал Лаки во время визита.

— Он тоже руководит семьей, только она у него больше. — заметил Лаки.

— Что ты знаешь про древнюю терранскую историю? — спросила Стефания.

— Ничего. Я же не учился в универе, как ты. Да и зачем мне знать древнюю историю? Чем она мне поможет?

— Ты не прав, мой мальчик. — ответила Жаклин. — Секрет в том что люди не изменились за сотню тысячилетий, они все те же животные с разумом. Знание истории дает понять чего ждать от животного с разумом в той или иной ситуации. Люди, как животные, склонны действовать по шаблону.

— Что же мне — отправляться учиться в замшелый универ на Терру?

— Можно найти что-то иное, но вполне добротное. Ты нуждаешься в классической образовании. Тебе нужно расширить свой кругозор.

— Стать студентом? — Лаки подмигнул Стефании, но та смотрела серьезно.

— Вы что-сговорились? Чтобы я пять лет протирал штаны в каком-то универе?!

— Достаточно и трех. — ответила Жаклин.

— Ну так подыщи мне что-то подходящее.

— С радостью, мой мальчик.

,Тем не менее договор с северянами подписали. На остров отвезли АКР с оператором, чтобы обучил кого-то из местных. Оператора звали Антонио. Чернявый, жизнерадостный парень из Холлифорда, получил коммуникатор с собой и кучу напутствий, чтобы не расслаблялся и не вздумал жить как на Цирцее.

На северном острове ему в ученики тут же назначили Василису, в которую бедный парень немедленно влюбился.

В обмен семья Гашан получила сотню лохматых и блеющих тварей.

— Их малыши такие миленькие, правда?

Стефания тискала кудрявого ягненка, а тот носился по кабинету, оставляя в разных местах катышки дерьма.

Симпатии к овцам Лаки не испытывал никакой, тем более к вопящим тоненько детенышам.

В овечьи пастухи определили подростков из семьи и те взялись пасти новое стадо на просеке. Через неделю рост папоротников прекратился на посадочной площадке.

— Жаль что ты не договорился про корову. — заметила Стефания.

— Корову надо доить.

— Я научусь.

— Меня в универ, а тебя на ферму? Как это совместить? — засмеялся Лаки.

— Жаклин нашла такое место. Возле Гаммы Ганимеда есть планета под названием Сабина.

Вполне сельскохозяйственный, самодостаточный мир.

— И там есть универ? Зачем? Пастухи и фермеры все с дипломами?

— Напрасно смеешься. Уже три сотни лет университет Сабины самый престижный в субсекторе. Пять тысяч студентов и полторы тысячи преподавателей.

Посмотри на компе. Там очень много специальностей можно получить.

— Некогда мне ерундой заниматься! — буркнул Лаки.

Он со Стеном занялся настройкой проходческого комбайна, законсервированного на нижних уровнях. Получалось плохо и он был в отвратительном настроениии. Стефания это уловила и отстала.

Работа с комбайном сегодня продвинулась и посмотрев на часы Лаки понял что слишком увлекся. Пора идти спать, а он еще в грязном комбинезоне копается в потрохах этого монстра, занимавшего все пространство тоннеля на минус тридцатом.

— Стен закругляемся, уже время!

— Да? То то я зеваю так что скулы сводит.

Оставив работу, они приняли душ на минус двадцать пятом и попрощались до завтра.

Только теперь Лаки ощутил как он устал за день. В подземельях при искусственном освещении теряешь чувство времени. Здесь нет дня и ночи. Но по часам ночь и все, кроме дежурных наверху, на плюс первом, спят.

Лаки не пошел к лифту. Он пошел по центральному коридору и свернул в коридор «С». Здесь уже закончили отделку коридоров и все сверкало чистотой.

В третьем блоке у двери без номера Лаки остановился. Приложил к сенсорной пластине правую руку.